It's our way of life

В какой момент вдруг понимаешь, что ты без памяти влюблён? В какой момент ты понимаешь, что в мире нужен только он? Его дыханье, голос, губы – нет ничего теперь важней. Ты понимаешь, что влюбилась в прекраснейшего из людей. И ничего уже не важно: опасность – это ерунда. Лишь бы глаза его смотрели с усмешкой нежной, как всегда. В какой момент вдруг понимаешь, что ты без памяти влюблён? В какой момент ты понимаешь, что в мире нужен только он?

***

Шерри растерянно смотрела на вишнёвый пирог, который она, по какой-то непонятной ей причине, купила в магазине, хотя ничего сладкого девушке не хотелось. Тонкие пальцы держались за рукоятку ножа, который девушка рассеянно вращала по спирали. Бывает такое: вдруг накатывают непрошенные мысли, заставляя забыть обо всём. Мысли Шерри были о Джейке Мюллере, как, впрочем, и все предыдущие шесть месяцев. Вначале он был её заданием, а девушка всегда старалась в таких случаях сосредотачиваться на главном. Так всегда делали Клер и Леон. А Джейк был, пожалуй, самой важной миссией за всё то время, что Шерри работала агентом. Потом те шесть месяцев, что они провели в плену в Китае, мысли о Мюллере стали посещать Биркин даже чаще, чем раньше. Во-первых, она чувствовала беспокойство. Жив ли он? Всё ли с ним в порядке? Рядом ли он? А ещё, среди новой волны экспериментов над её кровью и телом, Шерри нуждалась в ком-то, ради кого она могла терпеть. И почему-то среди лиц Клер, Леона, других друзей, которых агент постоянно вспоминала, убеждая себя, что она должна быть такой же сильной, всё чаще стало мелькать лицо Джейка Мюллера. Она должна была быть сильной, чтобы спасти его. Сильной… как и он сам. Достойный пример для подражания, разве что очень наглый и нахальный. В какой момент она вдруг поняла, что в него влюбилась? Сложно сказать, когда такая мысль прокралась в её голову и, утвердившись там, осталась навсегда. Сейчас Шерри казалось, что она знала это с самого первого момента, как его увидела. Нет, так быть не могло. В любовь с первого взгляда Биркин не верила. Тем более, она прекрасно помнила, что чувствовала первые часы, проведенные с Мюллером. Он её злил своим поведением. А ещё что-то в нём было такое забавное. Его взгляд на мир казался странным и наивным. Для него всё было просто, он знал свою цель, какой бы противной с точки зрения Шерри она не была. Больше она ничего к нему не чувствовала. Он был заданием, не больше. В какой же момент всё изменилось, и мистер Мюллер «получил повышение» в сердце мисс Биркин? Наверное, пока она волновалась те шесть месяцев, не зная о его судьбе, её тоска и волнение слились воедино, породив новую волну чувств: нежность и любовь. Всё это время они жили в ней, не давая о себе знать, пока Шерри и Джек снова не встретились. Он ведь тоже изменился за те месяцы. Биркин заглянула в его глаза и увидела что-то, чего раньше не было. Что-то… человеческое? Волнение. Не за деньги, нет, за неё саму. Неужели он тоже переживал за неё? Впрочем, тогда думать об этом не было времени. Шерри вспомнила, как падала, мысленно прощаясь с жизнью, а он поймал её буквально в последний момент, торопливо помог усесться сзади него на мотоцикл. Тогда-то она и заглянула в его глаза, полные облегчения. Тогда же она вдруг чётко поняла, что любит этого человека, что, если понадобится, умрёт за него, и не только потому, что он её задание. Её и саму ошарашила эта мысль, на миг показалось, что она ошиблась, что быть такого не может. Этот странный мальчишка с глазами и рассуждениями старика? Странный выбор для предмета обожания. Хотя нет, обожание тут не подходило, как-то глупо и нелепо звучало. Нежность, страсть, уважение… любовь. Вот что чувствовала Шерри, прижимаясь щекой к холодной куртке Мюллера, когда они мчались по улицам Китая. С тех пор это чувство никуда не делось. Не исчезло даже волнение, ведь Джейк снова находился где-то далеко от неё. Но он справится, чем бы он там не занимался. Почему-то Шерри не верила в то, что Мюллер вернулся к работе наёмника. Нет, об этом ей говорили его глаза, когда они расставались, говорил его голос, когда он звонил ей по вечерам, желая спокойной ночи. Это был не тот холодный голос циничного и расчётливого парня, которого девушка встретила в заснеженной Эдонии. Она слышала теплоту в его голосе, теплоту живого человека. Человека, заслуживающего её любви. Биркин встрепенулась, вдруг сообразив, что уже минут пять сидит за столом, уставившись в одну точку, на её губах играет блаженная дурацкая улыбка влюблённой девчонки, а пальцы с упорством маньяка играются с ножом. Усмехнувшись, представив себе шуточки, которые по этому поводу отвесил бы Джейк, Шерри покосилась на пирог. - Ну что, давай подсластим мою разлуку? – хмыкнула Биркин, занося нож над едой.