Никогда не поздно

Макс не сразу понял, что стал отцом. Это произошло только через три долгих года и так внезапно, что Лавров сам был шокирован, как он раньше не замечал этого чувства. Он жил на автомате: в будни работа, в выходные - ребенок. Дочерью занимались сменявшие друг друга няни, благо Макс мог позволить себе такую "роскошь". Мать девочки сбежала через год после её рождения. Даша, которой на момент рождения дочери было двадцать, не готова была променять клубы на пеленки и разговоры с мамашами о детском питании, поэтому, ничего не сказав, просто смылась, оставив Макса наедине с малышкой. Он сначала тоже хотел бросить всё и отдать Лизу на воспитание своей матушке, но когда увидел эти маленькие карие глазки, смотрящие на него с безграничным доверием, не смог. Сейчас Лавров не желал и вспоминать, каким дураком был, раз у него возникали такие мысли. Он старался проводить больше времени с дочерью и часть работы взял на дом, отказавшись от нянь. И, наконец, купил новую квартиру ближе к офису, где он трудился. - Вот, Лизун, наше с тобой новое жилище, - держа малышку на руках, провозгласил Макс, войдя внутрь. Девочка с любопытством огляделась, а Макс поставил сумку на пол и понес дочь на экскурсию по новому дому. Вся мебель в детской была из светлого дерева, а покрывала, подушки, занавески и некоторые другие предметы декора - салатовыми. У самого окна стоял огромный плюшевый медведь, и Лиза, увидев его, заёрзала на руках отца, желая поскорее изучить плюшевого зверя. - Лиз, я на минутку, принесу наши с тобой вещи, хорошо? Девочка оторвалась от ощупывания мишки и звонким голосом ответила: - Да, пап! Макс потрепал девочку по тёмным волосам и быстро направился к подъезду, где были свалены чемоданы. Ему нравилось их новое жилище: это была элитная высотка, где не было алкоголиков и наркоманов; все жильцы были порядочными людьми. Дотащив чемоданы до квартиры, Макс позвал дочь. - Ну что, будем украшать нашу берлогу? Лиза запрыгала в предвкушении, и Лавров раскрыл чемоданы с игрушками девочки. Она сразу же занялась их разбрасыванием по всей детской, создавая "творческий беспорядок". Макс усмехнулся, глядя на то, как дочка "убирается". Он кинул сумку со своими вещами на кровать и начал раскладывать одежду в шкаф. Разбирая свои вещи, он наткнулся на рамку с фотографией: годовалая Лиза сидела у него на руках, сжимая резинового пингвина в маленьких ручках. Фотографий Даши в доме не было, так как Макс не хотел лишний раз напоминать малышке, что родная мать её бросила. Он не испытывал нежных чувств к Дарье, просто так сложилось, что они провели пару ночей вместе, а после девушка "залетела" и им ничего не оставалось, как съехаться и воспитывать ребёнка вместе. Лавров зашёл в комнату дочки и обнаружил Лизу на подоконнике. Девочка, занятая переодеванием куклы, не обратила никакого внимания на отца. Макс уже нашёл садик для девочки и послезавтра должен был отвести её туда. - Па, а мы пойдем завтра гулять на площадку? - не полностью выговаривая некоторые буквы, спросила Лиза, оторвавшись от своей куклы. - Конечно, принцесса. - Макс кинул взгляд на часы и бодро произнес: - А сейчас ужинать и спать! Лиза надула губки, явно не желая так рано ложиться в кровать, но спорить с отцом не стала и, ловко спрыгнув со своего места, побежала на кухню.

***

Вика не знала, чем заняться в собственный выходной. Она убралась в квартире, где, в общем, было вполне чисто; разобралась в шкафах; перечитала в который раз "Мастера и Маргариту" и даже решила сходить в магазин, купить продукты, а то в холодильнике мышь грозилась повеситься. Возвращаясь с покупками домой, Виктория остановилась, увидев на лестничной площадке ревущую девочку, лет четырех. Малышка стояла около лестницы босиком, держа в руках плюшевого зайца. Гончарова не знала, как вести себя с детьми, но и пройти мимо, оставив ребёнка в таком состоянии, не могла. Вика осторожно поставила сумку с продуктами на пол и присела на корточки рядом с малышкой. Та, продолжая плакать, посмотрела на незнакомку. - Ребёнок, ты чей? - как можно мягче поинтересовалась Гончарова. - П-папин, - ответила девочка, срывающимся голоском. Девушку такой ответ не устраивал. И Вика попробовала снова. - А где твой папа? - Не знаю... Я проснулась, а его н-нет, - хныкала малышка, хлюпая носом. Вика вздохнула, мысленно ругая того незадачливого папашу, который оставил маленького ребёнка одного. Гончарова ещё раз осмотрела девочку, чтобы убедиться, что никаких травм у неё нет. Девочка была одета в пижаму и выглядела сонной. - Как тебя зовут-то? - Л-лиза, - утирая слёзы, ответила девочка. - А меня Вика, - девушка провела рукой по волосам и, что-то решив для себя, с мягкой улыбкой посмотрела на ребёнка: - Давай мы сейчас пойдем ко мне, подождём папу, хорошо? Лиза всхлипнула ещё раз и кивнула.