Роза пустыни

Я сидел в кресле около постели своего первого наложника и читал книгу. "Наложник", какое странное слово. Никогда не хотел иметь гарем. Моя мама была наложницей предыдущего шейха и я прекрасно помню её судьбу и судьбу подобных мне. Отец был очень умным альфой, но с крутым нравом. За непослушание он мог ударить, как Демир, но для этого его нужно было действительно вывести из себя. Но он любил меня, он любил всех своих детей. После его смерти, началась борьба за выживание среди детей наложников. Омег и девочек не трогали, хоть их вообще было только пять. Им было около 14-17 и их сразу выдали замуж. А вот альфы и беты начали убивать друг друга. Даже попытались убить Демира. Но он тоже не промах. Да и я хоть маленьким был, всего 4 года, тоже понимал, что умереть могу. И чуть не умер. Тогда меня защитила мать. Она закрыла меня собой, а когда её проткнул один из братьев, мама умерла у меня на руках. Она просила, чтобы я не заводил гарем, ведь не хотела, чтобы ее внуки убивали друг друга. Когда на устах её застыл последний вздох, на меня что-то нашло, и я убил своего брата. Позже меня нашел Демир и понес отмывать. В живых остались только мы двое. Весь этот ужас длился неделю. Не понимаю почему, но смотря на Камила, я вспоминаю те ужасные дни. Он сейчас просто спит, но мне хочется его защитить. Не хочу потерять его так же, как маму. Он многое пережил и несет более легкое бремя, по сравнению с моим. Ведь он всего лишь бесплоден, а я убийца, с кровью брата на своих руках. - Гершак? Я посмотрел на Камила. Он выглядел слабым, но не таким как в первый раз. Я помог ему сесть, подложив под спину подушку. Он вымучено улыбнулся, чтобы хоть как-то отблагодарить меня. Сажусь около него и немного поправляю взлохмаченные волосы. Этот омежка сейчас немного смешно выглядит. И вместе с тем он очень милый. - Который час? - тихо спросил шатен. - Пол одиннадцатого. А что? - Просто ты еще не спишь. Это нормально? - Да. Обычно я ложусь спать около двенадцати. Дела не отпускают. Тем более, сегодня ты должен был сказать цвета, в которых ты хочешь ходить. Или нагим предпочитаешь? - Нет, не хочу. Просто... Я не знаю,- кратко сказал он и отвел взгляд в сторону. - До этого, меня не спрашивали, какого цвета одежду я хочу носить. Я теряюсь. - А какой цвет тебе нравится?- спрашиваю с любопытством, смотря на него. Умеет же Демир ломать личности. - Красный, как закат. - Любишь закат? Камил покраснел и кивнул. Мне кажется, что избив его, брат сломал в нем какую-то преграду или что-то еще. Он не такой как всегда. Или он считает, что должен заботиться обо мне. Так, а вот этого я не позволю. Мне не нужна забота. Я не хочу, чтобы из-за меня потом кто-то жертвовал собой. Поднимаюсь с кровати и подхожу к столику с лекарствами и другими баночками. Беру одну из баночек и возвращаюсь к омеге на прежнее место. Без спросу беру его правую руку. Попутно открываю баночку и беру немного крема. Легкими и плавными движениями наношу крем на синяк. Он постепенно станет телесного цвета. Смотрю на Камила и вижу его ошарашенный взгляд. Он понял, что я сделал, но не понял зачем. Сейчас это даже к лучшему. Он еще не оправился от ран. Не только телесных, но и душевных. Трудно будет подобрать нужный ключ к Камилу, чтобы он открылся мне и больше не носил беззаботную маску. - Пять, хотя уже через четыре дня Демир сыграет свадьбу с Юнусом. Мы должны присутствовать там. Я как брат жениха, а ты как мой наложник. Эта мазь на некоторое время скроет твои синяки и не будет лишних слухов о тебе. - А о тебе? Не породит ли эта ситуация больше лживых слухов вокруг тебя? Мотаю головой и, взяв