Звездный демон

На другой день Менес приступил к исполнению своих обязанностей с новым и пугающим чувством. Вчера как будто расширилось его видение… он понял, почему мать говорила о жестокости Ра. Вернее, не говорила, а думала так, хотя и пыталась это скрыть от него. Менес лучше понял жизнь, но вместе с тем стал более жестоким и сам. "Ра дарует жизнь, когда доволен в своем сердце, - думал он. – Ра сжигает все живое, когда гневается. И это правильно". Но Менес не знал, как снова посмотрит на своего бога теперь. Но когда Ра вышел к своим слугам, в новом зеленом платье, с серебряной пластиной на груди и волосами, убранными в косу – особенно хрупкий и юный сегодня – Менес воззрился на повелителя с прежним выражением. Великой любовью и великим трепетом. Что же, разве он не знал, каков Ра в гневе? День прошел так, как Менес уже привык – хотя к такому невозможно было привыкнуть: это было каждодневное возрождение радости. Ра питал свою свиту силой и счастьем. Он был бог. Если в маленькую голову какого-нибудь из его слуг и закрадывались сомнения, близость к Ра их рассеивала. Ни в чьем больше присутствии они не испытывали таких чувств - радости духа и всего тела… Но когда наступило время отдыха, Менес почувствовал, что не может отдыхать. Как будто какой-то жучок свербел в его сердце и точил его. Он все еще слышал тот выстрел, видел тот выстрел… и труп. Менес вышел в коридор и пошел в направлении покоев девочек. Он был один, и отчего-то двигался осторожно, приглушая шаги. Скоро мальчик увидел маленькую тень, замершую у стены, которая через мгновение скользнула к нему. - Привет тебе, - шепнула Киа. Она улыбнулась, но тут же стала серьезной. Подведенные глаза блестели от волнения. Менес хотел взять ее за руку, но застеснялся. - Пойдем, - сказал он, взглянув на нее и тут же потупившись снова. Они пошли по коридору, как тогда, давно, во время первой несостоявшейся прогулки – но больше не были беззаботными детьми. Вернее, Киа уже тогда была озабочена, а Менес этого не видел или просто не подумал… - Я хотела с тобой поговорить, - тихо сказала Киа через некоторое время. Вокруг по-прежнему не было никого, но Менес тут же настороженно огляделся. - Слушаю тебя, - сказал он. - Ты тогда спросил, одна ли я в семье, - произнесла Киа. – У меня было две сестры и брат, самый младший. - Было? – прервал ее Менес. - Да, - ожесточенно ответила девочка. – Мой брат умер от лихорадки, а следом за ним умерла моя младшая сестра. Ты разве не знаешь, как часто болеют простолюдины? Менес, ощущая большую неловкость и жалость, вздохнул и подергал себя за косу. - И что же? – спросил он. - Слушай, - ответила Киа. Она на него не глядела, точно ощущала такую же неловкость в его присутствии. – Когда нас осталось двое, я и Бекет, отца заметил один человек из дворца. Мой отец особенный, - по губам ее скользнула улыбка, - он сам научил себя "божественной речи" и рано научил меня. А еще он очень умен. Ра узнал о Неби, и тогда всю нашу семью взяли в Мен-Нефер-Ра, приблизив ее к трону. Киа помолчала. Менес слушал ее не прерывая. - Все в нашей деревне мечтали о городе бога, - продолжала девочка. – Каждый надеялся, что его отличат и для него кончится такая жизнь. И для нас она кончилась. Это иногда происходит с черными людьми, но гораздо реже, чем с вами, и для нас это огромное счастье… - Да, конечно, - сказал Менес. Он снова вздохнул, глубоко взволнованный рассказом. Мальчик еще не вполне понимал, к чему ведет Киа. Может, ей просто хочется поделиться тем, что у нее на сердце? - А где же твоя сестра? – спросил он. - Здесь, со мною, - улыбнувшись, сказала Киа. – Она тоже жрица Ра. Ты не знал? - Нет, - сказал изумленный Менес. – Почему ты не говорила? - Потому что ты не спрашивал, - ответила девочка. Они еще некоторое время шли молча, а потом вдруг Киа села на пол у стены, обхватив колени руками. Удивленный Менес сел рядом. - Ты что? – спросил он. - Не могу ходить, когда такое