From here to there

      - Артур, ты когда-нибудь целовался? – как-то раз ни с того ни с сего спросил его Альфред.       - З-зачем ты спрашиваешь? – ответил тот вопросом на вопрос, пытаясь ускользнуть от ответа. Однако же Альфред просёк его трюк.       - Просто любопытно, теперь тебе не уйти от ответа, - сказал он Артуру, прислонившись к нему. Двое парней сидели на улице под большим деревом. Стоял жаркий летний день, и Альфред решил, что настало время им выбраться наружу. Что, в сущности, лишь означало: Артур будет читать в тени, а Альфред тем временем будет на него глазеть.       Мамы Альфреда дома не было, она работала то над тем, то над этим, в то время как Мэттью с Франциском решили остаться в доме, где было чуточку прохладнее.       - Эм… нет, - тихо ответил Артур, однако Альфреду всё же удалось его расслышать. Он улыбнулся и ткнул парня. Кёркленд зарделся и пихнул его в ответ. – Что-то не похоже, чтобы ты сам хоть раз целовался, - сказал Артур, и Альфред покраснел следом, отчего Кёркленд усмехнулся ему. – Я расценю это как «нет».       - Я здесь ни при чём! Просто у меня никогда не было девушки, - защищался американец.       - Ну и у меня не было. Хотя я на самом деле и не планировал, - признался Артур. На этом момент Альфред вспомнил, что намеревался сделать. Они вдвоём уже и без того близко сидели - их было не видно за забором на заднем дворе. Книга Артура закрылась сразу, как только Альфред заговорил с ним. Американец просто выжидал.       - Но у тебя есть парень. Ты когда-нибудь задумывался об этом? – дразнил его Альфред, Артур залился краской.       - Конечно же! Я хотел стать счастливым, - ответил британец туманно, словно говорил о «счастье на всю жизнь».       - Твои задумки воплотились в реальность? – спросил Альфред, глядя на облака на небе.       - Возможно… Думаю д… - краснея, пробормотал Артур прежде, чем его прервали губы Альфреда. Полностью отдавшись чувствам, он закрыл глаза. Альфред обхватил руками его талию, и он в ответ обвил руками шею американца. Книга, которую он читал Артур, упала с колен, оставшись незамеченной.       Спустя какое-то время, Альфред, как ни странно, отстранился. Он сделал глубокий вздох.       - Прости, что прервал тебя, - извинился американец прежде, чем Артур смог бы на него накинуться. – Что ты сказал?       - Я сказал «Думаю да», - отвернувшись, проговорил Артур смущённый тем, что Альфред совершенно не обратил внимания на то, что у них только что был первый поцелуй.       - Что значит «Думаю да»? – спросил Альфред.       - Ты же знаешь. То, что ты у меня спрашивал, - ответил Артур, и американец рассмеялся.       - Я просто хотел услышать это от тебя, - сказал он ему.       - Моя мечта… осуществилась, возлюбленный, - ответил Кёркленд, посмеиваясь над ним, – миллион раз да. – После чего он раскраснелся, осознав, что он добавил в конце первого предложения.       - Так я, значит, теперь твой «возлюбленный»? Британская фразочка? – спросил Альфред Артура, обняв за талию, и англичанин фыркнул в ответ. – Ох, не делай так. Мне это нравится, - сказал он парню, который лишь покраснел и положил голову на его плечо.       Тем временем в доме Франциск и Мэттью расселись по местам.       - Я себя нехорошо чувствую, наблюдая за ними вот так, - заметил Мэттью.       - Мы просто выглянули на улицу, чтобы посмотреть, как они там. Я так горд за них, они впервые поцеловались. Bizarre, la façon dont le jeune frère ont eu leur premier baiser devant la plus ancienne a fait, - сказал Франциск, добавив последнюю часть на французском, просто чтобы понять, внимательно ли слушает его Мэттью, и судя по румянцу, что расцвёл на лице парня, мысль о их собственном первом поцелуе его смутила.       - Pas vraiment, Alfred a toujours été un peu plus lent que moi, - ответил Мэттью в том же духе, и Франциск рассмеялся над его замечанием.       - Touché, - ответил Бонфуа, после чего приобнял Мэттью рукой. – Разве ты не гордишься своим старшим братом? - Конечно горжусь, если это то, чем стоит гордится. - То, mon cheri.