полотенце, стираю мазь. Мне действительно нравится заботиться о Камиле. Хоть он и старше меня, но выглядит младше. Он очень милый. Даже при том, что брат отдал его мне в таком состоянии, я не жалею. У меня не будет наложника, но об этом не сейчас. Я сейчас не собираюсь поведать все свои планы. Вдруг он остановил мою руку и сжал её. Я посмотрел прямо в его карие глаза. Они такие прекрасные. Около самого зрачка ореховые, а по краю - темно коричневые. Очень красивые. Да и сам Камил прекрасен. Даже в таком состоянии, когда его красота должна была померкнуть, он был также прекрасен. Он всегда прекрасен. - Что ты читал? - тихо спросил он, продолжая смотреть прямо в мои глаза. Я улыбнулся и начал рассказывать ему о книге. Он с интересом слушал меня и иногда переспрашивал, когда что-то не понимал. Он немного подвинулся на кровати и попросил сесть рядом и почитать. Я послушно сел и продолжил читать с того места где остановился. Сначала, Камил следил за текстом, но я намеренно начал более плавно читать, не меняя интонации и вскорее омега заснул. Я еще немного с ним посидел, а потом поднялся и, поцеловав в лоб, ушел. На входе в покои Камила, я встретил Максуда и предупредил о том, что его хозяин спит, и завтра к ним придут новые слуги и евнухи. Также сказал, что навещу утром. Идя в свои покои, я думал о том, что мне сказал Демир. Точнее о его просьбе. Он хочет, чтобы Камил обучил Юнуса. Я был сразу против, но право выбора оставил омеге. Я не хочу ему приказывать, но припугнуть стоило. Что-то мне подсказывает, что Камил согласится и переубедить его не получится. Честно говоря, мне жаль Юнуса. Крутой нрав брата принесет ему много горя. И это даже в том случае, если Демир влюбится в мальчика. Демир ревнивый к своим вещам, а к любимым подавно. Юнусу всё время нужно будет быть рядом с братом, и доказывать ему свою любовь. Голова разболелась и я пошел спать, но перед этим отдал приказ слуге о наряде моего омеги. Уже двенадцать, а завтра, кроме того, что рано вставать так еще и день тяжелый. Нужно поспать. Но сон никак не приходил. Молодец Гершак! Доработался. Я уже и заснуть не могу от переутомления и нервов. Да братец, с тобой я точно раньше времени постарею. С горем пополам, но я всё же заснул. Проснулся я в пять утра. Собравшись со всеми силами, поднялся с постели и начал одеваться. Я всегда одеваюсь сам, не хочу в этом зависеть от другого. Снова темные цвета, точнее черный. Демир как-то пошутил, что в темном я как старик. Ну и пусть. Это строгий цвет, он не отвлекает. Спокойно выхожу из комнаты. Сейчас зайду к Камилу, посмотрю как он там. Надеюсь, его не будут мучить кошмары. Тихо вхожу в его комнату и вижу, что он не спит на кровати, а сидит в кресле и что-то пытается вышить. Это выглядело очень мило, но почему он сейчас не спит? Неужели ему снятся кошмары? Надеюсь, что нет. Тихо подхожу к нему, но меня всё же замечают. Камил поднял голову, и я увидел его покрасневшие глаза. Он точно плакал. Неужели... - Почему ты не спишь? Кошмары? - подхожу к Камилу в плотную и сажусь на корточки. - Нет, можно сказать, что это был счастливый сон. А слезы были из-за реальности. Не беспокойся. Ничего не понимаю. Шатен это заметил и замялся. Было видно, что он собирал всё мужество, чтобы сказать что-то, но никак не может. Я хотел уже сказать, что он может и не говорить, но опоздал. Омега сказал, очень тихим и дрожащим голосом: - Дети. Мне снились мои дети,- по его щекам потекли слезы, а сам Камил посмотрел на свои руки. Они дрожали.