Свет во тьме

В предрассветной тьме было видно, что лишь в одном доме в целом городе горит свет. Маленький, серенький, ничем не примечательный дом с соломенной крышей, он выглядел беднее других, но мужчина, живущий в нем, готовился стать самым счастливым человеком на земле. В эту ночь рождался его ребенок. Он не знал, кто это будет: сын или доченька, но с нетерпением ждал наследника. Они с женой давно хотели детей, и сегодня его мечта сбудется. Правда, в данный момент он весь испереживался, вынужденный стоять на улице, слушать крики своей жены и кусать губы. Эллин рожала уже семь часов. Ей помогали соседки и лекарь, вызванный из замка. Гаюс уже был очень стар, но откликнулся на просьбу о помощи, за что Эллин была ему очень благодарна. - Тужься, дорогая, - уговаривали женщины. - Уже головка показалась! Она кричала изо всех сил, мучаясь от боли и мечтая о том, чтобы долгожданный ребенок поскорее родился. Она была готова претерпеть любую боль ради него, но силы ее были на исходе. Неожиданно все закончилось. Женщина обмякла на кровати, едва не потеряв сознание. Ребенок родился, но она не слышала его крика. Люди вокруг нее почему-то молчали. - Кто? - слабо спросила Эллин. Ей не терпелось узнать: мальчик или девочка? И почему ей не дают посмотреть на него? Она увидела, что лекарь переглянулся с женщинами и начал медленно пятиться назад, держа ребенка на руках. - Куда вы его уносите? - сцепив зубы, роженица приподнялась на локтях. - Это мой ребенок... Почему он не кричит? Окружающие молчали. - Почему он не кричит?! - взвизгнула Эллин, насмерть перепугавшись. Ее муж вбежал в дом. - Мне очень жаль, - тихо сказал Гаюс, глядя на родителей. - Ребенок родился мертвым. - Не может быть! Нет! Вы меня обманываете! Куда вы уносите моего ребенка?! Люди! Он крадет моего ребенка! Женщины кинулись ее успокаивать, но Эллин кричала, брыкалась и вырывалась, порываясь взглянуть на своего ребенка, которого лекарь уносил все дальше и дальше. - Можно, я посмотрю на него? - совсем тихо спросил муж Эллин, и Гаюс нехотя развернул одеяльце с мертвым телом. В тот же миг с уст отца мертворожденного сорвался крик, сливаясь с криком его жены. *** - Что это? - мрачно спросил Утер, щурясь от лучей рассветного солнца, заливающих Тронный зал. Король брезгливо взглянул на окровавленный сверток, который старый лекарь держал в руках. Сын короля, стоявший тут же, в зале, вопросительно посмотрел на Гаюса. - Это родила крестьянка в Нижнем городе. - Это существо? - подавленно пробормотал Артур. - Это называется кентавр. Существо с головой и торсом человека на теле лошади. - Гаюс посмотрел на ангельское личико малютки, а затем на копытца, заменившие ребенку ручки и ножки. - Это проклятие, сир, и оно все еще действует. Это уже второй случай. - Нужно найти того, кто это сделал. Он должен гореть на костре. Артур, займись этим. - Да, Ваше Величество, - поклонился принц. Он уверенным шагом направился к дверям, готовясь отдать привычное распоряжение: найти колдуна. Найти ужасного колдуна и убить его, чтобы снять проклятие. Казнь должна быть публичной, чтобы все знали, что бывает за колдовство. Так учил отец, и юный принц с готовностью следовал его наставлениям. В этот раз неизвестный маг превзошел своих соплеменников, казненных на эшафоте. Но кто бы он ни был, его поймают. Их всегда ловят. Никто не уйдет безнаказанным. - Поиграем? - Что? - наследник круто обернулся, но в зале не было никого, кроме Гаюса и его отца, поглощенных разговором. А голос, который он слышал, определенно не принадлежал ни одному из них. - Поиграем, принц Артур? В догонялки или в прятки? Днем с огнем ищи меня... Не поймаешь никогда... - Кто здесь? - крикнул Артур, отчего Утер удивленно поднял брови: - Что, сын? - Сир, вы не слышали? - Что я должен был слышать? - нахмурился правитель. - Он здесь, - изумленно пробормотал принц, и в этот момент чужой голос добавил: - Это ложь - про вторую сторону твоей медали. - Покажись! - закричал