***

      - Мам, я хочу тебе кое-что сказать прежде, чем мы поедем в колледж, - сказал Альфред, подойдя к своей маме; накануне они с Артуром собирались в колледж. Мама оторвалась от книги, улыбнувшись сыну. Артур стоял поодаль, позади него, впрочем, они вдвоём редко бывали порознь.       - Конечно, милый. Что ты хочешь мне сказать? – спросила его Люси, выпрямившись и жестом предложив им двоим присесть.       - Ну, эм… ты ведь знаешь, что у меня никогда не было девушки? – спросил её Альфред, на что та кивнула, улыбнувшись.       - Неужели ты наконец-то завёл подружку. Я так рада за тебя! – ответила мама, и Артур отвернулся, зная, что это добром не кончится. Альфред прокашлялся.       - Типа того… - проговорил он, и мама в изумлении посмотрела на него.       - Что значит это твоё «типа того»? – спросила она, румянец Альфред стал более заметен.       - Ну, эм, я… проклятье, я не знаю, как это сказать, - ответил он. – Может мне и не стоит говорить. Артур, может ты?..       - Отличная мысль, Альфред, - повесить это на меня, чтобы я разбил сердце твоей матери, - пробормотал Артур, но Люси с нарастающим чувством ужасом уловила часть предложения.       - Что это значит? – спросила она.       - Ладно, - ответила Альфред. – Я сделаю это. Мама, я и Артур вместе.       - Вместе? Ясно дело, вы на диване рядом сидите, - ответила Люси, не уловив его мысли. Альфред отвернулся.       - Нет, мам. Я имел в виду, что мы пара, - признался он, и на сей раз мама поняла. Она уставилась на них двоих, в первый раз заметив, что они держаться за руки.       - Ты имеешь в виду… Альфред, ты гомосексуал? – спросила Люси, её голос стих; Альфреду было интересно, о чём она думала в этом момент.       - Я… да, - ответил он, не пытаясь оправдаться перед ней.       - Как-как давно? – спросила Люси, смотря на Альфреда, и Артур в знак поддержки сжал его руку.       - Всего-навсего год, - ответил Альфред и увидел, как мама немного задрожала в ответ.       - Миссис Лю… - Артур попытался сказать что-то маме Альфреда, когда она, прервав его, повернулась и посмотрела на него. Альфред заметил это и не позволил принимать ему весь удар на себя.       - Мам, не злись на него. Это ты пригласила его сюда, - сказал ей сын. – Видимо, этого всё равно было не избежать.       - Ты… - сказала Люси, остановившись, и Альфред, теряясь в догадках, как она на самом деле относилась к этому, заслышал шаги.       «Великолепно. Теперь ещё и Мэттью разобёт ей сердце», - подумалось Альфреду, когда его брат и Франциск вошли в комнату, держась за руки.       - Хмм, - проговорил Мэттью, когда, войдя в комнату, заметил, что происходит. – Полагаю, ты прибьёшь нас за это.       - Прибьёшь нас? – осторожно повторила Люси, а затем заметила их руки. Этого стало достаточно, чтобы переполнить её чашу терпения. – Ну конечно же, вы ведь близнецы. Что делает один, другой за ним повторяет. Мэттью, почему ты вечно повторяешь всё за Альфредом?       - Что? – спросил младший сын, удивлённый язвительностью своей матери. – На этот раз первым был я.       - О, мой младший сын наконец-то сделал что-то сам, и что же это? Завёл себе парня, - прокомментировала Люси; в комнате чувствовалась тяжелая атмосфера. - Так что? Значит, у меня не будет внуков, нет.       - Вы всегда можете попробовать ещё раз, - проговорил Франциск, и на этот раз Мэттью свирепо посмотрел на него.       - Сейчас не время об этом, - сказал он французу. Комната на некоторое время застыла в тишине. Люси подняла глаза, чтобы посмотреть на своих детей, которые всё ещё находились в комнате.       - И что же теперь? Вы ждёте моего вердикта? – спросила она, и Мэттью с Альфредом кивнули. – Ладно, - ответила Люси. – Полагаю, хорошая мать сказала бы: «Я хочу, чтобы мои дети были счастливы», - но хоть раз мне хотелось бы самой быть счастливой. Конечно, конечно, я не стану вас заставлять, опять же, что я могу поделать? Вы совершеннолетние и можете поступать так, как того пожелаете.       - Это… - начал старший, взглянув на младшего, - не то, чего мы хотели.       - А чего вы ждали? – спросила Люси, и Альфред знал, что она никогда не даст им того, чего им так хотелось услышать.       «Твоего одобрения», - подумал Альфред, но затем сказал:       - Я люблю тебя, мам. – Затем он поцеловал её в щёку и вышел из комнаты. Остальные ушли в след за ним, пока Люси не осталась одна в комнате. Осталась сожалеть о том, какой она оказалась резкой по отношению к своим детям.

