«Под крышей дома твоего».

      — Джон, мальчик мой, — начал разговор Ричард как можно ласковее, подойдя к племяннику, — я вынужден посадить Сэма и я думаю, ты не будешь против.       — Дядя, прошу, давай поможем ему! Он… он не заслуживает такой участи.       — Почему ты продолжаешь защищать его? Ты же сам слышал, что он натворил.       — Прости, дядя… но несмотря на то, что он сделал, я все равно люблю его! ***       — Джон, ты должен меня выслушать! — ворвавшись в комнату шатена, настойчиво прокричал Сэм.       Как только Ричард покинул дом, Смит решил выяснить отношения с любимым.       — Я ничего тебе не должен, — Брук даже не смотрел на парня, — весь дом в твоем распоряжении, поэтому, будь добр, покинь мою комнату.       — Я никуда отсюда не уйду, пока ты меня не выслушаешь.       — Хорошо, тогда уйду я! — но как только Джон сделал шаг в сторону двери, брюнет заслонил ее собой.       Шатен нервно отшатнулся назад. Конечности слегка затряслись, давая понять о том, что их обладатель испуган.       — Отойди… — с трудом выдавил из себя хозяин квартиры, нервно сглотнув.       — Нет! — твердо сказал убийца, — пока мы не поговорим, я и с места не сдвинусь!       Осознав, что выхода из данного положения нет, Джон покорно сел на кровать, скрестив руки на груди: «Я слушаю». Как бы не была противна вся ситуация, но Брук младший сам хотел услышать ее из уст преступника.       — Джон, я честно не хотел…       — Но все равно сделал! — фыркнул светловолосый.       — Джон… — печально протянул Смит, умоляюще смотря на любимого, — прошу, не перебивай меня.       Голубоглазый гордо отвернулся, тем временем преступник продолжал:       — Я не хотел, чтобы ты знал правду.       — По-твоему скрывать такое лучше? — резко огрызнулся хозяин комнаты. Нервы уже были на пределе.       — Да! Я пытался уберечь тебя!       — Уберечь!? — громко усмехнулся паренек, резко устремив взгляд на собеседника, — от кого?       — От меня, черт возьми! — горько на выдохе произнес брюнет, — потому что я люблю тебя! И всегда любил, и буду любить вопреки всему!       Глаза Джона резко расширились от сказанного. Частое дыхание выдавало волнение. Смит, забеспокоившись, попытался подойти к любимому, но тот грубо остановил его, велев не приближаться. Однако Сэм не послушался, вместо этого он буквально в три шага преодолел разделяющее их расстояние и силой повалил светловолосого на кровать.       — Ты должен поверить мне! Я говорю тебе чистую правду! Ты веришь мне?!       — Нет! — дерзко кинул парень, даже не смотря в глаза собеседнику.       На такой ответ брюнет разозлился и, сильно ухватив Джона за подбородок, неосознанно потянулся за поцелуем, но шатен просто с презрением плюнул ему в лицо. Нервная шкала парня слетела еще на один уровень вниз. Вытерев рукавом кофты лицо, кареглазый ехидно усмехнулся: «Вот как, любишь по-плохому, значит?» Резко подняв руки вверх Бруку младшему, он тут же сдернул с него толстовку и ей же связал ему руки. Оседлав Джона, приперев коленками его бедра, Смит выпрямился и хищно облизнулся.       — Сэм, — умоляюще протянул голубоглазый, уже понимая, что хочет его возлюбленный, — прошу, остановись!       — Ну что же ты? — наигранно ласково спросил преступник, тыльной стороной ладони проводя по скуле шатена, — ты же любишь меня. Разве ты ни разу не думал об этом? Неужели ни разу не желал…       Руками брюнет прошелся по торсу любимого, очерчивая пальцем линии тела. Следом за руками в ход пошли губы, быстро сменяющиеся языком.       — Опять играешься? — даже с некой надеждой поинтересовался Брук, стараясь скрыть смущение и тем более наслаждение, которое он испытывал от простого прикосновения возлюбленного.       — О нет, мальчик мой. На этот раз все серьезно…       Смит и не думал останавливаться, ничто не могло его остановить: ни громкие протесты Джона, ни тем более здравый смысл. А втором здесь и речи не шло… Все повторялось вновь. Но сейчас Сэм хотел не просто удовлетворить себя, сейчас он думал не только о своих чувствах. И если бы Брук сразу простил его, то эта история могла положить свой прекрасный конец… Конец будет непременно, но будет ли он хороший?       Брюнет начал оставлять отметины на теле любовника, причем не как в любовных романах — он не зализывал их. Это были настоящие животные укусы, которые уже начали наливаться красным и уже к вечеру грозили стать полноценными синяками.       Без лишних слов и церемоний Смит стянул с парня штаны вместе с нижним бельем и присвистнул, заприметив твердо стоящий член.       — Ого, да ты нехило возбудился! — засунув палец в анус Джона, Сэм широко распахнул глаза, не почувствовав тесноту, на несколько секунд он даже забыл, как дышать, — я что у тебя не первый?!       Брук не успел и рта открыть, как убийца разозлился еще сильнее. Не дав парню и звука издать, он силой перевернул его на живот, цепляясь за бедра и приподнимая их. Плюнув на свой член, Сэм начал хлестать им ягодицы партнера. Брюнет проехался возбужденным органом между булок Брука, намеренно задевая анус. Ему это понравилось, и он повторил такие манипуляции несколько раз, во время одной из которых он все же вошел в Джона. Легкая волна дрожи прошлась по телам обоих парней. Заскулив Брук закусил губу, стараясь не выдавать постыдных стонов. Постепенно привыкнув к некой тесноте внутри голубоглазого, Смит начал потихоньку двигаться, по мере нарастающего возбуждения старался делать это быстрее. Температура тела повысилась, и убийца снял с себя футболку. В это время Джон, еле поднявшись на локтях, решил взглянуть в глаза своему любимому, может тогда он одумается, но как только взгляд шатена упал на брюнета: тот, прикрыв глаза, тихо постанывал, медленно зачесывая свои черные волосы назад. Глядя на эту картину Брук понял, что вот-вот кончит, но во избежание этого, он перетянул свой член у основания, дабы хоть чуть-чуть заглушить дикое желание кончить.       Кареглазый заметив, что его возлюбленный из последних сил сдерживает себя, насмешливо поинтересовался: «Помощь нужна?»       Брук младший, не поднимая головы, хрипло выкрикнул: «Да кончай ты уже!»       Пелена ярости полностью застелила глаза преступнику, и, с силой сжав волосы на затылке парня, вдавил его в кровать, дико заорав: «Я кончу, когда я захочу!»       Не рассчитывая силы и полностью не сдерживая себя, он стал вколачиваться в Джона резкими и грубыми толчками, даже не задумываясь о том больно ли тому вообще. Не смея больше терпеть, голубоглазый кончил, при этом издав хриплый стон. Падая без сил на кровать, он тут же почувствовал, что на его спину вылилось что-то теплое.       Тяжелое дыхание обоих парней заполняло комнату еще где-то минуты три. Первым в себя пришел Джон. С трудом повернувшись к брюнету, он с омерзением спросил: «Ну и что дальше? Убьешь меня, как Адама?!»       Зрачки Смита резко сузились, на голову будто вылили ведро ледяной воды. Этот вопрос… словно ножом по сердцу. И снова сознание Сэма отключилось. Словно в тумане он видел, как его собственная рука замахнулась на возлюбленного и с силой ударила его по лицу, отчего тот снова откинулся на подушку, однако он не шипел от боли, а лишь с безразличным лицом смотрел на стену.       — Да я люблю тебя, люблю!!!       По закону жанра в этот момент в комнату вошел Ричард Брук, чтобы узнать, помирились ли парни. Даже не успев обдумать ситуацию, он бросился на Смита, грубо хватая того за волосы и скидывая на пол. Преступник хотел поднять голову, чтобы посмотреть на мужчину, но точный удар коленом в челюсть не дает ему такой возможности.       — Ублюдок, ты что натворил? — на этот раз полицейский пустил в ход кулак, — мы все тебе доверились, а ты нас предал! Мразь! Теперь ты точно не отвертишься!