Глава 1. Начало перемен
10 марта 2014 г., 17:03
— Тебе снова нужна помощь? — спросил Мэттью у своего брата-близнеца, что смущённо смотрел на него.
— Ты же знаешь, как у меня обстоят дела с математикой. Просто помоги, а я потом помогу тебе с историей, — ответил Альфред, и Мэттью вздохнул.
— Я её уже сделал. То, что ты делаешь всё в последний момент, не означает, что я делаю так же, — сказал Мэтью, шагая на кухню. — Не думаю, что мама успеет приготовить ужин сегодня, так что им займусь я.
— После того как поможешь мне с математикой! — выкрикнул Альфред из другой комнаты, но потом сдался, понимая, что брат просто хочет, чтобы он сделал её самостоятельно, поэтому он надолго уставился в страничку с заданием.
— Готово! — выкрикнул Мэттью из соседней комнаты, и Альфред встал, разочарованный тем, что так ничего и не решил. Едва выдвинув стул, он услышал, как открывается дверь.
— Мэтт, Ал? Вы здесь? — спросила мама, проходя на кухню. — О, вы приготовили ужин. Слава Богу, а то я боялась не успеть его сделать. — Она устало плюхнулась на стул рядом с Альфредом.
Все трое некоторое время ели молча, пока их мама не прочистила горло.
— Сегодня я получила письмо от папы, — начала Люси, так звали их маму, и близнецы тут же сели ровно, внимая. — Я его ещё не открывала, хотела прочитать, когда мы соберёмся все вместе.
— Открой его скорей! — попросил Альфред, запоздало добавив, — … пожалуйста.
— Ладно, ладно, сейчас, — сказала Люси, вытащив конверт из кармана куртки. Волнение Альфреда, получившего весточку от отца, было почти ощутимо, когда их мать открывала конверт; вынув письмо, Люси начала читать вслух:
— «Дорогая семья, не верится, что меня нет с вами уже почти 4 месяца. Ведь это так долго. Конечно, всё, чем мы занимаемся — лишь тренировка, и пока никто никуда не собирается. Не в мирное время. Однако, многие утверждают, что вскоре мы вступим в войну. Я пока не уверен. Некоторых переводят, но думаю, это по большей части связано с тем, что они просто хотят посмотреть, как мы действуем, и только в районы, расположенные внутри страны.
Не волнуйся, Мэтью, я завёл здесь друзей, так что мне не одиноко, и, Альфред, я теперь усердно работаю над собой. Здесь нас мало чего заставляют делать. Но всё же, время от времени, у нас проводятся учения. Я просто хочу, чтобы на меня перестали кричать. Я здесь уже 4 месяца, а на меня до сих пор орут, словно я сюда вчера попал...» - Люси прочла письмо, в котором говорилось о людях, которых встречал их отец, и проблемах, с которыми он столкнулся, находясь там. Когда она закончила, Альфред посмотрел на неё.
— Когда оно отправлено? — спросил он. Мама посмотрела на конверт.
— Третьего декабря, — ответила она.
— Понадобилось всего двадцать дней, чтобы оно дошло сюда, быстро почта приходит, — прокомментировал Мэттью, откусив кусок еды. Мама убрала письмо, а затем пристально посмотрела на близнецов, словно хотела сказать им что-то ещё.
— Ты хочешь ещё о чём-то нам поведать? — осторожно поинтересовался Мэттью.
— По правде говоря, да. Нас ждёт пара перемен, — ответила их мама, и Альфред выпал из реальности.
«Перемен? — подумал он. — Но я с таким трудом пытался сохранить всё настолько обычным, насколько это возможно, с тех пор как уехал папа... а ведь уже почти Рождество...»
— Слышали ли вы, мальчики, о стартовавшей программе помощи эмигрантам? — начала мама.
— Да, — ответили они в один голос.
— Ну, некоторые мои коллеги приняли в ней участие, и я подумала, что мы тоже могли бы поучаствовать, — продолжила она. Разум Альфреда запаниковал, ему не нравилось, к чему она клонит. — Так что я вызвалась принять ребёнка из Британии.
— Ты, что? — возмутился Альфред, изо рта чуть не повалилась еда. Чуть. Их мама нахмурилась.
— Ты не хочешь помочь эмиг... — начала она.
— Это не так! Просто с тех пор, как папу призвали на службу, у нас и так много проблем, а ему даже не разрешили вернуться и встретить с нами Рождество, и я не хочу ничего менять сейчас, когда у нас наконец-то, кажется, всё наладилось, — перебил её Альфред, уставившись в тарелку. Лицо мамы смягчилось.
