Не исчезай

      Неугомонный ветер дул не переставая, стремясь сорвать с головы Изаи такой желанный капюшон, и вот, наконец, уже в который раз за весь их путь, добился своей цели, заставляя Орихару сдаться и безразлично махнуть рукой, ёжась от холода. Шизу-чан, идущий рядом с ним, хмыкнул, замечая мучения Блохи, и поспешил поглубже зарыться носом в шарф, демонстрируя, что ему очень тепло.       «Вот же урод! Ненавижу!» — Изая снова поёжился и отвернулся, мысленно уже представляя, как будет ютиться на диване, укутанный в тёплый плед, и неспешно попивать горячий, приготовленный Шинрой кофе. Шизу-чан завозился рукой у себя в кармане и, выудив оттуда сигарету, приставил к губам, поджёг её и хотел уже начинать курить, но Орихара опередил его действие, выхватывая сигарету прямо изо рта и рискуя нарваться на неприятности: «Шизу-чан совсем не следит за своим здоровьем! Ты можешь хоть минуту протянуть без сигарет? Нечего дымить в моём присутствии!»       — Да ты ведь даже не дышишь! — он вспылил, но почти сразу успокоился и снова полез в карман и достал очередную сигарету. У-у-у, как скучно! Всё-таки и Шизу-чан умеет учиться на своих ошибках, а то пару часов назад ревел как бешеный на всю улицу и кидался в Изаю всем, что не ровно лежит, и большая часть Икебукуро, уверилась, что их извечная гроза окончательно сошёл с ума.       — Ну и что! Запахи-то я всё равно чувствую, — Изая снова полез к его сигарете, но в этот раз Шизу-чан опередил его, больно хватая за запястье, так, что на них наверняка потом останутся синяки, и припечатал к стене какого-то здания.       — Слышь ты, Блоха! Иди молча и не путайся у меня под ногами, если не хочешь, что бы я прямо сейчас свернул тебе шею! — Шизу-чан угрожающе уставился на Изаю своими золотистыми глазами, которые тот, кстати говоря, первый раз видел так близко и без очков. Проходившая мимо них группа подростков с ужасом покосилась на Шизуо и, перешёптываясь, поспешила скорей убраться с пути грозы Икебукуро. Он с рыком отпустил запястья Изаи, понимая, что опять повёлся на его провокацию, и пошёл вперёд. Так как предыдущая сигарета уже успела куда-то таинственным образом исчезнуть, Шизу-чан достал ещё одну и закурил, всё дальше и дальше отдаляясь от Орихары.       — Хи-хи, — он не сдержал рвущегося наружу смешка и запрыгал вслед за ним, заставляя капюшон своей куртки весело подпрыгивать при каждом его приземлении. Всё-таки что-то навсегда останется неизменным. Когда Изая, после полуторачасовой пробежки от летевших в него дорожных знаков и автоматов с газировкой, сумел, наконец, привести Шизу-чана в одну из подворотен, и там ещё минут десять уворачиваясь от его кулаков, рассказал-таки ему всё, что знал о связанных, Хейваджима очень долго не верил, называя Изаю галлюцинацией, а потом и вовсе решил, что он не умирал. Орихаре пришлось показать ему дырку в сердце и потратить уйму времени и нерв, чтобы уговорить этого пустоголового барана отправиться вместе с ним к Селти. В итоге кое-как убедив Шизу-чана, что призраки существуют, и что он сам теперь одни из них, они отправились к Шинре, надеясь там поговорить с его возлюбленной. И вот сейчас Изая, весело напевая незатейливую песенку, скакал чуть позади Шизу-чана, действуя ему на нервы. Орихаре было видно, как напрягалась его спина, когда Изая завывал чуть громче обычного, и с какой скоростью сигареты начинали сменять друг друга. По правде, Изая действительно мог чувствовать запахи, хоть и не дышал, а сигаретный дым у него всегда вызывал рвотные позывы, потому он и старался держать сзади и чуть правее Шизу-чана, так, чтобы ветер дул в противоположную сторону и уносил с собой ядовитый дым. Впрочем это мало помогало, и у Орихары складывалось ощущение, будто он сам курил.       Шизу-чан завернул за очередной поворот, и Изая на секунду потерял его макушку из вида, а когда свернул следом, увидел его уже поднимающимся по каменным ступенькам к дому Шинры. О! Наконец-то они добрались! Как же Изая чертовски замёрз! Уже живя, если так можно сказать о призраке, мечтой о горячей чашечке кофе, он взлетел по ступенькам вверх, опережая и чуть ли не сбивая Шизу-чана с ног. Тот крикнул что-то наверняка злобное ему вслед, но Изая не расслышал, скорее спеша добраться до заветной двери, и усердно принялся давить на кнопку звонка. Странно. Хоть они и зашли в относительно тёплый подъезд, он этого совершенно не чувствовал. Кажется, будто ледяной ветер до сих пор продувал тонюсенькую куртку Изаи насквозь, скользя по его телу и холодя его. С той стороны двери послышался шум, а вскоре и шаги, и когда Шизу-чан поравнялся с Орихарой и тоже принялся ждать, дверь распахнулась, а на пороге стоял и с недоумением хлопал глазами Шинра.       — Какими судьбами, Шизуо? Что-то случилось? — он поправил чуть съехавшие на бок очки и чуть посторонился вправо. — Ты проходи, чувствуй себя как дома.       — Будто я не могу просто так навестить своего старого друга, — буркнул Шизуо и собрался уже заходить, но Изая опередил его, нагло оттолкнув в сторону и устремился скорее к тёплой батареи в прихожей внизу на стене.       — Что с тобой? — обеспокоился Шинра, замечая, что Шизуо пошатнуло, но тот бросил ему что-то неразборчивое наподобие «нормально» и зло покосился на Изаю, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться.       — Простите за вторжение — он тоже прошёл внутрь, следуя примеру Орихары, разулся, кинул куртку на вешалку и, прошествовав в гостиную, плюхнулся на мягкий кожаный диван.       — Ну? — не унимался Шинра, став напротив Шизуо, и скрестил руки на груди, — как я вижу ты не ранен…       — Мы, собственно, к Селти, а не к тебе, — получил немного грубый ответ шатен, и тут же, разведя руки в стороны и строя какую-то страдальческую мину, плюхнулся рядом с Шизуо на чёрный диван.       — Я уже и правда поверил, что ты просто в гости заскочил. А Селти-то тебе зачем? — уточнил Кишитани, напрочь игнорируя «мы», сказанное Шизуо.       — Эм… понимаешь, — начал объяснения Шизуо, но соизволив-таки бросить мимолётный взгляд в сторону Изаи, увидел, как он усердно указывает на нить на своём мизинце и, уловив ход его мыслей, подсунул под нос Шинре свою правую руку. — Вот.       — Что это? — Кишитани опять поправил очки и принялся внимательно исследовать глазами красную ниточку, но, не найдя в ней ничего необычного, оторвался от её созерцания и выразительно посмотрел на Шизуо, решая, не издевается ли тот над ним.       Шизуо начал мяться, не в состоянии подобрать слов, чтобы доступно объяснить происходящее другу, и, всё это время сидевший в обнимку с батареей и так и ни черта не согревшийся Орихара, не выдержал больше этих тупых «ну… знаешь… тут это… Изая, он…» выдаваемых Шизу-чаном, и, отлипнув от обогревателя, подошёл сзади и ударил блондинистую макушку со всей своей силой кулаком. Хейваджима, конечно же, не ожидавший от Блохи каких-то действий, не успел во время среагировать и с запозданием вскочил с дивана, пытаясь дать сдачу, но тот уже давно отошёл назад в сторону и с раздражением прожёг его взглядом: «идиот!»       — А как мне, по-твоему, ему всё объяснить, если он тебя не видит? — вспылил Шизуо, только потом уже осознавая, что Шинра его теперь не правильно понял. — А-а-а, чёрт! Задрало! — он взъерошил волосы у себя на голове и ускоренным шагом покинул гостиную, направляясь, кажется, на балкон, выпустить пар, и свалил всё дальнейшее разбирательство с Шинрой на Изаю. Кишитани проводил непонимающем взглядом друга, но следовать за ним не спешил, а громко, так, чтобы Шизуо услышал, сказав «я заварю нам чай», направился на кухню.       — О нет. А как же мой кофе? — Изая проскочил на кухню первый и, порывшись по ящикам пару минут, отыскал баночку растворимого кофе. Он поставил её на столешницу, недалеко от Шинры, затем отправился на экскурсию по дому: обошёл все возможные спальни, лаборатории, ванну и даже туалет и, не найдя Селти, вернулся на кухню к уже закипающему чайнику. Шинра уже достал две чашки и начал разливать по ним заварку, крикнув, чтобы Шизуо шёл пить чай. Когда обе кружки уже были наполнены горячем напитком, он поставил их на поднос, разместив там помимо ещё и какое-то, на вид вкусное, печенье, и опять направился в гостиную, в надежде поговорить с Шизуо.       Когда Кишитани скрылся за дверью, Изая кинулся на поиски чашки, но нашёл её почти сразу и, схватив печенье, насыпав себе в кружку кофе и немного сахара и залив это всё кипячёной водой из горячего чайника, прильнул губами к такому долгожданному кусочку счастья. Насладившись вдоволь кофе и, к сожалению, заметив, что всё равно не согрелся, он поставил пустую чашку в раковину и решил присоединиться к Шинре с Шизу-чаном в гостиной, но не успел открыть дверь, как она отворилась сама. В её проём просунулась до безобразия восторженная голова Кишитани и с трепетом принялась что-то искать глазами на кухне: «где он, Шизуо?» Изая хмыкнул про себя. Неужели этот тупоголовый баран сподобился-таки ему всё объяснить?       — Стоит прямо перед тобой, — Хейваджима тоже подошёл ближе и, подперев спиной дверной косяк, указал взглядом на Изаю. Шинра пробежал чуть вперёд, едва ли не сбивая с того с ног, с задумчивым видом подозвал к себе Шизуо и ещё раз внимательно осмотрел нить.       — Где Селти? — задал самый главный на данный момент вопрос Орихара, пытаясь избежать загребущих рук Шинры, который, уже оторвавшись от нити, пытался нащупать Изаю в воздухе.       — Скоро приедет, — он получил весьма сухой ответ, и Шизу-чан ушёл обратно и сел на диван допивать чай, показывая всем своим видом, что не имеет желания разговаривать с Блохой.