говорю, - тихо пояснила девочка, разглаживая на коленях свой голубой калазирис. – И это опасно… Менес подумал, что еще большее подозрение они могут вызвать, если их найдут сидящими рядом в коридоре у стены, но промолчал. - Но в деревне осталась семья моего дяди, - продолжила Киа. – Того, которого вчера… Она вдруг словно вспомнила, что ее дядю застрелил отец Менеса, и бросила на мальчика взгляд, в котором была ненависть. Не к нему именно. Ко всей его… породе. - И вот, - со слезами сказала Киа. – У моего дяди большая семья, и я не знаю, что они будут делать теперь. Он же кормил их. - Но что побудило его сделать это? – спросил Менес. Он не знал, как ее утешить, вообще не знал, что тут можно сказать. - Есть много причин, которые могут к такому побудить, - ответила Киа. Она вдруг словно решилась замолчать. Как будто Менес был слишком мал, чтобы понять ее, или просто ему нельзя было такое говорить. Менес сообразил, чего девчонка боится. - Не бойся, - приглушенно сказал он. – Я тебя не выдам. - Спасибо, - слезливо ответила Киа. Она покосилась на него своими черными глазками, в которых ему снова почудилась ненависть. - Что это за причины? – спросил Менес. - Я не знаю, - ответила Киа. Менес понял, что Киа лжет, даже несмотря на его обещание ее не выдавать. Но он повзрослел, как и она. Мальчик решил не добиваться признания сейчас, решив, что выведает нужное потом. Менес всегда добивался того, чего хотел. Киа вытерла глаза, а Менес вдруг увидел, что она размазала краску. - У тебя краска потекла, - сказал он. – Умойся… Киа кивнула. - Я пойду умоюсь, а ты жди меня. Хорошо? Мальчик кивнул. Они встали, и Киа быстро пошла в сторону ванной комнаты. Менес прислонился к стене и хмуро задумался – вернее, не думал отчетливо, а просто… находился в смятении. В нем как будто нарушилось божественное равновесие, как вчера это произошло с целым собранием рабов бога. Киа быстро вернулась – не только умылась, а еще и накрасилась заново. Вернее, конечно, ее накрасила служанка. - Пойдем погуляем, - сказала девочка. Она была еще бледненькой, но теперь выглядела бодрой и вполне спокойной. Менес удивился. - Куда мы пойдем? – спросил он. - А ты разве уже побывал во всех комнатах дворца? – спросила в ответ Киа. Как-то так, что Менес понял: перед ним новая тайна. - Ты что-то хочешь мне показать? – спросил мальчик. Киа кивнула. - Ты часто бываешь в библиотеке? – спросила она. - Глупый вопрос! – сказал Менес. Он ощутил разочарование. И всего-то? - Что ты читаешь, кроме того, что нам задают? – спросила Киа. Менес пожал плечами и промолчал. Он ничего не читал, кроме положенного. Он читал и писал хорошо, но разбирать иероглифы было трудно и не так интересно, как упражняться с оружием или играть. - Чего я не видел в библиотеке? – хмуро спросил он. Киа хмыкнула. - Ты представить себе не можешь, сколько всего ты не видел, - проговорила девчонка. – И я недавно нашла… знаешь что? Менесу вдруг передалось ее огромное возбуждение. Он посмотрел на Киа. У нее глаза горели; казалось, у девочки сейчас загорятся даже волосы. - Что? – воскликнул мальчишка. - Тсс!.. Киа прижала палец к губам, потом прижала обе ладошки ко рту – как будто тайна грозила выскочить наружу. Менес подумал, что сейчас она и краску на губах размажет, но ему было не до того. Он уже чуть не приплясывал от нетерпения. - Ну, что? – шепотом воскликнул мальчик. Киа быстро шагнула к нему и прошептала в самое ухо: - Я видела записи первой женщины Ра! Его первой наложницы!