Не исчезай

      Шизуо очень нравилась сегодняшняя погода. Он не любил дождь и, наконец-то, в кои-то веке выглянуло солнышко. С самого утра его настроение было приподнятое, и он был полон надежд не испортить его на работе. Всё шло до подозрительности гладко: все должники сегодня попадались очень сговорчивыми и покладистыми, они сразу отдавали Тому свои долги, как только видели Шизуо. Но стоило только Хейваджиме подумать, что не может же быть всё так идеально, как в голову врезался какой-то клочок, заставляя Шизуо замереть и почувствовать всем телом, человека, стоящего позади. Прекрасное настроение, конечно же, тот час испарилось, помахав на прощание Шизуо белым платочком. Что вообще нашло на этого Изаю? Он полез в карман и вытащил оттуда сигарету, посмотрел на неё как-то пристально, запихнул в рот и поджёг. Это его, Шизуо, личное дело, курить или нет, и никакие блохи не посмеют ему указывать что следует делать, а что не следует! Он затянулся, блаженно прикрывая глаза, пытаясь отвлечься от мыслей о Блохе и вернуть своё прежнее положение духа. Следовало подумать о чём-нибудь хорошем, радующим, и Шизуо вспомнил недавние слова Тома о том, что работы сегодня совсем мало, и что остался всего лишь один должник, после разборок с которым Шизуо может преспокойно идти домой и расслабляться.       Вдруг Танака остановился, глянул в свой блокнот и после на номер дома. Он указал головой в нужном направлении и сказал Шизуо: «третий этаж, одиннадцатая квартира». Вышибала коротко кивнул, показывая боссу, что услышал и, выкинув уже истлевшую сигарету, направился к дому. Тот оказался слишком старым и ветхим, как внутри, так и снаружи. Шизуо вместе со своим работодателем аккуратно, опасаясь провалиться, поднимались по ветхим порожкам, норовящим в любой момент рассыпаться в мелкую бетонную крошку.       — Ты уверен, что это здесь? — не выдержал Шизуо, и задал волнующий его сейчас больше всего вопрос. Том кивнул, для верности опять взглянув в свой блокнот, и, убедившись, что ничего не попутано, ответил Шизуо: «это точно здесь».       Под монотонный хруст ступенек они добрались до нужного этажа, и Шизуо постучал в дверь под номером одиннадцать. С той стороны послышались медленные пошаркивания, какой-то грохот, мат, и дверь наконец открылась.В проёме показался молодой парень, на вид лет двадцати, со светлыми, русыми волосами, мёртвенно бледной, местами красноватой, сухой кожей, огромными расширенными зрачками и гигантскими кругами под глазами. Завидев Тома, парень попятился назад, а потом и вовсе сорвался на бег, устремляясь в глубь своей квартиры. Шизуо поспешил за ним, но забежав в комнату, заметил открытое настежь окно. Не раздумывая, он прыгнул в него, приземляясь на карниз окна второго этажа. Шизуо схватился за трубу, чтобы не упасть и стал оглядываться по сторонам, ища паренька-наркомана.       Светловолосый валялся внизу, видимо, не рассчитав свой прыжок и стонал. Вот идиот! Шизуо попытался спрыгнуть, но соскользнул с карниза и полетел вниз, больно ушибая ногу. Он с рыком поднялся, мгновенно выходя из себя, и направился в сторону бедного юноши. Вроде бы уже кое-как успевшее подняться настроение, испарилось снова, из-за этого малолетнего ублюдка! Шизуо с корнем вырвал растущее здесь дерево и метнул его в парня, но, к счастью для того, промахнулся, из-за застилающего глаза и рассудок гнева. Из-за поворота показался запыхавшийся Том, который явно спешил остановить Шизуо от дальнейшего избиения парня.       — Порядок! Шизуо, порядок! Он уже никуда не убежит, — неровно выпалил Танака из-за сбившегося дыхания. Он подошёл к парню, спросил что-то, потыкал его носком ботинка, но, поняв, что тот без сознания, присел на корточки подле, и стал хлопать юношу по щекам. Тот очнулся и застонал и, кажется, заплакал, пытаясь сказать сквозь всхлипы, что денег у него нет. Том, вздохнув, поднялся и вызвал скорую, повернулся к Шизуо лицом и, сжалившись над тем, разрешил: «ладно, Шизуо, на сегодня всё. Твоя помощь здесь уже всё равно не понадобится».       — Спасибо, — облегченно поблагодарил Хейваджима, и поспешил скорее убраться со двора этого дома. Мобильник в его кармане завибрировал и, Шизуо, размышляя над тем, кто бы это мог быть, достал телефон и глянул на экран: «Шинра».       — Слушаю, — Шизуо подставил трубку к уху, в которую сразу же, услышав ответ, затараторил в своей привычной манере Кишитани. — Привет Шизуо-кун, как дела? Как работа?       — Что ты хотел? — решил сразу перейти к делу Хейваджима, правым плечом прижимая трубку к уху, а руками вытаскивая сигарету из пачки и закуривая.       — «Есть одно дело. Приходи сегодня ко мне после работы. Хочешь, я пошлю за тобой Селти?» — «А ты не думал, что у меня могут быть свои дела?»       — «Это для твоего же блага, Шизуо», — «В каком это смысле?»       — Приходи и всё узнаешь. И я не хочу слышать никаких препирательств, — уверенный в том, что последняя фраза сработает, Шинра бросил трубку. Шизуо сощурился, думая над тем, что задумал этот докторишка. Хоть он и сказал, что это для его же блага, но пахнет это дело всё равно не чисто. Поборовшись ещё немного с собой и придя к выводу, что всё равно в итоге сдастся и поплетётся к своему школьному другу, Шизуо направился в сторону дома Кишитани, докуривая сигарету и выкидывая ту в кусты. В животе требовательно заурчало, и он вспомнил, что с самого утра и крошки во рту не держал.       — Заходи в русские суши! Вкусно и дёшево! Русские суши! — впереди выросла высокая фигура Саймона. Афроамериканец раздавал листовки прохожим и, когда заметил Шизуо, повернулся к нему.       — Здравствуй, Шизуо! Заходи в русские суши! — он протянул Хейваджиме листовку. Шизуо замахал руками и отказался, решив, что лучше он перекусит у Шинры бесплатно. К тому же идти оставалось совсем немного. — Прости дружище, как-нибудь в другой раз.       — Ничего, Шизуо! Заходи потом! — он улыбнулся и помахал бумажкой Хейваджиме, в знак прощания, а затем снова затянул свою привычную речь, начиная зазывать клиентов.       Шизуо пошёл дальше, но вдруг народ вокруг него стал перешёптываться и тыкать пальцами куда-то за его спину. Кто-то закричал в ужасе, кто-то удивлённо взвизгнул, кто-то побежал прочь. Хейваджима развернулся, уже предчувствуя напасть, и даже, кажется, измученно выдохнул, когда заметил в паре шагов от себя Орихару, державшего на вытянутых руках огромный рыжий, шипящий ком. Он едко улыбнулся Шизу-чану, видя, что тот его заметил и, разводя руки в сторону, выпустил кота на свободу: «а всё-таки Шинра был прав!» Люди расступились прочь, пропуская живой, напуганный комок шерсти, по-пластунски передвигающийся по земле, на что Изая лишь хмыкнул.       — Что ты делаешь? — Шизуо сдвинул брови к переносице, видя как Блоха вспрыгивает на бордюр и, разведя руки в стороны для лучшей поддержки баланса, направляется по нему вперёд, немного наклоняясь из стороны в сторону.       — Развлекаюсь, Шизу-чан! Вот, тебя навестить пришёл, как и обещал, — он остановился и спрыгнул прямо перед носом Шизуо. Тот схватил его за грудки и упёрся лбом в лоб Изаи.       — Катись к чёрту! — прошипел он сквозь зубы, что бы никто из прохожих его не услышал.       — Оя, оя, какие мы грозные, — Изая сорвал с лица Шизуо очки и вывернулся из его хватки, пряча их в карман своей куртёнки. Он расплылся в ещё более едкой ухмылке, видя как Шизу-чан пытается сдерживать себя изо всех сил. Но Хейваджима резко развернулся на пятках ботинок и пошёл прочь, не желая видеть Изаю.       — Сбегаешь, Шизу-чан? — раздражающая Шизуо Блоха не отставал и скакал рядом, растягивая исковерканное имя своим мерзким слащавым голосом. Ну вот что ему надо-то от Шизуо, Господи?! Хейваджима пытался игнорировать приставучего Орихару, с каждым шагом всё больше и больше хмуря брови, но тот не отставал, а всё продолжал вопить во всю глотку такое унизительное «Шизу-чан». Как же он бесит! Хейваджима остановился, сильно топнув правой ногой, растрескивая землю и привлекая к себе внимание прохожих, которые и без этого старались его сторониться. У Шизуо даже задёргался глаз, под мерзкое истеричное заливание Блохи от хохота.       — Я вообще-то по делу, Шизу-чан, — отсмеявшись, пропищал Блоха. Так, кажется, это на долго. Крепись, Шизуо, главное не сорваться. Хейваджима полез за сигаретой, резко вспомнив недавние выходки Изаи, и, на этот раз уже будучи на чеку, закурил. Он проследил за тем, как изменилось лицо Орихары, превращаясь из ненормально-радостного в полное отвращения. Изая бросил на Шизу-чана испепеляющий взгляд полный ненависти и… обиды?       — Ну я же просил тебя, Шизу-чан, не курить, — он сморщился от чего-то, сокрушительно помотав головой из стороны в сторону добавил: — ты невыносим!       — Что это ещё за новые фокусы? — Шизуо совершенно не понимал в чём заключала причина поведения Блохи. Он совсем уже с катушек съехал? Какое вообще его собачье дело?!       — Какие фокусы? Ты что, до сих пор не понял?! Ну да, чему я удивляюсь, куда уж Шизу-чану! — он увернулся от стремящегося проломить его голову кулака и, как ни в чём не бывало, продолжил: — если ты не забыл, Шизу-чан, — мы связанные. Дошло?       Изая внимательно уставился на него, наблюдая все мыслительные процессы отражающиеся у того на лице: «ты портишь мои лёгкие, Шизу-чан!»       — А мне-то что до твоих блошиных лёгких? — Шизуо наконец понял о чём идёт речь и, хмыкнув, демонстративно затянулся сильнее обычного, наклонился к Изае, и выпустил густые клубы дыма прямо тому в лицо.       — Не может быть! — Орихара сморщился, как от зубной боли, и замахав рукой у себя перед носом, отступил на шаг назад, очень обрадовав Шизуо своим поступком. Вот чёрт!       — В любом случае, — продолжил Изая, отскакивая дальше, — если хочешь вернуть это, — Изая достал из кармана куртки недавно украденные очки, — иди за мной!       Он сорвался с места и побежал, унося с собой вещь Шизуо, при этом опять гадко улыбаясь чему-то своему. Изая добежал до входа в первый же супермаркет и, обернувшись и убедившись, что Шизу-чан гонится за ним, скользнул внутрь магазина. Дождавшись, пока он покажется внутри, Изая указал глазами на стоящие у входа тележки: «бери», — и пошёл вперёд, углубляясь в стеллажи. Шизуо совсем не хотелось выполнять приказы этого кровососа, но тот уже успел куда-то исчезнуть, поэтому внутрь пришлось идти, захватив всё-таки с собой тележку. Блоха обнаружился почти сразу, в овощно-фруктовом отделе, рядом с одним из коробов с мандаринами. Заметив Шизу-чана с тележкой, он деловито сложил в неё различную вегетарианскую снедь, при этом приговаривая, что это очень полезно и вкусно. Изая поскакал вперёд, призывая Шизу-чана последовать за собой. Тот лишь хмурился, но продолжал толкать тележку, совершенно не понимая, что задумал этот негодный Блоха.       Наконец обойдя весь магазин и наполнив тележку едой до отвала, Изая пристроился возле кассы.       — И что всё это значит? — решил уточнить уже образовавшиеся догадки Шизуо.       — Так как мы связанны, Шизу-чан, я решил немного изменить твоё меню. Не думаю, что это причинит тебе проблем, здесь только правильная пища, неспособная нанести вред моему, ну… и твоему здоровью. А ещё я запрещаю тебе курить! — Изая, дождавшись своей очереди, начал выкладывать товар из тележки на ленту.       — У блох не спрашивали, — вставил своё слово Хейваджима на последнюю реплику Изаи. Ишь какой деловой нашёлся! Будто Шизуо питается какими-то отбросами!       Между тем Орихара протянул ему купюру, и Шизуо взял её, так как не собирался тратить свои деньги на всю эту чёртову гору правильной пищи. Он её вообще есть не собирался! Пусть Изая забирает всё и уносит с собой. Не нужны Шизуо блошиные подачки! Хотя он-то о себе любимом только и заботился.       Хейваджима оплатил всё и, подхватив пакеты, направился к выходу, замечая, что Изаи внутри уже нет. Вот чёрт, уже смылся! Шизуо теперь придётся тащиться с этим к Шинре. Ну не выкидывать же добро, пусть и купленное Блохой…       Шизуо вышел на улицу и к своему удивлениб заметил копающегося в телефоне Изаю. Неужели он всё равно не собирался отставать от Шизуо?! Хейваджима бросил пакеты у его ног и, не сказав ни слова, пошёл прочь. Изая сразу оживился, подобрал пакеты и побежал догонять Шизу-чана.       — Эй, Шизу-чан, это для тебя, между прочим. Хватит питаться всякой гадостью, а кушай нормальную еду!       — Я, по-твоему, ем отбросы?! — Шизуо не выдержал и рыкнул. Ну сколько уже можно считать его неразумным существом?!       — «Не иди за мной!» — «Но, Шизу-чан, я иду домой».       — «Ты и правда переехал?!» — «Я похож на человека, который станет шутить такими вещами?»       Шизуо проигнорировал последний заданный Блохой с невинным видом вопрос. Пусть делает, что хочет. Сил уже нет снова злиться. Весь оставшийся путь они с Изаей прошли молча в почти идеальной тишине, нарушаемой очередными запеваниями последнего. Сначала Хейваджиме казалось, что Изая просто бездумно следует за ним, но потом вдруг осознание прострелило его электрическим разрядом. Неужели он живёт у Шинры? Быть не может… Они завернули к дому Кишитани и поднялись вверх, на нужный этаж. Шизуо нажал на звонок, а Изая вспомнил, что до сих пор забыл попросить у Шинры ключ. Дверь распахнулась и из неё буквально вывалился, распахнув руки для объятья, Кишитани.       — Боже мой, Изая-кун! — он дружески обнял Изаю. — Неужели это и правда ты?!       Изая изо всех сил отпирался, пытаясь выбраться из загребущих рук Шинры и еле сумел выдавить из себя: «как?!» Хотя это всё равно ничего не решило: Кишитани по прежднему его не слышал. Выбравшись из объятий, Изая достал телефон и повторил свой вопрос уже в текстовом виде.       — О, привет, Шизуо! — Шинра наконец соизволил увидеть своего друга, но сразу же переключил всё внимание на экран телефона.       — Очень просто, Изая-кун. Это оказалось до невероятности элементарно! Видите эти очки, — он указал пальцем себе на нос. — Я сам создал их. Специально, чтобы видеть тебя, Изая! Вы не представляете, всего одной капли крови хватило, для создания такого шедевра! Жаль только со слухом я сделать ничего не смог, но это уже не так важно. Я и не ожидал, что самый первый вариант окажется рабочим! А! Вы проходите-проходите, что ж вы на проходе-то топчитесь? Чувствуй себя как дома, Шизуо-кун! — Шинра захлопнул дверь за спинами своих друзей, когда те прошли внутрь и, гордый собой и своим новым изобретением, принялся что-то увлечённо опять тараторить.       Изая сорвал очки с его носа, тут же получая в свой адрес кучу возмущённых возгласов, снял с шеи камеру, подставил очки одной линзой к объективу и, обхватив шею, снимающего куртку Шизу-чана, сделал кадр. Он быстро отпрыгнул, пока тот не успел придти в себя, кинул очки Шинре и устремился к себе в комнату.       — Блоха-а! — взревел Шизу-чан, скидывая на ходу с себя обувь и полетел за Изаей, чуть ли не сбивая с ног Шинру.