— Всё будет хорошо, этот мальчик просто поживёт здесь, пока не исчезнет угроза, нависшая над Британией. Это ненадолго, и знаете, было бы не плохо сделать хоть что-нибудь, чтобы помочь кому-то оттуда, — сказала она своему ещё совсем юному ребёнку, который иногда казался намного взрослее, чем выглядит.
— Мы можем принять его у себя, но это не значит, что он должен мне нравиться, — сказал Альфред.
— Тебе стоит попытаться перебороть это отношение до завтра, потому что завтра он уже будет здесь, — мама сбросила ещё одну бомбу на семью. Альфред посмотрел на неё и нахмурился.
— Я больше не голоден, — сказал он, быстро покидая кухню и отправляясь в свою спальню.
— Пожалуйста, скажи мне, что ты не против, Мэттью, — попросила Люси, и Мэтт улыбнулся ей.
— Я не против, со временем и Ал передумает, — ответил Мэттью.
— Я очень на это надеюсь.
***
Альфред впервые в своей жизни боялся того момента, когда откроется дверь, потому что как только это произойдет, он знал это, его нормальной жизни придёт конец, как это было совсем недавно, ведь этот маленький британец только прибавит им проблем. — Ал, дверь только что открылась, нам нужно выйти поприветствовать этого мальчика и радушно принять его, — сказал Мэттью своему брату, вырывая того из мыслей. — Пусть ты и против его пребывания здесь, он, скорее всего, тоже не в восторге. Так что, во всяком случае, не заставляй его чувствовать себя ещё хуже, он и так вдали от дома. — Да иду я, не обязательно было мне речь толкать, — сказал Альфред, шутливо пихнув брата. — Я дома! — услышали они, как выкрикнула их мама, и направились к входной двери. Она ступила на порог, держа чужую сумку, в то время как позади стоял ещё один человек, ростом почти с неё. Они вместе вошли в дом, и тогда до Альфреда дошло, что этот ребёнок далеко не ребёнок. На вид ему было лет 16, столько же, сколько и ему с Мэттью. Парень был немного ниже Альфреда, у него были большие брови, на щеках играл лёгкий румянец. Но больше всего выделялись глаза, яркие зелёные глаза, которые он не успел хорошо рассмотреть, потому что те мигом устремились в пол. — Альфред, Мэттью, это — Артур, — представила мама, и Альфред нахмурился. — Я думал, ты сказала, что приведёшь в дом ребёнка. Это не ребёнок, а подросток, это совсем разные вещи, — сказал он маме, и та впилась в него взглядом. — Э... привет Артур, я — Мэттью, а это — Альфред. Но ничего страшного, если ты поначалу не сможешь нас различать, нас вечно все путают. — Мэттью попытался снять напряжение. — З-здравствуйте, — запинаясь, произнёс парень, смотря на близнецов. — Я — Артур Кёркленд, это так мило с вашей стороны, что вы взяли меня к себе. Альфред продолжал пялиться на Артура. — Ал, не мог бы ты поднять эти сумки к себе в комнату? — попросила мама. — Ну почему именно в мою комнату? — прохныкал Альфред. — Потому что она больше, чем у Мэтта. А теперь прекращай ныть и будь мил со своим соседом, — свирепо сказала мама. Альфред сглотнул, взял сумки, и, тихо пробурчав "следуй за мной", стал подниматься вверх по лестнице в свою комнату; позади него раздавались тихие шаги. Он открыл дверь и поставил сумки рядом с двухъярусной кроватью, из которой вырос ещё несколько лет назад. — Ну, вот моя комната. И, думаю, временно твоя, — проговорил Альфред. — Обычно я сплю наверху, так что, если у тебя нет каких-нибудь крупных проблем с тем, чтобы спать внизу, то ты спишь там. — Нижняя меня устраивает, — быстро ответил Артур, и Альфред снова открыл дверь нараспашку. — Пойду посмотрю, не нужна ли Мэттью помощь на кухне, — сказал Альфред, оставив парня в комнате одного. Артур начал распаковывать вещи, когда услышал, как позади него открылась дверь. — Не обращай внимания на Альфреда, — сказал ему Мэттью. — Он сам не свой с тех пор, как призвали папу. Он ещё привыкнет к тебе. — Ох, так он не ненавидит меня, — проговорил Артур так, словно у него камень с души упал. — Ненавидит? Как он может ненавидеть тебя, вы же только встретились? — поразился Мэттью, подходя к англичанину. — Просто дай ему время, и он станет добрее к тебе. А теперь, если ты не возражаешь, я пойду проверю, не сжёг ли он чего. Из него не самый лучший повар, — Мэттью покинул комнату, и Артур снова остался один.***