* - Как первой наложницы? Менес был потрясен. Он вообще до сих пор не думал, что у бога бывают какие-то наложницы. Хотя, конечно, должны быть. У всех значительных людей есть не по одной женщине, а уж у бога… - Ты хочешь сказать, самой первой? Которая жила много-много сотен лет назад? – спросил он. - Да, да, - сверкая глазами, прошептала Киа. Менес нахмурился. - Но как эти папирусы не истлели? – спросил он. Киа пожала плечами. - Наверное, Ра всему, с чем соприкасается, дает долгую жизнь, - сказала девочка. – Я нашла эти свитки в нише в стене, в потайном шкафу… Менес потер лоб. - Если он потайной, как ты его открыла? – хмуро спросил мальчишка. Чем больше она говорила, тем больше это напоминало вранье. Киа опять прошептала ему в ухо, щекоча дыханием шею: - Я просто поднесла к стене руку, она и разъехалась. - Врешь! – не выдержал Менес. Киа спокойно мотнула головой. - Я тебе покажу, - сказала она. – Пойдем прямо сейчас. Она схватила его за руку и повела за собой. Менес не сопротивлялся: его переполняло любопытство. И щекотало ощущение опасности, как будто перышком в горле. Киа была смелая девчонка! Даже не всякий мальчишка решился бы на такое – в доме самого Ра! Библиотека располагалась в огромном зале, так же причудливо отделанном, как зал воскрешения. Середину библиотеки занимали длинные столы – непохожие на маленькие обеденные столики – и длинные скамьи. Здесь дети могли делать уроки. Свитки же лежали в стенных шкафах, а сами стены были отделаны металлическими панелями, которые расходились, когда пожилой хранитель библиотеки подносил к ним особое устройство, что всегда носил на руке. Вроде кнопки, заставлявшей складываться звериную маску. И чтобы такой шкаф открылся просто при поднесении руки?* Дети вошли в библиотеку. Она была пуста. Хотя хранитель, конечно, дежурил на своем посту – это был уже старый, но крепкий бритоголовый человек, глубоко преданный Ра. Он подошел к маленьким жрецам. - Что вам угодно, господа? В его тоне смешивались достоинство и подобострастие. По своему положению и возрасту этот человек был выше Менеса и Киа, но эти дети состояли при самом Ра – а в скором времени сделаются гораздо большими господами, чем он... - Мы хотим почитать, - звонко сказала невозмутимая Киа. – Открой нам шкаф с речениями Мери-Ра, почтенный Яхмес. - Сейчас. Хранитель поспешил к шкафу, на который небрежно указала постоянная прилежная читательница. А Киа, когда Яхмес отвернулся, мотнула головой Менесу в его сторону: - Иди! Выбирай! – шепнула она едва слышно. Менес догадался, что хранителя требуется отвлечь. Мальчик путался в незнакомых текстах и не понимал их прелести, в отличие от Киа, но знал, что сейчас должен изобразить из себя книжника. Он подошел к хранителю, уже открывшему нужный шкаф. - Дозволь, я выберу, - сказал он. - Конечно, господин, - сказал старик мальчику. Тот улыбнулся этому титулованию и протянул руку к первому свитку. Быстро проглядел и положил на место. Потом – второй. Хранитель почтительно ждал. - Не посоветуешь ли ты мне книгу сам? – спросил Менес, невинно посмотрев на старого Яхмеса. – Эти я уже читал. Обман удался им блестяще. Менес покинул библиотеку, держа под мышкой совершенно ненужную ему песнь о великой реке, а Киа – три длинных свитка с речениями какого-то Мери-Ра. Среди этих свитков она спрятала четвертый, с виду точно такой же. Или почти такой же. Папирус был более темным и хрупким, и это означало, что он старше остальных книг. В доме бога все вещи жили очень долго и очень долго сохраняли первозданный вид – и это означало, что украденный Киа папирус на многие сотни, а то и тысячи лет старше остальных взятых ею книг… - Куда пойдем? – шепотом спросил Менес, когда они отошли на достаточное расстояние от книгохранилища. - А зачем куда-то ходить? – отозвалась Киа. – Кто увидит, что я взяла недозволенное? Она в который раз приблизила губы к уху Менеса и прошептала: - Думаю, сам Яхмес не знал об этом тайнике. Менес наградил ее изумленным взглядом, а потом сказал, хотя изнемогал от нетерпения: - Нужно пойти в классную комнату. Покажется странным, если увидят, как мы читаем посреди коридора. Киа кивнула. - Только уже поздно… - И хорошо – там никого не будет, - ответил Менес. – Или ты испугалась? - Нет, - гордо сказала Киа. - Тогда идем. Они молча пошли в классную комнату, которая действительно оказалась пустой. Как видно, таких книгочеев, как Менес