Музыканты из Мичигана

       — Эрика, если ты сейчас же не откроешь эту чёртову дверь, клянусь, я её вышибу!       С той стороны послышалась суета, и я, торжествующе улыбнувшись, погладил нежные лепестки роз.       Дверь открылась. Эрика смерила меня холодным взглядом и тихо сказала:        — У тебя несколько минут. Скоро вернётся мой отец, и я не хочу, чтобы он нас видел.        — Почему? — с недоумением спросил я. — Разве ты не хочешь познакомить меня со своими пред… родителями?        — Нет.        — Но почему?       Рот Эрики искривился в непонятной усмешке, и она сказала:        — Сейчас ещё не то время, когда я могу тебе всё рассказать.       Я вздохнул и посмотрел на девушку. Она была такая красивая, такая родная мне, но в то же время какая-то колючая, холодная. Она была всё той же Эрикой, которая чертовски нравилась мне, только я для неё был уже чужим парнем. Она не видела во мне того человека, которому можно доверять. И это нужно было немедленно исправить.        — Ну, прости меня, — проговорил я, стараясь вложить в интонацию всю боль, царившую в душе. — Прости, пожалуйста. Я не знаю, чем могу искупить свою вину, я… Хочешь, на колени встану?       Не дожидаясь ответа, я опустился перед Эрикой на колени. Она огляделась по сторонам округлившимися глазами и сказала:        — Логан, сейчас же встань. Соседи могут увидеть.        — Мне наплевать. Я никуда не пойду, пока ты не скажешь, что простила меня.       Вздохнув, Эрика облокотилась на косяк двери.        — Разве это что-то изменит?        — Изменит, — подтвердил я. — Просто дай мне знать, что ты хочешь быть со мной, и обещаю, я тебя никогда больше не подведу.       Мне было тяжело врать, но в тот момент я готов был на всё, лишь бы вернуть Эрику. Я тосковал по ней, я очень скучал. Эрика взглянула на меня своими красивыми глазами, и её рука легла на моё плечо.        — Это твой последний шанс, Логан. Понял? Последний. Но если ты ещё раз заставишь меня…       В то же мгновенье я вскочил на ноги и быстро поцеловал её в губы. Эрика закрыла глаза и обняла меня за шею.        — Кстати, это тебе, — вдруг опомнился я и протянул девушке большой букет.        — Какие красивые, — тихо сказала она, посмотрев на меня влюблёнными глазами. — Наверное, дорогие?        — Это неважно, — прошептал я, не смея оторвать глаз от её лица. — Это неважно, потому что…       Не договорив, я пылко поцеловал Эрику. Она сжала воротник моей куртки и втащила меня в прихожую.        — Где Эрика? — спросил Джеймс, когда я подошёл к его чёрному «Шевроле». — Что за дела?       Я пожал плечами и сунул руки в карманы брюк.        — Она сказала, что не сможет поехать. У неё возникли какие-то неотложные дела.        — Дела поважнее тебя? — Друг злобно усмехнулся. — Неужели ты ей поверил?        — Я верю ей, — медленно и с уверенностью в своих словах проговорил я. — Эрика не стала бы мне врать. Никогда.        — Она уже несколько раз обещала тебе что-то, но подводила.        — Здесь нет её вины, Джеймс. Да что с тобой вообще? Ещё недавно Эрика нравилась тебе, а сейчас ты обвиняешь её непонятно в чём.        — Я её не обвиняю, — покачал головой Джеймс. — Просто мне кажется странным, что она отказывается проводить время в компании твоих друзей. Мы ей не нравимся, ведь так?        — Мы с ней об этом не разговаривали.       Друг молча сел за руль. Я обошёл «Шевроле» и, разместившись на переднем сиденье, громко хлопнул дверью.        — Купишь себе машину, там и хлопай дверьми, — сердито сказал друг и завёл мотор. — А здесь нечего истерики закатывать.       Я отвернулся от него и опустил стекло. Иногда Джеймс начинал выводить меня своими замечаниями. То я слишком быстро пью, то слишком громко слушаю музыку, то слишком долго спускаюсь по лестнице. Временами он напоминал мне старого ворчливого деда, мне хотелось сказать ему об этом, но я молчал.        — Сейчас заскочим за Майклом и Шейном и вчетвером поедем к Питу, — сказал Джеймс, устремив внимательный взгляд на дорогу.        — Только к утру мы должны вернуться, я обещал родителям.       Пит пригласил нас на свадьбу своего старшего брата. Я слабо знал жениха, мы виделись раз или два. У меня не было желания ехать на эту свадьбу, но меня всё же радовали два обстоятельства. Во-первых, Эрика не сможет приехать, а значит, я могу пить столько, сколько влезет, и не бояться вновь поссориться с ней. А во-вторых, вторая часть праздника будет проходить на борту яхты. Свежий воздух и Сагино должны помочь мне проветрить мысли.       Друг недовольно вздохнул.        — Что ты ещё им обещал? Приехать трезвым в идеально выглаженном костюмчике?        — Джеймс, прекрати, — попросил его я. — Не порти мне настроение перед праздником.        — Да ты сам мне его портишь! Я думал, мы будем с тобой гулять до утра, я думал, мы встретим рассвет с бутылкой виски в руке. А ты взял и разрушил все мои планы.        — Я обещал родителям, — раздражённо повторил я. — Может, тебе не понять, но мои предки хоть немного переживают за меня.       Джеймс замолчал. Я понял, что сболтнул лишнего, и нехотя сказал:        — Прости.        — Нет, ты прав. — Друг нахмурил брови. — Не стоит извиняться. Мы-то оба знаем, как мои предки относятся ко мне.       Он выглядел недовольным. Страшась в конец разругаться с Джеймсом, я решил увести тему разговора в другую сторону.        — Хэйзи тоже приедет на свадьбу?        — Да, но я думаю, она опоздает на свадебную церемонию.        — Где она задерживается?        — У врача, — ответил Джеймс и сильно сжал губы.        — Что-то с ребёнком?        — Нет. Слава богу, нет. Хэйзи бывает у врача через каждые два дня.        — А как же яхта? Ей не станет плохо на борту?        — Если ей поплохеет, я отвезу её домой. — Он посмотрел на меня и, улыбнувшись, ударил по плечу. — Не переживай, мужик.       Я потёр плечо и ответил:        — Я не переживаю. Кстати, что там с твоей работой?       Друг вздохнул.        — Давай забудем о работе хотя бы на сегодняшний день? У меня выходной.       Яхта плавно качалась на водах Гурона. Лучи закатного солнца ласково играли с несильными волнами, а плеск воды приятно ласкал слух.       Я стоял, облокотившись на перила, и смотрел вдаль. Где-то позади глухо играла музыка. Вокруг меня никого не было, и я наслаждался гордым одиночеством. Я уже давно был пьяным: первую бутылку я выпил ещё перед самой церемонией. Голова начала кружиться от разных мыслей. От них мне хотелось избавиться, ввиду чего я и выпил, но они, как назойливые мухи, упрямо не покидали мою голову.       Где-то неделю назад я пробовал вернуться в колледж. Туда, где раньше я учился, меня не приняли, но я, не теряя надежды, подал заявку в другое заведение. Теперь я учился в университете Сагино Вэлли, чему мои родители были несказанно рады. Я тоже был рад не меньше: мне было приятно возвращать жизнь в прежнее русло.       Отец помог мне устроиться на работу. Я работал кем-то вроде мальчика на побегушках в его офисе. Если нужно было куда-то съездить, ехал я; если нужно было сбегать на почту, бежал я; если было время обеда, а сотрудники были по горло в работе, то еду на всех готовил я. С одной стороны работа казалась мне идиотской, но с другой — мне не приходилось много трудиться, а оплата у меня была почасовая.       Яхту слабо качнуло. Я вдруг почувствовал себя отвратительно: голова пошла кругом, к горлу подступила тошнота. Кажется, весь алкоголь, выпитый мною сегодня, начал проситься наружу…        — Кому-то нужен отдых, — послышался сзади меня чей-то голос.       Я обернулся и увидел перед собой высокого улыбающегося парня в чёрном смокинге. Из нагрудного кармана глядела петунья, и я сразу вспомнил Фрэда, старшего брата Пита и жениха по совместительству.        — С чего ты взял? — спросил я, стараясь сфокусировать взгляд на собеседнике. — Я отлично себя чувствую.        — Это видно по зелёному цвету твоего лица.       