Артур, выхватывая меч и указывая им в пустоту. Краем глаза он успел заметить, как отец и лекарь встревоженно переглянулись, и Гаюс спросил: - Ваше Высочество, все в порядке? Артур заскрежетал зубами, оглядываясь по сторонам и целясь мечом в пустоту. Осознав, что он никого не увидит, наследник засунул меч обратно в ножны и толкнул двери, чтобы отдать распоряжение найти таинственного колдуна. *** - Это проклятие, - мрачно сказал Утер. Артур кивнул, зажимая рукой нос. Некоторые новобранцы, еще не участвовавшие в битвах, поспешили оставить короля и его сына, спеша скорее на свежий воздух. Они находились в близлежащей деревне, из которой сегодня поступила дурная весть. Все без исключения коровы перестали давать молоко. Вместо него доярки, на рассвете пришедшие начать работу, начали доить красную, липкую, солоноватую жидкость. Женщины, перепуганные обилием крови, не могли понять, что творится и как помочь скоту, но самое худшее началось тогда, когда они обнаружили, что не могут оторваться от работы. Неведомая сила пригвоздила их к месту, а руки перестали повиноваться. Они доили, доили, и доили кровь, пока земля, их одежда и руки не были сплошь залиты кровью, а коровы не попадали замертво. О случившемся немедленно доложили королю, и сейчас он стоял на пороге хлева вместе с сыном, и мрачно разглядывал кровь, которой было по колено, если не больше, и туши коров. Ущерб был понесен значительный. Доярки, держащиеся чуть поодаль, плакали, что теперь нечем будет кормить детей, и жалели своих кормилиц. - Займись материальной помощью для пострадавших, - распорядился король. - Подсчитай убытки, и восполни все из казны. Жителей надо поддержать. - Да, отец, - кивнул принц. - Когда закончишь, я хочу, чтобы ты занялся поисками колдуна. Объяви награду за его поимку. - Да, сир. *** Весть о награде не принесла того эффекта, на который рассчитывал владыка Камелота. Таинственный колдун был неуловим, и умудрился причинять все больше вреда, оставаясь безнаказанным. Прошла неделя, но ничего не закончилось. Утер пришел в еще большую ярость, обнаружив, что все золотые изделия из его личной коллекции обратились в глиняные черепки, но, по мнению Артура, это было ничто по сравнению с тем, что творилось в королевстве. За один час от неизвестной болезни полностью вымерло поселение у реки - от мала до велика, и приехавший на место трагедии Гаюс смог лишь установить, что у всех жертв посинели языки, очевидно, от какого-то смертоносного яда и, скорее всего, отравлен был воздух - иначе как объяснить то, что все жители погибли в одночасье? В другой деревне смерть затронула лишь двоих: это были только что обвенчанные муж и жена, погибшие прямо во время церемонии. Целуясь, они не могли оторваться друг от друга, и меньше чем через две минуты упали на землю бездыханные, перепугав многочисленных гостей. Еще в одном месте проклятие пощадило жизнь людей, но забрало их рассудок. Было неизвестно, что произошло. Сборщик налогов, приехавший, по обыкновению, собрать деньги, в страхе бежал оттуда, на каждой улице натыкаясь на искаженные от ужаса, бледные лица с вытаращенными глазами. У несчастных тряслись руки и ноги, рот был перекошен, а над верхней губой выступала пена. Артура, приехавшего по поручению отца разобраться, в чем дело, встретило гробовое молчание. Люди на улицах с мольбами протягивали к нему руки, но он шарахался от них, только увидев их глаза. Глаза были злые, красные, горящие какой-то отчаянной решимостью, и одновременно весь вид несчастных говорил об их уязвимости. Встретив знакомого рыцаря, родом из этих мест, приехавшего гостить к матери, Артур все же решил вывезти хотя бы его. Принцу пришлось связать мужчину, потому что тот, тихо плетясь за ним всю дорогу до Камелота, у самых ворот замка со страшным рыком бросился на наследника с мечом, и того спасла от смерти лишь хорошая реакция. Связанный рыцарь все оставшееся время был кроток, как овечка, но