и Киа, среди маленьких жрецов больше не было. Дети сели рядом на циновку. В зале было все еще светло – помимо обыкновенных масляных ламп и факелов, дворец освещался еще каким-то удивительным способом. Белый свет, который был ярче всего в зале воскрешения, озарял и классную комнату, хотя и слабее. Но читать здесь было можно, пусть и с трудом. Менес, сдвинув брови, повел пальцем вдоль иероглифической строки – а потом вдруг сдался, чувствуя, что у него зарябило в глазах. Черные знаки при таком освещении были уже плохо видны на коричневом фоне. - Давай ты. Киа взяла папирус и улыбнулась, как будто предвкушала пирушку. Хотя для таких, как она, книги лучше сладостей. "Я, Хат, говорю это, - начала Киа вполголоса. – Я – первая любимица великого бога, взятая им из деревни…" - Как ты, - не удержался мальчик. - Не мешай! – приказала Киа. "Я видела, как бог сошел на землю. Это был час, когда ночь превратилась в день и люди в страхе побежали от света Ра. Остался мой брат Инени. Ра взял его, а потом принял его облик и взял меня, как это хотел сделать Инени". - Я ничего не понимаю, - в благоговейном страхе сказал Менес. Киа посмотрела на него – она покраснела под завесой своих стриженых волос. - А я понимаю, - тихо сказала она. – Брат значит возлюбленный, Менес, жених… Хат говорит… что бог взял ее, как мужчины берут женщин… Менес вспыхнул. Дети в большом смущении молчали несколько мгновений. Потом Менес покосился на подругу. - А почему ты думаешь, что эта Хат не врет? – спросил он. – Может, ей все приснилось? Что бог ее взял? - Если она не та, кем называет себя, как эта книга попала сюда? – спросила в ответ Киа. – Ведь то, что книга здесь, значит, что Хат жила во дворце… Она была большая госпожа, и жила очень давно… Девочка провела пальцем по ссохшемуся волокнистому краю рукописи. - А почему это она госпожа? – спросил Менес. – Ведь во дворце живут и рабы. - Рабы не умеют читать и писать, - ответила Киа. – И им не дают в пользование тайников. Тут Менес остолбенел, полностью осознав смысл прочитанного Киа. - Тут написано, что Ра взял этого Инени, - произнес он хрипло. – Это что… Киа посмотрела на него, округлив глаза – а потом зажала рот обеими руками. Она фыркнула от невольного смеха, хотя тоже пришла в ужас. - Нет, это должно быть другое, - сказала она. – Наверное, Ра взял Инени в свой дом, как тебя и меня. - А зачем ему было принимать облик Инени? – спросил Менес. Вдруг оба поняли, что каждое слово их – запретно. Дети, уставившись друг на друга, подумали, что если хоть одно слово из их теперешнего разговора долетит до Ра, их ожидает немедленная смерть. - Я не понимаю, что это значит, - прошептала Киа. – Это большая тайна… - Сам знаю, - буркнул Менес. - Спрячь это получше, - посоветовал он. - Сама знаю, - надменно ответила Киа в таком же тоне. Они с напряжением смотрели друг другу в глаза. - Я не верю этой Хат, - вдруг заявил Менес. Он очень не хотел верить в слова, которые прочитала Киа. Но, может быть, это опять – то, чего он не понимает, как вчерашняя казнь? - Ра имеет человеческий облик, - шепотом сказала девочка. – Может быть, это тот самый… - Я сказал, что не верю! – отрезал Менес. Он прикрылся ладонью. Мальчик был разгорячен, но его била дрожь. Великий Ра, что происходит… - Я доподлинно знаю, что Ра берет себе наложниц из числа жриц, - вдруг сказала Киа. – В этом Хат не солгала. Менес медленно отнял руку от лица и уставился на девятилетнюю жрицу в каком-то священном ужасе. * Отсылка к моему фанфику, посвященному нисхождению Ра на Землю. Речь идет о главной героине, невесте юноши, в которого вселился гоаулд. * Электрическая энергия тела (фотоэлементы) – этот же принцип, который я придумала на основе существующих законов вселенной Stargate, описывается в романе "Свет, сошедший на землю". В фильме Ра открывает тайник с силовым устройством, поднеся к нему ладонь. Люди также обладают своими формами энергии, хотя и гораздо более слабой.