Тот, кто жаждет

- Ты опоздал, - попенял Сэм, выходя из тени. Они встретились возле черного входа дома Филипсов, и лучи фонарей сюда не доставали. А сумерки уже сгущались – с минуты на минуту должно было полностью стемнеть. Окна Филипсов оставались темными, и вообще дом выглядел зловеще – казалось, что в глубине его что-то таится. - Воспользуемся этой дверью, - никак не комментируя слова брата, распорядился Дин. - Думаешь, есть смысл? Он, похоже, не возвращался… - Все равно пойдем. Сэм кивнул и протянул брату лом, после чего они вдвоем поднялись на крыльцо. Два быстрых удара и замок был сломан. Дверь в дом Филипсов распахнулась. Очень тихо, не зажигая свет, братья проскользнули внутрь. И буквально в ту же секунду в нос ударил отвратительный тухлый запах. - Ничего не напоминает? – спросил Дин, поморщившись. Сэм пожал плечами. - Еда испортилась… Видимо, когда Виктор уходил, он забыл открыть окна. Этому дому нужен хороший сквозняк. - Этому дому нужен хороший пожар, - сквозь зубы пробормотал Дин, делая шаг вперед. В следующую секунду он заметил на полу гостиной очертания человеческого тела и толкнул брата локтем. - А вот и хозяин. Они остановились, внимательно глядя на Виктора Филипса, который не подавал признаков жизни. - Он мертв? – недоверчиво проговорил Сэм. - Судя по запаху, не первый день… - Глупости, я только вчера его видел. Может, потрогать его? Вдруг нужна помощь? - Даже не думай! Последние серые лучи света, проникающие через большое окно гостиной, исчезли. Наступила ночь. И в следующую секунду рука Виктора Филипса, безвольно лежащая на полу, сжалась в кулак, царапая ногтями паркет. Медленно-медленно он поднял голову и, склонив ее на бок, уставился на братьев. Глаза мужчины были черными и бездонными, рот его искривился, и в нем отчетливо виднелись длинные клыки. Одним резким рывком он поднялся на руках и зашипел. - Оставайся на месте! – велел Дин, поднимая ружье. Но тот, кто когда-то был Виктором Филипсом, не подчинился. Лицо его исказилось, и мужчина встал на ноги. Дин и Сэм зачарованно наблюдали за ним – таких вампиров они еще не видели. Те твари, с которыми братьям приходилось встречаться раньше, все-таки были похожи на людей. Этот же напоминал дикое животное. Странной дерганой походкой он начал приближаться, и Дин тут же спустил курок, не позволяя живому мертвецу преодолеть разделявшее их расстояние. Виктора Филипса отбросило назад, и он сильно врезался в стенку. Но, кажется, серебряная пуля не нанесла твари большого урона – яростно зашипев, он снова пошел на охотника. Дин сделал два шага назад, внимательно следя за каждым движением вампира, но избегая смотреть в глаза. В этих черных омутах можно было утонуть. Сэм заходил сбоку, и на него тварь, кажется, не обращала внимания. Взгляд твари не отрывался от горла Дина, и звуки, которые она издавала, были совершенно нечеловеческими. Виктор Филипс ворчал, как собака, шипел и хрипел, продолжая ковылять вперед. Казалось, его гнал слепой инстинкт… Шаркающие шаги все ближе и ближе. Секундная задержка, и Дин понял, что сейчас тварь бросится на него. Выстрел. Виктора Филипса снова отбросило назад, и Сэм мгновенно подбил его под колени, заставив свалиться на пол, а сам упал сверху. В руке его уже был кол. Дин бросился вперед и навалился на ноги твари, которые отчаянно молотили по полу, а через секунду кол глубоко вошел в тело вампира, и он забился еще сильнее. Филипс вцепился в руки Сэма, пытаясь оторвать их от себя, в его горле забулькало, а страшные клыки сомкнулись на нижней губе, раздирая ее в клочья. Но сопротивление не было долгим – уже через пару секунд из раны, пробитой колом, хлынула темная кровь, и такая же кровь стала стекать по подбородку вампира. Виктор Филипс в последний раз дернулся и затих, и лицо его на глазах стало меняться. Мышцы расслабились, покалеченные губы разжались, черты стали не такими четкими и красивыми. Сэм перевел дыхание и поднялся на ноги. На его предплечьях остались глубокие царапины от ногтей вампира, но пока парень не замечал их. - По-моему, с ним покончено, - сказал он брату. Дин покачала головой. - Все равно отрубим ему голову. Нельзя рисковать. Сэм пожал плечами, ничего