БиБ

Рита. -Не переживай ты так, все будет в порядке. -А я и не переживаю. На помощь приходит стаканчик кофе, хотя кого я обманываю? Не нужно быть великим психологом, чтобы понять мое состояние. А вот Пригов все-таки ошибся – я не переживаю, я с ума схожу от неизвестности. Спрашивается только – что и кому я пытаюсь доказать? Или я таким образом пытаюсь успокоить саму себя? Если это так, то получается у меня не очень, вернее вообще не получается. Проклятое подсознание вместо того, чтобы успокаивать, лишь подкидывает картинки одна страшнее другой. Почему нет связи – просто помехи или же… И руки вновь дрожат, грозя расплескать давно остывший кофе. Вот знаешь, Булатов, вернешься, и я тебе устрою! Выдам по первое число! Что хочешь со мной делай, а в штабе сидеть больше не буду. Это ты так за меня переживаешь? Странная забота, не находишь? В КТЦ я в любой момент могу умереть от разрыва сердца, или не дай Бог, давление от потрясения скаканет, я ведь в «полях» так ни разу не переживала, как переживаю каждую минуту в КТЦ. -Багира, связь наладилась. – Голос Петрова вырывает из невеселых раздумий. Теперь я, наконец, могу отставить в сторону проклятый стаканчик, а пальцы будут дрожать удерживая микрофон. Ну и пусть, если что, скажу, что он бьется током. У него, кажется, уже выработался иммунитет к ее просьбам относительно операций, да и она, если честно, перестала о чем-либо просить. Скорее всего, перестала только на время, но у него ведь всегда найдется аргумент оставить ее в штабе – ты нужна мне тут. И все. Рита обидится, насупится, перестанет разговаривать, но останется. Может, даже не ради него, а ради тех, кто сейчас там, далеко от Питера. А ведь хотелось бы, чтобы это было только ради него. Пригов был начальником, а вот командиром всегда был только Батя, и генерал-майор это прекрасно понимал, и именно поэтому почти никогда не вмешивался в дела группы. Почти… -В намечающейся операции примет участие Кошкина. – Пригов пристально смотрел в глаза подчиненного. – Командование группой поручаю ей, а ты остаешься в штабе. Будешь координировать ребят. Бате показалось, что он ослышался, ну, или Пригов оговорился. Быть такого не может. Во-первых, с чего это вдруг начальник решил лично вмешаться в ход операции и раздать роли? Во-вторых,… да какой тут нафиг во-вторых? Это же бред. Мужчина даже потер мочки ушей – неужели все же контузило при взрыве гранаты? Вон даже галлюцинации слуховые начались. Но довольный вид начальника буквально вопил о том, что ничего контр-адмиралу Булатову не послышалось. Что за чертовщина такая? Но попытка разобраться, также как и попытка качать права, с треском провалилась. -Я все сказал. Но… - в глазах генерала заплясали озорные чертята, - … если Рита согласится взять тебя с собой, то я не имею ничего против. И все. Свободен. Выйдя за дверь, Батя даже не сразу сообразил, что ему теперь делать. Вся ситуация казалась фарсом, шуткой, но никак не реальностью. Не в детском же они саду, чтобы такими наглядными примерами учить друг друга уму-разуму. Он уже даже видел улыбку на ее лице, когда ему придется проситься в группу. Черт! Может, он все-таки спит? Рита была обнаружена в комнате «Смерча». Женщина сидела на диванчике, оперевшись на грудь Бизона и, кажется, философствовала о жизни, молодости и чьей-то там несдержанности. Хотя чего это чьей-то? Судя по тому, как усиленно жестикулировали Кот с Физиком, обращалась она именно к ним. -Багира, выйдем на минутку? Поговорить надо. Она лишь удивленно изогнула бровь, но лишних вопросов задавать не стала. Чего не скажешь о других членах группы. -Что за шутки такие? – Женщина была удивлена не меньше. – Ты же сам понимаешь, что это бред. Понимать-то он понимал, но факт оставался фактом. Шутил ли Пригов, или нет, а командиру сейчас приходилось несладко. Они готовили эту операцию почти две недели, а тут, видите ли, начальник рассмотрел какой-то стаканчик кофе, ходящий ходуном в тонких женских пальчиках. Проучить решил? А если операцию сорвут? Но все это мысли, Рите об этом знать не обязательно, только обидится опять за недоверие к своей персоне. -Так что, берешь в группу? – Батя выдал одну из своих самых очаровательных улыбок. – А, Рит? -Издеваешься, да? – В ответ она нахмурилась. – И Пригов тоже? Вот я ему… Булатов забыл, забыл обо всем на свете: забыл и о том, что только что сам был возмущен приказом начальства, забыл об обиде, забыл о шутках. Забыл, потому что залюбовался. Она… давно он ее такой не видел. Вроде бы и злится, но злится как-то не опасно, т.е. за жизнь Пригова можно и не переживать, максимум покалечит. Сжимает кулачки, жестикулирует, чтобы хоть как-то выплеснуть свое возмущение. А глаза… глаза-то горят. И горят не потому, что над ними пошутили, а потому что понимает – есть реальная возможность отправиться в «поля». Сейчас она такая… невероятная что ли, что он с трудом сдерживает желание сгрести ее в охапку и чмокнуть (именно чмокнуть) в нос. Такое искреннее негодование, а ведь он знает, как по-настоящему она может злиться и что из всего этого может получиться. -Рит. -Чего? – Женщина сдувает упавшую ей на лоб прядку, но та вновь падает ей на глаза. Тогда все повторяется. Устав бороться с непослушным локоном, Багира все же распускает волосы, чтобы вновь собрать замысловатую прическу. – Разбираться идем? -Неа, - Батя вяло мотнул головой и, поймав ее недоуменный взгляд, похлопал по диванчику, предлагая женщине присесть рядом. В ответ Рита подозрительно прищурилась, но подумав, все же села. – Чего разбираться-то? Знаешь ведь, приказы начальства не обсуждаются. Как и предполагалось, послышались возмущенные реплики, и Русалка вновь активно зажестикулировала. А ведь он шел сюда с твердым намерением разобраться, усадить ее обратно в кресло, а тут… -Стаканчик кофе? Она поморщилась: -Нет, видеть его уже не могу. Тошнит аж. -Тогда может чаю? – Он уверенно притянул ее к себе, - крепкого. Как на это смотришь? Сейчас оба словно вернулись на два года назад, вернулись во времена «Тайфуна». Рита должна, наверное, согласиться и тогда Батя, как заправский факир, выудит откуда-нибудь термос с горячим чаем. Кружка будет очень горячей, и придется то и дело вертеть ее в руках, чтобы не дай Бог не выронить, а аромат чая будет сводить с ума. -Это взятка, да? – Расстояние между их лицами было минимальное и, осознав этот факт, женщина вдруг забыла, как правильно дышать. – Ну, чтобы я взяла тебя с собой. -Раскусила! – Батя все же коснулся ее носика, только не поцелуем, как этого изначально хотелось, а пальцем. Женщина зажмурилась и тут же заулыбалась. – Ну, так как? -Нууууу, - на секунду она прикрыла глаза, - пожалуй, я соглашусь. Соглашаясь, она еще не подозревала о том, что за чаем придется ехать… к нему домой. И уж точно не подозревала, что с сегодняшнего дня окончательно предпочтет кружку горячего чая любому стаканчику кофе.