Жизнь фурри. Первый гибрид

      Прошёл почти месяц с того жуткого инцидента. Первые дни Соня заперлась в своей комнате, но когда Генри сказал ей, что Образцев так и не вышел из лаборатории, она решила взять себя в руки, пойти за покупками и приготовить что-нибудь для отца. Вскоре им пришлось продать одного из роботов-прислужников, но за Генри заступилась Дунсон, утверждая, что они подружились, чего, как уверял Образцев, быть не могло (ведь Генри не владеет совершенным разумом). Почти три недели Дунсон ухаживала за Профессором, пока тот и носа не показывал из лаборатории, всё следил за состоянием Пафс... Вот только это была уже не она. Дунсон так и не узнала, куда пропало тело её самой старшей из младших сестёр, но отлично знала, куда подевался её разум...       Ещё до того, как сердце Пафс прекратилось биться, Профессор уложил на два соседних операционных стола Пафс и фурри-сокола и сделал очень сложную операцию, поместив некоторые части мозга в голову сокола, иными словами, переместил Пафс в другое тело. - Это и была та "замена"? - спросила Дунсон, когда наконец набралась храбрости, чтобы поговорить с отцом. - Ты это имел ввиду, когда говорил об "идеальной замене"? - Я... Я должен был её спасти. Её тело сильно пострадало, а эта сокол, она... просто не успела сформироваться до того, как меня заставили прекратить свою работу. - Да я старше была, когда родилась! Папа, ты... Не нужно мне лгать. Ты создал её уже после того, как свернул программу по созданию фурри. Я не настолько глупая. - После? О чём ты..? Хотя... Да, Соня, ты права. Я надеялся, что это всего лишь паранойя, но... - Хочешь сказать, так или иначе, но ты использовал эту фурри по назначению? - Из твоих уст это прозвучало как... - А, вот ты как заговорил... Мои уста... Папа, это..! - Дунсон в ярости походила взад-вперёд, но затем внезапно усмехнулась. - Хотя знаешь, я не хочу это обсуждать с тобой. Я ведь тоже в этом от части виновата. Если бы я осталась тогда проверять бумаги, то Пафс не пошла бы меня искать и... - Эй, стоп, погоди. Ты думаешь, что именно ты виновата в случившемся? - Образцев сильно удивился такому заявлению, ведь если именно их уход повлиял на такое истечение обстоятельств, то именно Образцев виноват в этом, ведь именно он уговорил Дунсон отвлечься от работы. Он подошёл к кобыле и обнял её. Хоть Соня и стояла на полусогнутых ногах, Профессору всё равно пришлось стать на носочки, чтобы положить свою голову ей на плечо. - Ну-ну, ты здесь совершенно не причём. Я подозреваю, что это не просто несчастный случай. Не хотел говорить, пока не убедился окончательно. Да ты просто подумай, кто сейчас на машинах разъезжает? - Ну... Да, ты прав, сейчас все на животном транспорте передвигаются, но... - И не смей больше винить себя в этом, - он посмотрел в её большие глаза и поцеловал в лоб, - ты здесь совершенно не причём.       На следующий день Пафс, у которой теперь было новое тело, проснулась и выслушала долгое объяснение о произошедшем от Дунсон. - Ты сделал что?!! - раздался пронзительный детский голос в огромном почти пустом доме. - Папа, ты хоть знаешь о правилах этики? - Дорогая, тебе сейчас нельзя волноваться. Мозговая активность должна быть минимальной. - Отец, да что с тобой такое? А кем мог бы быть этот фурри, если бы я не заняла место в его... в её голове? - Ну, фактически она и была создана ради этого. - Что?! Папа, прекрати... То есть, ты практически убил её, чтобы спасти меня? - Ну, фактически она и не начинала жить, а её мозг не был выброшен на помойку, как ненужная вещь, а лишь немного изменён... - Это тебя не оправдывает. Отец, ты не в себе. - Хочешь сказать я болен?! - Да, папа, я хочу сказать, что ты сходишь с ума. - Да, я давно уже сошёл с ума!!! - не сдержался Профессор. - Уже давно. С самой моей первой попытки создания фурри... Нет, раньше! Шизофрения поглощала меня... уже долгое время. А как только я решился приступить к созданию фурри... Это дало сильный толчок и я... Наверное, я тогда свихнулся полностью. У меня начались приступы гнева. Я мог спокойно читать книгу, а затем кинуть её со всей силы в сторону - так я несколько раз ломал Генри тарелками, кружками с горячим чаем... Мог накричать, сорваться... И со временем такие припадки случались всё чаще. Окружающим говорил, что это всё из-за стресса, но сам я понимал, что стресс тут не причём и я медленно схожу с ума. - Папа, я... и подумать не могла. - Изумлённые взгляды не могли сойти с морд Дунсон и Пафс. - При мне ты ни разу... не срывался. - Об этом знал только Генри. Именно он был моей "жертвой", когда у меня начинались эти... Только он знал. - Это... ужасно, - пробормотала Дунсон. - Бедный Генри, - сказала Пафс, - он столько вытерпел, а я и не знала. Ему было не с кем поделиться, потому что ты запретил ему. - Пафс, он всего лишь стандартный робот-прислужник. У него нет психики или чувств, это слишком сложно для его программы. - Но... - продолжила она, - это всё равно тебя не оправдывает, отец. Твоё безумие - это одержимость фурри и перепады настроения. Я понимаю, что я первая твоя удачная версия, но это не даёт никакого права растить для меня... тело... и заменять разум этого фурри моим. Ты... жестокий человек.       