Bloody Mary

Закрыв глаза, я прислонилась головой к холодной спинке стула, охлаждая разгорячённую кожу. Голова болит и горит, словно при температуре, но болеть было некогда. Работа и учеба мне такой радости не позволят. Дописав конспект и остальные бумаги, которые накопились за один день, я начала не торопясь собираться домой. Сейчас уже темно, так что спешить мне было некуда... Освежающий воздух принял меня в свои объятья. После душного горячего помещения холодный воздух казался спасительным. Я люблю Англию. Люблю английские мосты, лондонские автобусы, телефонные будки и голубое небо. Но все мы живем в жестоком мире – об этом надо постоянно помнить. Да и забыть это, в принципе, было невозможно. Через некоторое время ходьбы я снова была напротив входа в кладбище. После случая с пришедшей смс-кой с неизвестного номера прошла неделя, но она всё никак не желала выходить из головы. Да и как это можно забыть, каждый раз проходя мимо кладбища? Ворота, ведущие к гробовым плитам и тропинке, которая уходит куда-то в глубину, где находился склеп, - были полностью открыты и подперты каким-то булыжником. На самом кладбище виднелся какой-то мерцающий огонёк. Огонь. Кто-то разжёг огонь на кладбище. Почти в полночь. Ничего хорошего в голову не лезло, а мурашки побежали по коже. Но было в этом что-то такое, от чего адреналин закипал в крови. Может, пойти туда? Интересно же, что это такое. Здравый рассудок был затуманен большим интересом и я прошла ко входу, медленно, шаг за шагом продвигаясь к огню так, чтобы меня никто не услышал и не заметил. Чёртовы журналистские повадки. Так и тянет найти сенсацию на свою задницу. Я присела, прячась за редкими стеблями высокой травы, которой поросла могильная плита. Колючая трава колола ладони, стоило мне пошевелиться в попытке получше разглядеть происходящее. Ночь, звёзды, полная луна высоко на небе пролегла, образуя длинные узкие ленты света на земле; где-то далеко на западе ярко светился и отражался в небесах яркий огонь, и казалось, что вдоль линии горизонта кто-то провёл сверкающую золотую полосу, через которую в этот мир могли пройти те, кто живёт не на нашей планете. Послышался шорох. Я внимательно следила за длинной вереницей людей, движущихся меж гробовыми плитами, образовывая круг. Двигались они как-то неровно, да и походка у многих была чрезвычайно странная. Громкий звон, более похожий на похоронный, но отнюдь не столь мелодичный, разносился по окрестностям. "Музыканты" сопровождали "музыку" рыданиями, криками, стонами, явно пребывая в некоем религиозном экстазе. Остановившись, люди или нелюди - уж и не знаю, как их назвать – встали полукругом возле огромного валуна цвета ржавчины. Вершина камня блестела, как полированная. Когда же этого чудовищного алтаря достигла вся длинная вереница людей и застыла перед плитой, вперёд вышел человек и запел. Пение это было столь же немузыкальным, сколь немузыкальным был и перезвон колоколов на марше. Завывания главаря-шамана подхватывали, повторяли и уносили прочь порывы резкого ветра, но я все же уловила кое-какие слова, которыми и словами, по правде говоря, назвать было сложно. Но я понимала то, что это уж очень похоже на вызывание душ умерших или что-то в этом роде. В этом вызове или клятве звучала вся та злобная ненависть, что скопилась в темных душах этих недо-людей, по совместительству и жрецов. Слова этой клятвы вызывали ощущение пролитой крови и безумия, они напоминали о страшных обрядах, которые проводили Майя, отправляя души в полнолунные ночи в мир умерших. А под конец этой чудовищной мессы блеснули два стальных клинка, и ручейки крови, брызнув из обоих плеч жреца, потекли по его телу, медленно стекая на землю. К нему подскочили двое недо-людей и стали собирать алую жидкость, наполняя череп до краев и передавая другим членам братства, которые с жадностью пили кровь главаря и, как я поняла, их покровителя. — Фу, какая гадость, — пробормотала я, скрывшись. Кости, черепа, кровь, обряды. Вызывание духов или ещё чего похлеще. К горлу подкатил тошнотворный ком, когда носа достиг запах крови с перемешкой с землёй и чем-то противным. Я не боюсь крови, но в данной ситуации это было слишком. Видеть, как эти не-люди её пьют... Закрыв свои синие глаза, я досчитала до десяти, а потом резко распахнула их и ринулась со всех ног к воротам. Туда, откуда пришла. Оказавшись за несколькими поворотами от входа, я остановилась, чтобы переварить информацию, никак не желающую укладываться в голове. Это была как параллельная реальность или страшный-страшный сон. Телефон завибрировал в заднем кармане штанов. Я поблагодарила Бога, что зазвонил он сейчас, а не тогда, когда я была на кладбище. Пришла SMS. Снова. Такая же, как и в прошлый раз. И я нервно сглотнула, выключая телефон и закидывая его в сумку. Раздался еле слышный звук, похожий на звук шагов. Потом снова. Я выпрямилась. Заскрипел гравий. Шаги приближались. Они явно давались с трудом, будто кто-то хромал или что-то за собой тащил. Я напряженно слушала. Шаги слышались очень отчётливо. Нечеловеческие шаги. Страх достиг высшей точки, я как будто попала в другой мир. Наспех забросив на плечо сумку, я ринулась вперёд, и не заметила, как оказалась в подъезде многоэтажки. Я панически стала нажимать кнопку вызова лифта, но услышав поблизости те же звуки, плюнула на лифт и побежала по лестнице, на ходу доставая из сумки ключи. Руки беспощадно тряслись, поэтому открыть дверь с первого раза не удалось. Да ещё этот приближающейся звук шагов не давал мне успокоиться. Я чуть не завыла от досады. Но ключ вовремя повернулся в замке, и я забежала в квартиру, быстро закрыв за собой дверь и заперевшись изнутри на все замки. Закончив с этим делом, я немного облегчённо опустилась на пол и стала прислушиваться к тому, что происходило там, за дверью. К сожалению, взглянуть я была не в силах. Да и то, что в двери не было "глазка", тоже давало повод сидеть и не рыпаться. За дверью на лестничной площадке послышались шаги. Да, это явно был не мираж. Мне не показалось. Хоть иногда и проскакивала мысль, что у меня жар. Ручка двери один раз дрогнула. Я замерла, вытаращив на неё глаза, не моргая и не дыша. Я прижалась к стене, стараясь слиться с ней, раствориться. Колени и руки тряслись, тело словно чужое. Я понимала, что, пока нас разделяет крепкая входная дверь, я в безопасности. Не знаю, кто этот недо-человек, но он явно из плоти и крови. Частично. Но уж точно не привидение! И вряд ли пройдет сквозь стены. Шаги начали отдаляться так же, как и прибывать. Стало тихо. Лишь ветер шебуршал листьями за окном. Я встала, поковыляла к кровати и присела, трясясь от холода и вглядываясь в свои руки, освещаемые лишь тусклым лунным светом. В Англии приглашение на чай, произнесенное только один раз, нельзя принимать буквально. Это не более, чем фигура речи. Все равно, что сказать «до свидания». Вот если приглашение прозвучало дважды, это действительно приглашение. И уж точно не ошибка.