не ответив. Как всегда после схватки он чувствовал себя опустошенным. И его удивляло, как Дин может думать о том, что вампира нужно обезглавить и закопать в саду за домом. Впрочем, в целесообразности подобных действий не было сомнений, и потому Сэм заставил себя встряхнуться. Чем быстрее они покончат с этим, тем лучше… * * * К моему удивлению, Ребекка Голдфайер никак не отреагировала на то, что я, несмотря на свое обещание, так и не пришла к ней. Хотя, с другой стороны, что она могла сделать? Я же не оставила женщине номера телефона… Черт возьми, в последнее время я веду себя отвратительно! Продинамила лучшую подругу. Пообещала помощь новой соседке и не явилась. А если вспомнить о том, что я делала вчера вечером на подоконнике в собственной спальне, просто хочется провалиться сквозь землю от стыда. Вот никак не пойму, почему так получается? Когда Дин рядом, все это кажется естественным и правильным, а когда его нет, одни воспоминания о случившемся вгоняют меня в краску. А не вспоминать я не могу… Поскольку в библиотеке сегодня был выходной, я с самого утра отправилась в гости к Сьюзен. Сделаю все, что угодно, но вымолю у нее прощение! Но в дом попасть мне не удалось. - Извини, Фло, но Сьюзен спит, - тихо сказала миссис Эшли, которая открыла мне двери. – У нее, по-моему, грипп. Сама миссис Эшли тоже выглядела отвратительно. Кожа ее была землисто-серой, глаза глубоко ввалились, и солнечный свет, казалось, доставлял женщине настоящие мучения. - С вами все в порядке? – спросила я, внимательно глядя на нее. - Да. В порядке. Тебе лучше уйти. Если честно, меня все это немного напугало. Но что я могла сделать? Я просто посоветовала миссис Эшли вызвать врача, и ушла. Куда же теперь пойти? Дома сидеть в такой день совершенно не хочется… Может быть, навестить Дина? Помнится, он мне вчера обещал рассказать, что здесь происходит… Однако Дина в городе не было – Сэм сообщил мне, что он уехал по каким-то таинственным делам, и предложил заходить. Я не стала заставлять себя упрашивать – в конце концов, мне было все равно, кому из них задавать вопросы. Сэм ушел заваривать чай, а я расположилась на своем любимом диване в гостиной. Здесь же, на кофейном столике, лежали две стопки каких-то бумаг, в которые я немедленно засунула свой нос. Надо же, большая часть этих статей и выписок посвящены Норману и Гриффину – точнее, тем, кто в самом конце своей жизни носил эти имена. - А я смотрю, тебя здорово зацепила та история, - сказала я, когда Сэм вошел в комнату. Сэм кивнул и поставил на стол чашки с чаем. Однако меня так увлекло разглядывание газетных вырезок, что я даже не обратила на это внимания. - Надо же, ты и про Линдси информацию нашел, - восхитилась я. – Только почему здесь написано, что она перерезала себе горло? Я всегда думала, что эта ненормальная повесилась… - Слухи, - пожал плечами Сэм. Я стала просматривать заметку. - Обалдеть! Оказывается, после убийства у нее развилась светобоязнь, жуткая аллергия на пищу и мигрень. Похоже, эта женщина действительно возомнила себя вампиром… Если только все дело не в слишком развитом воображении журналистов… Сэм хотел что-то сказать, но не успел. Я настолько увлеклась новыми сведениями о бывших хозяевах дома на холме, который давно уже не давал мне покоя, что вскочила на ноги и бросилась к окну. Возникло неосознанное желание на него посмотреть. Но поспешила я зря, потому что споткнулась буквально на ровном месте и сильно подвернула ногу. - Ой-ой! – простонала я, чувствуя острую боль в поврежденной конечности и одновременно думая о том, что дядя и тетя, пожалуй, могут гордиться моим воспитанием (ни одного матерного слова!). - Фло, ты в порядке?! – заволновался Сэм. Я плюхнулась обратно на диван и вытянула ногу. - Да, не обращай внимания. У меня просто гиперподвижность суставов. Я постоянно себе что-то подворачиваю… - Давай посмотрю, - сказал Сэм, опускаясь на корточки и перехватывая мою лодыжку. - Да не нужно. Скоро все пройдет! - Боишься? – хмыкнул он. – Прекращай. Я не сделаю тебе больно. - Я ничего не боюсь, - упрямо проговорила я и не стала забирать ногу. Сэм снял с меня туфлю и стал аккуратно ощупывать пальцами мою