Впервые тогда Пафс назвала Образцева жестоким. Это даже немного шокировало его и Дунсон. Она никогда не считала Профессора ни жестоким, ни злым, ни аморальным, она не считала его плохим. До этого момента.       После своего пробуждения Пафс понадобилось несколько дней, чтобы осознать всё, что произошло. Но в конце концов она смирилась со стечением обстоятельств.       Ещё долгое время Пафс чувствовала себя просто ужасно: её мутило, голова кружилась, случались обмороки, мучили постоянные мигрени, то отключались, то усиливались разные органы чувств, да ещё и перепады настроения... Это было связано с тем, что тело сокола отторгало мозг взрослой собаки, но благодаря разработкам Образцева, различным лекарствам, которые Профессор составлял в тот самый момент, это "срастание" прошло успешно. Также он разработал комплекс различных компонентов, которые ускоряли рост Пафс, ведь она представляла на переговорах всю свою расу, а с её смертью за прошедшее время произошли большие изменения - фурри стали настолько ограничены, что им буквально запрещалось появляться в местах общепита, спортивных соревнованиях, даже в некоторых магазинах - потому Пафс нужно было как можно скорее снова занять своё место, но уже под другой личиной.       Через полгода Пафс выросла из новорождённого птенца во взрослую птицу. - Настало время вернуться в люди, - неуверенно проговорила она, смотря на себя в зеркало. Через несколько минут она должна была обратиться к правительству через СМИ, поэтому на данный момент она поправляла свой новый деловой костюм, который ей подобрал Генри. - Не волнуйся, дорогая, - пыталась успокоить её Дунсон, - ты и раньше вела дебаты с людьми. А сегодня тебе всего лишь понадобится сделать объявление и ответить на пару вопросов. - Да, но... Понимаешь, Сонь, это новое тело... Нет, я, конечно, научилась обращаться с каждым из своих крыльев, но... Это же совсем другая фурри. То есть, а вдруг у меня не будет получаться так, как получалось в моём настоящем теле? Вдруг всё станет только хуже? Вдруг ко мне не будут относиться серьёзно, потому что какая-то там выскочка решила занять "её" место? - "Как смеете вы стоять там, где стоял он?" Ты себя накручиваешь. - Любишь ты классику, - усмехнулась Пафс. - Просто... Понимаешь, теперь фраза "щёлкать клювом" обретает другой смысл для меня... - Ты "щёлкаешь", когда ешь, но от этого некому хуже не становится. - Я так делаю? - с улыбкой посмотрела она на кобылу. - Да. Ну, у птиц же нет челюстей, чтобы жевать с закрытым ртом! То есть... Ну ты поняла. - Госпожа Пафс и госпожа Дунсон, - прервал их разговор только что появившийся в дверном проходе Генри, - ваш отец ожидает вас и просил поторопиться. - Генри, я же просила не называть меня ни госпожой, ни хозяйкой, - проговорила Пафс, - и обращаться на "ты". Скажи папе, что мы скоро будем. - Слушаюсь, - ответил робот и направился к Образцеву. - И, Генри, - остановила она его. - Спасибо за новый костюм. Такой непривычный цвет... Мне нравится. - О, не стоит, Пафс. Раньше ты ходила в коричневых или чёрных костюмах. Мне показалось, что теперь к твоему новому образу больше подойдут светлые цвета. - Да, ты прав. Небесно-голубой смотрится на мне превосходно! Спасибо ещё раз.       Робот кивнул и вновь отправился к Образцеву. - Почему ты велишь ему обращаться к тебе по имени и на "ты"? Тебе не кажется это странным? Он же робот-прислужник, он должен... даже не знаю, пресмыкаться перед своим хозяином и его семьёй. - Для меня он не просто прислужник, Соня. Даже не няня. Он мой первый и самый лучший друг. Я знаю его с детства и, по хорошему, это я должна обращаться к нему на "вы".       Эти слова лишь рассмешили Дунсон и где-то в подсознании вызвали смешанные чувства. Пафс в очередной раз поправила свой галстук и сёстры отправились к Профессору в гостиную комнату. - Они вот-вот прибудут. Ты приготовила слова? - Чтобы читать по бумажке? Я тебя умоляю, пап! Я просто поступлю как всегда - буду брать слова из головы. Кажется, я таким образом когда-то помогла тебе на одной из твоих конференций. Сколько мне тогда было? Лет четырнадцать? Семнадцать? - Ты тогда впервые была открыта миру... Помню, будто это произошло вчера... Но, Пафс. Ты теперь совершенно другая фурри. Я пытался придумать тебе новое имя, набросал несколько вариантов... - Эвея, - перебила его сокол. - Что? - Меня будут звать Эвея. Я начала придумывать себе имя ещё когда поняла, что мне придётся выйти в люди. То есть, ещё до того, как ты мне об этом сказал. Ты знаешь, как я люблю имена "со смыслом", поэтому решила пойти по твоим стопам и придумать аббревиатуру. Конечно, сначала было много глупых вариантов... - И как же расшифровывается твоё новое имя? - с интересом спросила Дунсон. - Это Всё Ещё Я.       