It's our way of life

- О чём ты думаешь? – у Ады после секса часто просыпалось желание поболтать. В этом женщина ничего плохого не видела: кто-то в такие моменты курит, кто-то хочет есть, на кого-то накатывает волна нежности, кто-то уходил в себя… А она любила разговаривать. Не настолько, чтобы выбалтывать свои секреты, но достаточно, чтобы начать засыпать Леона вопросами. А вот он чаще всего, наоборот, предпочитал после секса лежать, молча уставившись в потолок. Фактически, они временно менялись ролями. - О многом, - вздохнул Кеннеди. Его слова прозвучали настолько грустно, что азиатка даже приподняла голову и внимательно всмотрелась в его лицо. Тот пожал плечами. – О тебе, о работе, о жизни в целом. Пытаюсь понять, сложилась ли жизнь так, как я того хотел. - И как? - Не сложилась. Раньше у меня была цель: работать в полиции, встретить хорошую девушку, жениться, нарожать с ней кучку ребятишек. Быть хорошим человеком. Жить правильно, - Леон снова вздохнул. – Помогать людям. - И ты помогаешь, - недоумённо сказала Ада, не понимая, куда клонит Кеннеди. О том, что он о чём-то жалеет, она раньше вовсе и не подозревала. - Не совсем так, как хотел, - мужчина повернул голову так, чтобы он мог беспрепятственно посмотреть в её глаза. – Я всё чаще думаю, что моя жизнь – это не жизнь, а существование. Дом – работа, работа – дом. У меня нет жены, нет детей. У меня есть ты, но это, пожалуй, самая странная ситуация. До сих пор не могу, понять, что нас связывает, но… это единственное, что я не хотел бы изменить, как ни странно. Ада негромко фыркнула. И на том спасибо. А то она уже начала размышлять, а не стоит ли ей на него обидеться. - Моя жизнь закончилась, когда я приехал в Раккун-сити, - продолжил Леон, снова отвернувшись. – Да, я выжил, но… что-то внутри сломалось, не знаю, что. Меня завербовали в агенты против моей воли. Они угрожали Шерри, я не мог её бросить. - Она уже взрослая девушка, - напомнила Вонг. Она уже начала жалеть, что завела этот разговор. Просто она как-то не ожидала, что мужчина решит буквально открыть перед ней душу. А теперь Ада чувствовала себя очень неуютно, не зная, что делать. Она не привыкла к таким разговорам, к доверию и открытости. А ещё она просто не знала, что делать в такой ситуации. Шпионка осторожно и ласково коснулась рукой его волос и убрала прядку с его лица. - Да, я знаю, - кажется, Леон и не заметил её ласки. – И, кажется, я теперь могу уйти. Но куда? Я почти шестнадцать лет на этой работе. Что я ещё могу, кроме как убивать? - Ты хандришь. Попытайся не драматизировать. Действуй, измени что-нибудь в своей жизни, - азиатка чуть поморщилась. – Например, сделай уже, наконец, ремонт в своей квартире. На неё смотреть жалко, как ты там живёшь? - Я не так завишу от материальных вещей, - усмехнулся Кеннеди. – Да и для кого мне что-то менять? Я совсем один, Ада. Не пойми меня неправильно, я люблю тебя, но я всё равно одинок. Шпионка замерла и чуть отодвинулась, растерянно хлопая глазами. Она не ослышалась? Он только что сказал, что любит её? Она часто слышала подобные слова от мужчин, но услышать их от Леона было другой ситуацией. Это было не просто пищей для самолюбия, а чем-то иным и очень приятным. Было время, когда она была готова пойти за ним буквально на край света, если бы услышала признание в любви. Её сердце бы просто-напросто больше не выдержало бы показушного равнодушия своей хозяйки и взяло бы верх над разумом. Но Леон молчал, и Ада вздыхала с облегчением. Если бы она осталась с ним, сейчас они оба были бы уже мертвы. А так они, по крайней мере, были живы. Правда, Ада и сама иногда думала, что, быть может, и стоило остаться с ним. Лучше было прожить несколько счастливых дней, чем растягивать пустые, ничем не заполненные дни одинокой жизни. - Ты раньше мне в любви не признавался, даже в общем контексте, - медленно сказала она. Кеннеди чуть виновато сжался. Видимо, признание вырвалось у него совершенно случайно. - Можно подумать, ты не знала, - недоверчиво фыркнул мужчина. - Мужчины, - закатила глаза Вонг. Леон допустил туже ошибку, что и большинство представителей мужского пола. – Открою тебе страшную тайну: все женщины любят ушами. Не важно, знают они или нет, всё равно ждут признаний. - Я это учту, - кивнул Кеннеди, чуть расслабляясь. Видимо, он не был уверен в её реакции на его слова. Ада снова придвинулась поближе и положила голову ему на грудь. Не убивать же его, в самом деле, за признание в любви? Тем более, ей было приятно. В любом случае, кажется, это отвлекло его от грустных мыслей. Кризис среднего возраста, будь он не ладен! - А ты? – снова заговорил Леон. - М? - Ты о чём-нибудь в своей жизни жалеешь? Ада на мгновение задумалась. - Нет. - Нет? - Нет. - Совсем? – недоверчиво спросил Леон. - Я ни о чём не жалею, - прошептала Ада. Это действительно было так. Они ни о чём не жалела, просто потому, что не видела смысла. Если бы у неё был шанс начать жизнь заново, она бы многое изменила радикально и прожила бы её совсем по-другому. Но такого шанса ей никто дать не мог, а значит, и жалеть было не нужно. Зачем страдать и мучиться, если ничего невозможно изменить? Печально, но факт. Кеннеди недоверчиво хмыкнул, но ничего не сказал. Тема была закрыта. Да и разговорчивое настроение Ады закончилось. Желание поболтать ушло, зато появилось другое. Шпионка снова приподнялась и переместилась так, чтобы их лица были на одном уровне. - Может, ещё разок? – Вонг игриво мягко укусила его за губу и, чуть оттянув, отпустила. - Окей, - мужчина привлёк её к себе.