Гаюс, тщательно осмотрев пациента, твердо сказал, что тут он ничего поделать не может. Всему виной магия, и наука здесь бессильна. Короля, ненавидевшего магию, известие о том, что они бессильны и против этой напасти, взбесило окончательно. Видя, что поиски колдуна не дают результатов, Утер приказал вешать каждого, кого хотя бы подозревают в магии. По стране прокатилась череда казней, что, впрочем, не дало никакого результата. Не далее, как вчера, сено во всем Камелоте превратилось в обугленные трупы крыс. Новые несчастья продолжали одолевать Камелот, а король был бессилен что-либо исправить. Артур мрачно сидел за своим письменным столом, покусывая перо, злясь на отца за то, что тот велел ему оставаться в замке, пока он поехал к границе, узнать, все ли там спокойно. Кто-то должен быть во дворце, чтобы враги не захватили власть в отсутствие короля и принца, так сказал Утер, и его сын был согласен, но вот только... Он ненавидел отсиживаться в замке, когда страдала вся страна, и мечтал начать действовать. Сделать что-то, чтобы жители, до которых еще не добралось проклятие, перестали бояться. Но он не мог. Раздался стук в дверь, и вошедший стражник поклонился: - Ваше Высочество, рыцари схватили у ворот замка друида. - И что? - равнодушно спросил Артур. Ему уже была известна участь несчастного: его казнят, даже не потрудившись собрать суд. За подозрение в причастности к магии и раньше казнили без суда и следствия, а теперь, в свете недавних событий, судьба друида была предрешена. - Он говорит, что пришел в крепость, чтобы поговорить с вами. - Что ему нужно? - поднял бровь принц. - Говорит, что знает, как снять проклятие. - Ведите сюда, - коротко распорядился наследник трона. Он не раздумывал, отдавая такой приказ: нужно было использовать малейшую возможность избавиться от беды, постигшей Камелот. Артур не думал о том, что опрометчиво пускать друида к себе в покои: тот мог быть опасен. Артур вообще не относился к магам с той осторожностью, с какой привык действовать его отец, что, по мнению Утера, было крайне неосмотрительно. Два рыцаря втащили в покои худого мужчину и бросили к ногам своего повелителя. Артур нахмурился при виде бедно одетого, потрепанного человека, с которым его люди обошлись весьма нелюбезно. Но он не мог их винить: они были так же удручены происходящим, как он сам и, вдобавок, переняли крайнюю нелюбовь короля к магам, поэтому трудно было ожидать от них других действий. - Мне сказали, что вы хотели со мной поговорить, - просто сказал молодой наследник. Мужчина поднялся с колен и выпрямился. Несмотря на свое положение, он оценивающе взглянул на принца и тихо промолвил: - Принц Артур... Вот, значит, ты какой... - Прояви уважение к августейшей особе! - один из рыцарей зло толкнул его в спину, но Артур поднял руку, предупреждая насилие. Друид, между тем, продолжал: - Я бы не пришел сюда, но больше не могу смотреть, как гибнут невинные люди. Я хочу помочь. - Ты знаешь, кто за этим стоит? - Да. Это один из наших. Темный друид, предавший мир и ставший на путь зла. - И ты выдашь нам его? - с сомнением протянул принц. Мужчина тяжело вздохнул и опустил голову: - Да. - Его имя? - Джодок. Я покажу вам, где он живет. - Самого-то как зовут? - снова вмешался рыцарь. - Я Идвиг, - спокойно ответил мужчина. - Отлично, Идвиг, надеюсь, ты не соврал нам. Соберите отряд, мы выдвигаемся немедленно, - приказал Артур, но его перебил пленный друид: - Даже если вы убьете Джодока, - печально сказал он, - проклятие не перестанет действовать. Все, что он задумал сделать, будет исполнено. Джодок очень силен. Есть лишь один человек, способный противостоять его магии. - И кто же это? - надменно поинтересовался молодой рыцарь, все время неприязненно косившийся на Идвига. Но пленник ответил, глядя на Артура: - Вторая сторона твоей медали. Найди Эмриса, принц Артур. - Эмрис, - медленно проговорил наследник. - Кто такой Эмрис? В ответ друид лишь загадочно улыбнулся.