Можно ли назвать это немым криком? Этими словами она хотела вдохновить всех тех фурри, кто живёт в страхе перед людьми, кто уже отчаялся, для кого надежда на благоразумие людей умерла вместе с Пафс. Но, к сожалению, она не могла сказать эти слова вслух, не могла раскрыть себя, поэтому посчитала обязанностью для себя попытаться вдохнуть в своих собратьев надежду таким, как ей казалось, единственным способом.       Через двадцать минут прибыли журналисты и репортёры. За те полгода роста Эвеи правительством было запрещено использовать антро в качестве работников СМИ, но некоторые газеты и журналы не могли расстаться со своими талантливыми работниками. Теленовостям повезло меньше - журналы и газеты могли попросту не раскрывать фотографий авторов статей, но если животная морда засветится на месте ведущего репортёра - программу закроют и наложат большой штраф за "искажение правды со стороны недовольных настоящим положением". Однако, на этой встрече было несколько журналистов и газетчиков фурри, что очень обрадовало Эвею. На тот же самый вечер на всех каналах она мелькала в новостях, а на следующее утро всюду пестрили заголовки о новом лице, представляющим расу антропоморфных существ, о возвращении справедливости, о новой надежде. - Меня зовут Эвея, и я новый представитель своей расы. Со времени смерти Пафс никто из фурри так и не решился выступить за свой народ и я их не обвиняю, ведь это огромная ответственность и множество обещаний, которые не всегда выполнимы. Но я готова взять на себя эту ответственность и заняться политической проблемой фурри. Хотя я лично считаю её скорее нравственной. И я не побоюсь сказать правду о том, что считаю отвратительными людей, которые дискриминирую антропоморфов и создают всяческие правила, основанные на нелепых фантазиях, мешающие нам жить. После её вступления последовало много вопросов, которые задавали разные люди и фурри. Эвея пыталась ответить на все: - Чего вы хотите добиться? - Ну, для начала я сделаю так, чтобы всякий фурри, захотевший достать себе пропитание, смог спокойно сходить в магазин и купить то, что пожелает, на честно заработанные им деньги. Я добьюсь разрешения рабочих мест для фурри. Вы видели эти предписания? Да мы уже кассиром в магазин устроиться не можем! - То есть, и на телевидение вернут фурри? - Я изо всех сил постараюсь сделать это. - А что насчёт спортивных соревнований? - Уточните вопрос. - Фурри было запрещено посещать подобные мероприятия из-за того, что они "звереют", представляют опасность для окружающих. - Это глупое заявление, хотя я от части понимаю людей, которые так говорят - однажды очень счастливое непарнокопытное чуть ни сломала мне ребро, когда обнимала после победы в баскетболе, но фурри умеют здраво рассуждать, и я могу совершенно точно сказать, что разъярённый фурри-буйвол фанат, скажем, футбола ни чуть не опаснее того же разъярённого фаната человека. - А что вы думаете о разработке нового закона против хищников? - Хищники? - удивилась сокол. - Простите, но мне кажется, что я ничего об этом не слышала... - Хищников считают слишком опасными для сожительства с людьми. На сегодняшний день можно часто встретить на улице льва или медведя и для многих людей они кажутся угрожающими. - Не смешите меня! Я знаю гризли, который в детстве мечтал открыть свою булочную! А мой знакомый волк мечтал делать детские игрушки, и его эскизы меня просто поражали. И я хочу заметить, что сама являюсь представителем хищных. Люди считают нас опасными, но забывают о том, что именно люди убивают других людей. Есть те, кто крадёт, обманывает, я это не отрицаю. Но ведь и люди не лучше! Сколько зафиксировано случаев, когда убийцей являлся фурри? Три. Три случая с самого нашего создания. И они были умышленными, то есть, не было ни одного фурри, ни хищника, ни травоядного, который убил или покалечил бы кого-нибудь из-за того, что внезапно "рассвирепел"! Во всём виновато воспитание, которое, кстати говоря, дали этим трём несчастным люди. Ну и что же они собираются с нами сделать? Надеть на нас ЭШО? Намордники? Ввести лимит на расстояние от хищника до человека? Это же смешно! - Вообще-то, именно это они и хотят сделать. - Что?! Какого... Эта новость возмущает меня до кончиков перьев! Я больше не могу давать интервью. Хватит вопросов!