Столкновение

Дверь тихо открылась, пропуская в комнату шум непрекращающегося рабочего говора из гостиной, а после быстро захлопнулась. Снова наступила тишина. В комнате было темно, но лунный свет позволял различать предметы и не врезаться в первый попавшийся стул. Как и обычно, невозможно сразу определить, спит Мадара или нет, а подходить к нему все еще немного страшно. Вдруг как вскочит и вытворит что-либо странное, но у Эльзы было совершенно иное настроение. Она сделала пару шагов поближе к кровати и присела на стул. Любое ее движение было совершенно спокойно и бесшумно. Она поставила поднос на тумбу, сложила руки на коленях и принялась молча наблюдать за лежащим больным. Прошло не слишком много времени, перед тем как раздался первый звук, и девушка негромко позвала. - Мадара? Ее сердце в то же самое мгновение мучительно сжалось, а после медленно распустилось, когда мужчина не ответил. Она пригляделась к нему. Кажется, тот действительно спал. Оно и к лучшему, потому что сейчас ей захотелось просто побыть в компании Мадары. Не так важно, спящего или бодрствующего. И первый вариант даже лучше, потому что только в спящем состоянии Мадара мог быть спокойным и не совершать никаких дел, которые после разрушают всю внутреннюю организацию Эльзы. Однако она все еще думала о поцелуе и его невероятной силе излечения её страдающей души. Вместе с теплыми губами Мадары к ней пришло осознание скорого их исчезновения из этого мира, и девушка взглянула на ситуацию иначе. Внутри ощущался то ли пик любви, то ли потеря надежды и смирение с неизбежным будущим. Приглушенный шум из гостиной иногда пробирался в комнату, когда кто-то из организации вдруг повышал голос, и вся эта суматоха, скрытая под тенью глубокой тишины данной комнаты, где Мадара перед ней переживал мирный сон; все это еще больше напоминало ей о скором конце. - Мне кажется, что я словно прочла книгу, - вырвалось негромкое начало. Эльза чуть улыбнулась на выдохе и продолжила. - Едва ли кто поверит мне, потому что это все слишком фантастично, и потому что никому нет до этого дела. Не знаю, что здесь является главным фактором. Она вновь замолкла и покачала головой не без легкой улыбки, формируя последующие мысли и думая о том, что произнесла только что. - Но если я расскажу о чувствах, которые испытала и открыла в себе – то вся эта история обретет больший смысл. Там, на пороге, - она вдруг запнулась, - На пороге Итачи не пускал меня к тебе, но я впервые была так настойчива. Я говорю это не для того, чтобы показать свою внезапную уверенность, - она вновь замолчала и сделала очень тихий вдох, чтобы сказать следующую фразу, - Мне кажется, это последняя ночь. Эльза стала выжидающе смотреть на Мадару, но казалось, что он все-таки спит. Это ее успокоило и девушка продолжала. - Я должна сказать тебе кое-что. Если не скажу, ты знаешь, - Эльзе становилось все сложнее произносить слова, - Я буду мучиться от этого всю жизнь. И мне все равно, как подействуют на тебя мои слова, но они из тех, что обязаны обрести очертания и быть произнесенными. Она чуть поерзала на стуле и приготовилась раскрывать свою душу, в первый и возможно, в последний раз за всю свою жизнь. - Мне не нужно от тебя ничего. Больше ничего. Ты уже дал мне достаточно много, чтобы я могла хранить это в себе до конца жизни. Я не знаю, что ты за человек, но понимаю, что не должна разгадывать эту загадку. Вокруг тебя так много стен, а на лице миллиарды масок. Но твоя сущность слишком сильна, так что она пробирается наружу, разрушая решетки и разрывая цепи, которыми ты ее обвязал. Говорят, прирученный лев в итоге съедает своего хозяина, и до сих пор я думала о тебе именно так. Но суть в том, что ты не лев – ты человек. И любой, кто знаком с тобой, не думает об этом. Никто не считает тебя человеком, Мадара. Эльза