лодыжку. Было щекотно, но приятно. Так что я замерла, внимательно глядя на него. - Сейчас принесу лед, - пообещал Сэм и ушел на кухню. Я пошевелила ногой – лодыжка ныла. Черт возьми, теперь придется на несколько дней отказаться от любимых каблуков. Как я только могла забыть, что мне нельзя не смотреть под ноги? Гиперподвижность суставов была моей проблемой с самого детства. Как и повышенный травматизм… Именно из-за этой своей особенности я с пятнадцати лет самостоятельно занимаюсь пилатесом. И, вроде бы, она уже стала отступать на второй план… Черт возьми, оказывается, я рано радовалась! Вернулся Сэм и приложил к моей пострадавшей щиколотке лед. Боль сразу же утихла, но по телу почему-то забегали мурашки. Я хотела было потянуться за пледом, но не стала этого делать – просто сидела и смотрела на парня сверху вниз. Он держал мою ступню в руках так бережно, словно это была самая ценная вещь в мире, и я на секунду представила, как его ладонь скользит вверх, поглаживает мою коленку, поднимается по бедру и… Что?! Черт возьми тебя, Фло Халлофер, ты просто извращенка! Чтобы отвлечься от этой картины, которая была такой яркой, что у меня екнуло в груди, я потрясла головой. Но руки Сэма все равно стояли перед глазами, и потому я не нашла ничего лучшего, чем спросить: - Откуда у тебя эти царапины? Сэм вздрогнул, словно очнувшись, и поднял на меня взгляд. - Это неинтересная история. Просто не поладил с местной кошкой… - Судя по всему, кошка была с норовом, - хмыкнула я, потому что невооруженным взглядом было видно, что эти следы оставлены человеческими ногтями. – Боюсь представить, как выглядит твоя спина. Сэм сначала не понял, что я имею в виду, а потом ужасно смутился. Я расхохоталась, и статус-кво был восстановлен. Знать бы еще, надолго ли… Оставив в покое мою ногу, Сэм решительно убрал со столика вырезки. Я хотела возразить, потому что мне интересно было обсуждать убийства, много лет назад произошедшие в доме на холме, но промолчала. Мало ли, может, ему неприятно. Да и вообще, нормальные девушки вроде не должны испытывать охотничий азарт, выслушивая истории о трупах и крови. Им больше пристало тихо валиться в обморок… В общем, Сэм негласно закрыл эту тему, и мне пришлось с ним согласиться. Но зато я вспомнила, как в прошлый раз он читал мне Тома Сойера, и потребовала «продолжения банкета». Как-никак, я опять числюсь в пострадавших… В общем, все было тихо и мирно, пока не вернулся Дин. И дело было даже не в том, что он пришел, а в его странном настроении. Старший Винчестер казался мрачным и сосредоточенным, но при этом полным энтузиазма. Гремучая смесь, я вам скажу… - Привет, детка, - сказал он, целуя меня. – Хорошо, что ты здесь. Я посмотрела в его лицо, и взгляд непроизвольно задержался на двух небольших темных пятнышках на щеке. Пятнышки были похожи на подсохшую кровь. - Выпьешь что-нибудь? – поинтересовался Дин, доставая из бара низкие стаканы. Я покачала головой, раздумывая, почему это он предлагает мне выпить средь бела дня. - Нет, спасибо. - А я бы все-таки посоветовал, - Дин разлил виски по трем стаканам и пододвинул два из них к нам с Сэмом. – У меня плохие новости. - Что случилось? – мигом подобрался Сэм. Меня удивила такая реакция. Конечно, известие о плохих новостях никому не прибавляет энтузиазма. Но эти двое вели себя так, словно мы были… на войне. - Кевин Претчелл, брат Милли, мертв. Я нахмурилась, прикидывая, откуда бы ему знать брата Милли, и раздумывая, почему в нашем городке в последнее время так участились случаи смертей. Хотя, Кевин ведь жил в Кесвике. Но, в любом случае, он имеет к нам отношение… - То есть, ты не смог с ним поговорить? – Сэм потянулся за стаканом. - Когда я пришел, он был уже не в состоянии говорить, - странно, но губы Дина разъехались в некоем подобии улыбки. – Мог только кусаться. - Говорил же, нужно было ехать вместе, - сокрушенно покачал головой Сэм. Я сидела и смотрела на них, открыв рот. Этот разговор был очень странным. Даже более, чем странным… Но тут, к счастью, на меня обратили внимание. - Вчера я обещал все тебе рассказать, Фло, - серьезно проговорил Дин, внимательно вглядываясь в мое лицо. – Пришло время это сделать…