— Что это? — спросил британец, когда спустился вниз поесть. Мэттью оторвал взгляд от мяса в тарелке. — Это мясной рулет с картошкой. Жаль, не наготовил больше, но я готовлю из того, что есть, — ответил он, и их мама включилась в беседу. — Завтра после работы я собираюсь зайти к Элисон, — сказала она трём мальчикам. — Вчера я попросила её одолжить нам продуктов, так что завтра пойду к ней за ними, надеюсь вы справитесь, если в Рождество я оставлю вас ненадолго одних. — Конечно, но завтра тебе просто необходимо быть дома, — ответил Альфред, жуя мясной рулет. — Не разговаривай с набитым ртом. Иногда мне кажется, что я снова мать семилетнего ребёнка, — упрекнула его мама, и англичанин слегка улыбнулся, наблюдая за семьёй. — Тебе нравится рулет, Артур? — Эм, да, очень вкусно, спасибо, — ответил Кёркленд, вновь опустив взгляд; Мэттью посмотрел на маму и покачал головой. — Ну, я всё, — сказал Альфред, отодвинувшись от стола, и побежал из кухни наверх в свою спальню, прокричав по пути, — я ушёл делать математику. — Артур, не хочешь подняться с ним? — спросил Мэттью, на что британец почти пропищал: — Но разве он не хочет побыть один? Не поэтому ли он покинул стол раньше остальных? — спросил англичанин. — Возможно, но думаю, он просто хочет сделать математику, и чтобы я перестал напоминать ему о том, что я всегда заканчиваю делать её раньше. Вот так, он расстроился, потому что не знает, как её делать, а я отказываюсь подсказывать, так что, может, хоть ты ему поможешь? — растолковал Мэттью, и Кёркленд кивнул, поднимая тарелки. — Не волнуйся, я вымою.***
Артур приоткрыл дверь комнаты, заглядывая внутрь. Альфред сидел, откинувшись на спинку стула, и подбрасывал в воздух мяч. — Можешь войти, если ты это хотел спросить, — проговорил американец, не прекращая свои действия. — Такая у вас здесь значит математика? — спросил Артур, пытаясь пошутить, чтобы развеять атмосферу. Альфред повернулся и посмотрел на своего соседа, а затем, решив, что тот не всерьёз, рассмеялся. — Такая, что я не могу понять, как решить следующую задачу. Кёркленд пересёк комнату и, заглянув за плечо Альфреда, посмотрел на работу по математике, что лежала на столе. — Мы проходили это в прошлом году, поэтому я знаю, как её решать. Хочешь, объясню? — спросил Артур парня. — Попробуй, но, как выяснил Мэтти, мне трудно вбить что-то в голову, — ответил Альфред, рассматривая британца. — Мне кажется, именно поэтому он мне больше и не помогает. — И всё же я попытаюсь, — ответил Артур, садясь на кровать, смотря прямо на него. — Это как...***
— Я же говорил, что они поладят, — сказал Мэттью маме, поднявшись по лестнице и подслушав разговор. — А я и не говорила, что не верю тебе, — ответила она. — Эй, Мэттью, тебе нужно научиться шептать тише! — выкрикнул Альфред из комнаты, и Мэттью тут же залился краской. Мама похлопала его по спине. Альфред же в своей комнате покачал головой. — Прости, но иногда мне необходимо дать Мэттью понять, что я не глупее коробки с камнями. — Ничего страшного, — сказал Артур, поднявшись с полуприседа рядом с письменным столом Альфреда. — Теперь понял? — Думаю, да. Спасибо за помощь, — ответил Альфред. Кёркленд улыбнулся и кивнул. — Но это не значит, что я смирился с твоим пребыванием. Я всё ещё сержусь на то, что мама пригласила тебя, не посоветовавшись с Мэттью и, в первую очередь, со мной. Но уже не так сильно, — добавил он, и Артур воззрился на него с удивлением. — А теперь я пойду спать, от всей этой математики меня в сон клонит. Глупые учителя, назадавали домашки на каникулы, — Альфред слез со стула и заполз вверх на кровать, плюхаясь на неё. — Доброй ночи. — Спокойной ночи, Альфред, — сказал Артур, выключив свет и тихо прикрыв дверь.