снова замолчала. Голос ее наконец-то стал звучать спокойно и размеренно. Она взглянула на окно и обвела глазами лунный луч, падающий на середину комнаты, где когда-то Мадара обнял ее так, словно в его объятьях содержалось самое большое тепло всей вселенной. - Я не думаю, что нечеловек может передавать такую любовь. Ты может, посмеешься и решишь, что я глупая. Так и есть, я никогда не была слишком умной, не умела особо разговаривать с мальчиками и не стремилась к каким-то невообразимым высотам. Но благодаря тебе я поняла, на что способна. И еще больше, я узнала, на что способен ты. Ты полон любви, Мадара, и знай, тебе никогда не удастся убить ее. Любовь эта не ко мне, разумеется. Это просто источник, который проявляется по направлению. Ты хорошо его удерживал, но в нашем мире, когда ваши силы ослабли, она нашла способ выбраться наружу. Я хочу, чтобы ты знал. Те объятья и поцелуй, можешь думать, что они свели меня с ума, но дело даже не во мне. Та сила и любовь, которой ты так случайно и неосознанно дал волю – она окутали меня. А что главное – она не поработила или отняла, а приумножила. Поэтому мне больше ничего не нужно от тебя. Я всегда буду помнить тебя, и хранить в своей душе ту большую любовь, которую ты оставил. Самые сильные и чувствительные люди, строят самые высокие и непробиваемые стены вокруг себя. Ты вернешься в свой мир и снова станешь нечеловеком для окружающих, но огонь внутри твоего сердца никогда не погаснет. Эльза закрыла ладони руками и тихо заплакала. Все это она говорила спокойно, естественно и так, словно повествовала о самой простой истине. Когда же она замолкла на несколько секунд дольше, чем обычно, когда к ней снова вернулось осознание и чувства легкой горечи кольнуло в сердце, она не смогла удержаться. Это были другие слезы, не слезы истерики или обиды, печали. Такие слезы она испытала впервые. Теперь с ней все иначе и все впервые, но уже до конца. - Спасибо, Мадара, - быстро добавила девушка, поднялась и покинула комнату. Дверь негромко хлопнула и комната снова окунулась в полную тишину. Луна все еще светила своим магическим светом в самую середину комнаты, распространяясь легкими бликами на гранях предметов, но мужчина не мог этого видеть. На него обрушилась огромная мучительная волна чувств и терзаний. Мадара затрясся. Он сжал челюсти, тяжело задышал и накрыл свое лицо ладонями. Это откровение вывернуло его, выпотрошило и он не знал, куда теперь деть все то, что натворили в его голове, разбросали, вынесли ураганом мягких и добрых слов. Ему захотелось вырвать из себя этот момент, выколоть, словно глаза и он даже не прочь был испытать подобную боль вновь, лишь бы не слышать всего этого, не принимать и не понимать. Но уже оказалось слишком поздно. Он не мог заставить ее остановиться, и не мог перестать слушать, а теперь ощутил острую боль где-то внутри. Ему и близко не хотелось думать о себе так, как говорила Эльза, но он все прекрасно понимал. Эльза вышла из комнаты, ей хотелось побыть в полном одиночестве, чтобы осмыслить все и успокоиться, но ее почти сразу встретил Итачи. - Все-таки зашла, - неодобрительно произнес юноша, - Как он? - Он спит, - коротко отвечала девушка. В темном коридоре Учиха не разглядел, но по голосу понял, что она вновь плакала. Однако, как обычно, он не решил, что стоит заострять на этом внимание. Было видно, что Итачи собирался к Мадаре, но по состоянию Эльзы решил, что это может подождать, вернувшись в гостиную. К тому времени первый свиток был закончен. Эльза тоже пошла в сторону гостиной, но только она успела увидеть на ковре большой отрывок бумаги с непонятными иероглифами, Сасори, стоящим в центре и прочими членами организации, как кто-то ударил ее по затылку. Реальность заплыла, голоса стали неразборчивыми и девушка потеряла сознание.