Яхту снова качнуло. Я повернулся к ограждению и, схватившись за перила, нагнулся. Меня вырвало за борт.        — Логан, иди приляг. Я провожу тебя до комнаты отдыха.       Я лежал на кровати и пытался заснуть. За стеной играла музыка, слышались топот ног и смешанные голоса. Сна не была ни в одном глазу, поэтому я просто лежал, уставившись на круглое окно.       В дверь постучали. У меня не было ни сил, ни желания отвечать, поэтому я промолчал. В помещение без приглашения вошли, и я услышал, как тихонько закрылась дверь.        — Фрэд сказал, что ты здесь. Тебе плохо?       Это был голос Хэйзи. Мне не хотелось её видеть, ввиду чего я по-прежнему молча лежал спиной к собеседнице.        — Мне тоже плохо, — не получив ответа, продолжила девушка. — Можно к тебе прилечь?       Я молчал, не желая с ней говорить.        — Логан, не надо делать вид, что ты спишь. Меня не обманешь.       Я нехотя повернулся и посмотрел на Хэйзи.        — Пошла к чёрту отсюда.       Она вздохнула. Девушка медленно подошла к кровати и присела на край.        — Зачем ты так со мной, Логан?        — А с тобой можно по-другому?        — Спроси у Джеймса.        — Или, может, мне спросить у твоих клиентов?       Она хотела что-то сказать, но не решилась. Я закрыл глаза.        — Я хотел отдохнуть здесь один, Хэйзи. Понимаешь? Один.        — Я буду тихой, как мышка. Ты даже не заметишь, что я здесь.        — Тяжело этого не заметить, — сказал я, приоткрыв один глаз. — Можешь возвращаться к любимому Джеймсу, я тебе разрешаю.        — Заткнись, Логан, — вдруг повысила голос Хэйзи. — Хватит вонзать нож мне в сердце, ты ведь знаешь, как я к тебе отношусь. Зачем же ты пытаешься сделать мне больно своими словами?        — Я хочу, чтобы твоя душа страдала. Ты много грешила, и теперь настало время отвечать за поступки.        — Не надо устраивать суд над моей душой, ты не господь. Логан, я... я ведь знаю, что всё это ты делаешь только затем, чтобы показаться холодным сердцеедом. Но на самом-то деле ты не такой. Я знаю это, хоть ты и дал мне знать совсем обратное.       Хэйзи прекрасно понимала, о чём говорит. И говорила она чистую правду. Я взглянул на неё. Её глаза стали такими преданными, такими доверчивыми, что где-то в душе у меня родилось чувство жалости. Она была права: я не должен устраивать Хэйзи как моральные, так и физические испытания. И я больше не буду. Я делаю это не столько ради неё, сколько ради её ребёнка. О нём тоже стоит подумать.        — Хотела прилечь? — после паузы спросил я и похлопал по пустому месту рядом с собой.       Хэйзи легла рядом и посмотрела на меня. Я тоже глядел на неё невозмутимым взором.        — Ты такой пьяный, — сказала она. — Тебе нужно поспать.        — Да, я устал. Но я не хочу спать.        — А чего ты хочешь?       Мои губы расплылись в слабой улыбке. Я с трудом поднял руку и погладил Хэйзи по волосам.        — Чего я хочу? Мой мальчик, — прошептал я, одной рукой принявшись расстёгивать ремень брюк, — так истосковался по твои губам, Хэйзи.       Она убрала мою руку и села на кровати.        — Нет, Логан.        — Почему нет?        — Неужели ты не понял ничего из того, что я тебе сказала? — Она посмотрела на меня, и в её глазах появилась печаль. — Хотя… Сейчас с тобой бесполезно разговаривать.       Она встала, но я схватил её за запястье и вновь усадил на кровать.        — Куда ты идёшь? Не уходи.        — А что мне остаётся? — дрожащим голосом спросила Хэйзи, и из её глаз брызнули слёзы. — Остаться с тобой здесь, в этой комнате, только ради того, чтобы снова отсосать тебе? Я уже устала от этого.       Да, я знаю, что пообещал себе больше не играть чувствами Хэйзи, но в тот момент мне было абсолютно наплевать на всё. Мозг будто выключился, беспокойные мысли оставили меня. Я решил не сдаваться и достал из рукава козырь.        — Перестань, Хэйзи. Ты ведь любишь меня?       Она посмотрела на меня глазами, полными боли.        — Логан, ты... Ты используешь мою любовь к тебе...        — Я её не использую, — попытался оправдаться я. — Я просто хочу, чтобы от неё был прок не только тебе, но и мне.        — Какой мне от неё прок, Логан?        — Какой прок? Любовь прекрасна. Радуйся, пока твоё сердце горячо, пока можешь любить.       Хэйзи спрятала лицо в ладони и заплакала. Я со злостью сжал кулаки: терпение было на исходе. Но стоило попытаться подступить к Хэйзи мирным путём. Я положил руки на её плечи и прижал девушку к себе.        — Хватит, — сказал я, пытаясь её успокоить. — Не нервничай.        — Ты заставляешь меня это делать! — глухо закричала она. — Я не хочу, чтобы ты относился ко мне и к моим чувствам как к какой-то вещи!        — Я не отношусь к твоим чувствам как к вещи, поверь. Я ведь сам безумно влюблён и прекрасно понимаю, каково это.        — У тебя взаимная любовь с Эрикой, Логан. И это совсем другое дело.       «Разве речь идёт об Эрике?» — мысленно усмехнулся я.        — А у тебя взаимная любовь с Джеймсом, — сказал я, как бы не хотелось мне упоминать друга в нашем разговоре.        — Нет... То есть да, но к тебе у меня какое-то иное чувство. Я даже не знаю, как это объяснить.        — Не знаешь? Не нужно слов. Просто покажи мне, как ты любишь меня. Очень сильно?       Хэйзи оттолкнула меня от себя.        — Опять ты начинаешь? — спросила она, утирая слёзы. — У тебя, Логан, голова находится между ног!        — О, у всех парней она на том месте. Тебе ли не знать?       Девушка отвернулась от меня. Я слышал, как она хныкала, но попыток её успокоить я больше не предпринимал. Мне больше не хотелось говорить: я хотел перейти от слов к действию, и моё терпение постепенно кончалось.        — Тебе совсем наплевать на то, что я чувствую, — сказала Хэйзи, поднявшись на ноги, и я закатил глаза. Терпеть не могу, когда девушки начинают подобные разговоры.        — Нет. По крайней мере не совсем.        — Просто не могу понять, что я в тебе нашла. Ты такой бесчувственный, Логан.        — Ты ошибаешься.        — Возможно. Я ошибаюсь сейчас и ошиблась ещё давно. Ошиблась, когда познакомилась с тобой. И когда согласилась на твоё дурацкое условие. Лучше бы ты ещё тогда рассказал всё Джеймсу!.. Сейчас бы мы рядом не сидели.        — Я бы с радостью рассказал всё ему! С радостью!        — Но почему-то не сделал этого...        — Потому что не хотел ранить. А ты о его чувствах ни разу не подумала. И кто же из нас двоих теперь бесчувственная тварь?       Хэйзи открыла рот от возмущения. Я возненавидел себя за то, что так грубо обошёлся с ней в тот вечер, но... Это случилось. И что было, того не изменить.        — Да как ты можешь… — начала Хэйзи, но я перебил.        — Хватит уже разговоров. Думаю, мы оба уже достаточно наговорились.       Я встал с кровати и подошёл к ней. Девушка смотрела на меня снизу вверх напуганными глазами и молчала.        — Вставай на колени, — повелительным тоном произнёс я и расстегнул ремень брюк.        — Логан…        — Кажется, ты меня не расслышала. Я сказал, на колени.       Я говорил тихо, но в моём голосе звучала натянутая злоба. Мною владел тихий гнев.        — Пожалуйста, Логан… — молила она, вытирая вновь побежавшие по щекам слёзы. — Пожалуйста, не надо…       В тот момент я не мог размышлять здраво. Во-первых, я был пьян, во-вторых я сердился на Хэйзи из-за нашего разговора, а в-третьих я всё ещё злился на Джеймса из-за нашей небольшой ссоры по пути на свадьбу. Да и к тому же я уже был возбуждён.        — Разве я не дал тебе право выбора? — спросил я сердито. — Разве не дал? Я пытался с тобой по-хорошему, ласково. А ты?        — По-хорошему? — переспросила она дрожащим голосом. — Ласково? Да ты просто поставил меня перед фактом…        — Всё, ты и так уже много сказала. — Я отбросил ремень в сторону. — А теперь заткнись, сука, и делай всё, что я тебе скажу.       Она зарыдала в голос и медленно опустилась на колени. Я снял брюки и, указав на «него», сказал:        — Бери. Ты знаешь, что делать.