- Они меня звали. Говорили, что хотят, чтобы я их обнял. Хотели поиграть, но знали, что уже поздно и нужно спать. Я... я... - Тихо, успокойся. Я прижал к себе омегу и погладил его по голове. Хоть я и осведомлен о лечебных свойствах слез, но всё равно не люблю их. А сейчас, хочу, чтобы все его страдания ушли с этими горькими каплями. Очень хочу. А еще хочу, чтобы он был счастлив и у него были дети. Это так по-детски. - Но ведь я бесплоден, а сон был таким реальным... Я ничтожен. Правда?- он посмотрел прямо в мои глаза.- Гершак, я ведь, правда, ничтожен? - Камил!- не понимаю, отчего я сорвался на крик. В карих глазах отразился страх.- Посмотри на меня и успокойся! Если в этом городе и есть ничтожества, то это я и Демир! Мы убийцы с кровью собственных братьев на руках! Понимаешь!- разум прояснился, и я вижу, что уже трясу Камила за плечи. В его карих глазах был тот же страх. Плохо.- Извини. Я отпустил его плечи и, положив ему свою голову на колени, закрыл глаза. Было уютно, но краешком сознания я понимал, что своим поступком я подтвердил некоторые слухи о себе. Ну и пусть. Я не отпущу его. Интересно, как это называется? Ведь это не просто приязнь или что-то еще. Это что-то иное, но что? Нежная рука коснулась моей головы и начала гладить. Я улыбнулся и обнял Камила за талию. Он не боится меня. Его рука была такой приятной, что я поддался порыву. Поймав его руку, посмотрел на неё. Мой взор намертво притянуло его родимое пятно. Оно было в виде розы. Коснулся её указательным пальцем, очерчивая края лепестков, и вспомнил легенду, которую мне в детстве рассказывал отец. Очень красивая легенда*. - Когда-то давным-давно,- спокойно начал рассказ я,- когда еще боги ходили среди нас, один из сыновей бога солнца Шалмса, Уклук, гуляя по городу, увидел прекрасную розу. Она ему настолько понравилась, что он забрал её себе. Шли дни, а Уклук, как зачарованный, смотрел на цветок. Ему нравились красные лепестки на тонком зеленом стебле. Роза очаровала сына бога. Но однажды он увидел, что цветок начал увядать. Это потрясло его, и он обратился к Вадду, богу луны. Уклук отдал свою неуязвимость, чтобы цветок стал человеком. Вадд предупредил, что парень-роза будет обычным человеком и, что у них не будет детей. Сын бога солнца согласился. Бог луны принял пожертвование, и цветок превратился в прекрасного юношу. Его кожа была настолько бледной, что казалась зеленой, а волосы, глаза, губы и ногти были красными. Уклук сразу влюбился в парня и назвал его Рыдда(на арабском "роза"). Рыдда тоже полюбил Уклука. Шло время. Уклук и Рыдда жили, душа в душу, но у них была только одна проблема - не было детей. Тогда Уклук обратился к Руде, богине земли и плодородия, и, пожертвовав своим бессмертьем, попросил нескольких детей. Богиня приняла подношение, Уклук стал обычным человеком, а Рыдда смог родить детей, оставляя на них метки в виде розы. Но богиня была тоже не всесильной. Поскольку для Рыдда Уклук стал единственным, то и их потомки с меткой могли иметь детей только от единственного. Такова расплата за счастье. Я сам не понимал, почему рассказал эту легенду. Но что-то внутри подсказывало мне, что это правильно. Что это важно, очень важно. - Зачем ты мне всё это рассказал? - тихо спросил Камил. Зачем? Наверное, потому, что я хочу увидеть Камила счастливым, увидеть его улыбку. - Если я не твой единственный и не могу подарить тебе детей, то я сделаю всё возможное, чтобы ты был счастлив. Омега обнял меня и снова начал гладить по голове. Его плавные движения расслабляли меня. Было очень приятно и мне показалось, что все мои проблемы и обязательства исчезли. Стало так приятно, что я уснул, также держа свою голову на коленях Камила. В полудреме я услышал слова, более похожи на сон: "Может у тебя и получится".