Сборник упоротых яойных драбблов

Воронин неожиданно для самого себя подскочил на кровати, попутно просыпаясь. С чего бы это, спросонья начал удивляться он. Кошмаров вроде не снилось, а даже наоборот — во снах генерала главным образом присутствовали тишь да гладь и мир без Зоны; за окном ещё царила темнота, да и вообще… Однако генерал не успел как следует пораскинуть мозгами: то, что способствовало его столь экстренному пробуждению, вновь выдало себя. На тумбочке возле его, Воронина, койки, опять прерывисто заверещал КПК. Кто-то очень быстро и не менее настойчиво строчил ему сообщения одно за другим. Тихо матерясь, генерал поднёс к глазам не перестающий визжать приборчик. И тут же взвыл от отчаяния, увидев, кто ему пишет. Лукаш, 05:02:41  — Эй  — Чувак  — ЧУВАК  — Воронин  — Славка  — Ответь  — Это срочно … и ещё несколько десятков подобных сообщений. Воронин едва удержался, чтобы не запустить КПК в стену. Поборовшись с искушением ещё минутку, он принялся писать ответ. Воронин, 05:07:03  — Мудак, пять утра. Если ты опять обдолбанный валяешься где-то возле нашей базы, я, мать твою, весь «Долг» подниму на твою казнь! Ответ пришёл незамедлительно. Кто бы сомневался. Лукаш, 05:07:33  — Ой, ну наконец-то! Разве ты спал? Я думал, вы, вояки, ранние пташки… У генерала как бы невзначай задёргалось нижнее веко. Где-то на отдалённых краях его сознания промелькнула мысль, что неплохо было бы сегодня затариться валерьяночкой. Ну, или чем покрепче… Воронин, 05:08:42  — Не настолько, бля! Ладно, говори, чего там у тебя срочного, пока я тут с тобой совсем с ума не сошёл. Лукаш, 05:13:23  — Короче, дело такое… как ты знаешь, бандюганы, как лидера сменили, обзавелись силушкой богатырской и снарягой недурной. И, видимо, много о себе возомнили. В общем, на нас они теперь тоже стали гнать. И я, собственно, подумал: а не объединиться ли нам против них, ну, группировками? На время… Воронин, 05:14:03  — И ты, тварь такая, не мог со мной об этом днём поговорить? Лукаш, 05:14:49  — ПОДОЖДИ! Дело не только в этом. Мне поступила кое-какая информация о наших бандюгах ненаглядных. Написать её я тебе не могу, только лично обсудить. Предлагаю в шесть встретиться на нашем обычном месте. Как тебе? Воронин устремил взгляд в стену, призадумавшись. С одной стороны, ему больше нравилось сидеть вот так в трусах в тёплой постельке, а с другой… Лукаш прав, бандиты в последнее время стали сильно докучать всему прочему народу, и «Долг» не был исключением. Он уже было собрался написать, что придёт, как вдруг… Лукаш, 05:15:15  — К тому же, мы с тобой очень давно не виделись. А мы, между прочим, женаты! Я соскучился т.т Идти генералу вновь расхотелось. Но ради группировки всё же необходимо было поднять свою задницу и тащить её на растерзание Лукашу. Воронин, 05:15:45  — Ладно, скоро буду. И только попробуй наебать, урод. Нехотя выбравшись из кровати в холодный жестокий мир, генерал оделся и выполз из своей сычевальни. На базе — ни души, только храп раздаётся со стороны казарм. Вздохнув, Воронин неспешно закурил. Неподалёку от генеральского убежища в позе лотоса сидел местный любимчик Володя. Проходя мимо него, Воронин только осуждающе покачал головой:  — Бля, ты вообще когда-нибудь спишь? — и удалился, не дожидаясь ответа, который, впрочем, так и не последовал. Патрульные молча уставились на генерала, но он лишь отмахнулся от них:  — Не спрашивайте, сам в шоке…

***

На то, чтобы собраться с силами и таки открыть дверь, ведущую в заветное место встречи, ушла целая минута. Но в конце концов генерал всё же справился с собой.  — Господи ёб твою мать… — только и смог выдохнуть Воронин, открыв дверь. Веко снова задёргалось, а руки сами собой скрестились на груди. — Ну и что это, блять, за нахуй? Перед ним была поистине чудная картина. На кровати в самой сексуальной позе лежал Лукаш, естественно, без каких-либо трусов на теле, и, улыбаясь во все свои неполные тридцать два, сжимал в зубах розу.  — И ты со мной так о бандюгах поговорить решил, да? — генерал, не удержавшись, снова закурил.  — Прости, — Лукаш взял розу уже в руки и протянул Воронину. — Я просто заметил, что наши отношения в последнее время стали совсем никакие, если не сказать хуже, вот и решил подправить…  — В пять утра? — генерал принял скромный презент. И где этот укурыш розу достал? Настоящая ведь.  — Да что ты к этим пяти утра прицепился? Я, блин, люблю тебя и всё такое, отношения наши пытаюсь спасти…  — Ладно, ладно, — в генеральскую голову уже прокралась замечательная мысль. — Не бузи, я тебя понял. Прежде, чем начнём мириться, я бы хотел тебя кое о чём попросить, — в этот момент Воронин принял максимально кроткий вид, на который был способен, чем очень растрогал свободовца.  — Сделаю что угодно! — бойко откликнулся тот, с готовностью глядя на долговца. Тот повертел цветок в руках.  — Перевернись на живот и уткнись лицом в подушку, пожалуйста, — для пущего успеха генерал невинно захлопал ресницами. Сработало — Лукаш, немного удивившись такой странной просьбе, всё же поспешил её выполнить. Зато, как только он отвернулся, на лицо Воронина вернулась мрачная зловещая ухмылка. Подойдя к свободовцу, он пробормотал:  — Люблю такие примирения… Крики Лукаша были слышны, кажется, даже на Кордоне. Зато у генерала теперь было отличное настроение. Немного понаслаждавшись прекрасным зрелищем, Воронин собрался уходить и только подойдя к двери посмотрел на свои исколотые шипами руки.  — А ведь знатная роза, колючая… Тебе там не очень больно, милый? — через плечо бросил он, гаденько хихикая.  — Пошёл ты! — шипел Лукаш, пытаясь достать розу из своей задницы.