***

      - Откройте дверь сейчас же, вы двое! – раздалось за дверью спальни Альфреда и Артура. Американец встал из-за стола, за которым писал своё эссе по какому-то предмету.       Он открыл дверь одному из своих соседей, который выглядел так, словно сейчас лопнет от радости.       - В чём дело? – спросил его Альфред, и парень сунул ему в лицо газету.       - Война в Европе окончена! Германия подписала акт о безоговорочной капитуляцию, так что теперь япошкам осталось только сдаться! – взахлёб прокричал парень, и Альфред заглянул в газету.       - Что? – выкрикнул Артур, вскочив с места, и кинулся смотреть газету, встав на цыпочки, чтобы рассмотреть её из-за плеча Альфреда       - «Война в Европе окончена! Безоговорочная капитуляция. Сегодня будет провозглашена победа в Европе. Усиление наших войск на Окинаве». – Альфред зачитал заголовок, а затем посмотрел через плечо на Артура, который был готов взорваться от радости, заслышав новости.       - Можешь оставить газету себе, если хочешь, я знаю, тебе захочется прочесть её, - сказал парень, глядя на взволнованного британца. Как только дверь закрылась, Артур на радостях обнял Альфреда.       - Она закончилась! Наконец-то закончилась! – прокричал Кёркленд, а американец всё никак не мог отвести глаз от газеты. Они вместе подошли к одной из кроватей в комнате; Артур был настолько взбудоражен, Альфред и подумать не мог, что тот мог быть настолько взволнованным.       «А что если Артур уедет, ведь он теперь может вернуться в Англию? Я ему теперь без надобности, так что он может вернуться домой», - подумал Альфред посмотрев на Артура. Кёркленд мгновенно успокоился, когда заметил, как погрустнел его товарищ.       - Что случилось? Война в Европе худо-бедно закончилась, - поинтересовался он, но парень ничего не ответил. И тут, кажется, Артур догадался о чём размышлял Альфред. – Думаешь, я теперь уеду от тебя, раз могу безопасно вернуться домой, да? – Альфред тихонько кивнул головой.       - Идиот! – сказал Артур и треснул его по голове, выбивая угрюмость. – Я мог бы вернуться ещё несколько лет назад, когда Германия уже не представляла угрозы для Англии. Я остался здесь ради тебя, так с чего мне теперь уезжать?       - Ты серьёзно? – спросил Альфред, и Артур рассмеялся.       - Да, дурачок, я серьёзно. К тому же, я хочу быть рядом, когда ты наконец увидишь Англию, - заявил он, и Альфред уставился на него. – Что, я хочу показать тебе свою родину, это так странно?       - Но… что? – спросил американец, смущённый внезапным поворотом разговора.       - Я уже поговорил с людьми о нынешней программе обучения за рубежом на определённое время, и, кажется, теперь это стало более возможным, когда война окончена, - сказал он Альфреду, который улыбнулся, вдруг смекнув о чём он. – Есть один колледж, который примет нас в Лондоне, так что мы можем поехать учиться туда, и я покажу тебе Англию. Хотя теперь, после войны, она, наверное, будет уже не той, какой я её запомнил.       - По мне, звучит неплохо, - с улыбкой заметил Альфред, а затем приобнял Артура рукой.       - Наконец-то я смогу познакомить тебя с моей мамой, - сказал ему Кёркленд, и прежде, чем Альфред спросил его, он продолжил: - Она будет очень рада увидеть тебя, я просто уверен в этом.       - Хотелось бы, - ответил ему Альфред, и Артур приник к его плечу, они просидели так какое-то время, обрадованные тем, что теперь могли поделиться с остальными хорошими новостями.

***

      Альфред был поражён желанием Артура держаться за руки, пока они шли по его старому кварталу. Он предполагал, что это как-то связано с тем, что здесь все уже знали об ориентации Артура, но опять же, британец был не из тех, кто охотно демонстрировал свои чувства публике. Когда они вошли в переднюю старого подъезда Артура, они заслышали чей-то голос.       - Артур? Артур Кёркленд? – Они оба повернулись на звук и увидели старую леди, которая сидела за столом у входа в переднюю. – Это ты! Поговаривали, что твоя мама отправила тебя в Америку во время войны, но никто не верил.       - Это правда. Последние 5 лет своей жизни я провёл в Америке, - сказал Артур старой леди, а затем, кажется, вспомнил, об Альфред, что стоял рядом. – Ах да, миссис Хауэлл, это Альфред Джонс – один из членов семьи, у которой я там жил. Альфред, это миссис Хауэлл, они с мамой хорошие подруги. – Американец улыбнулся старой леди, которая, заметив их руки, подняла бровь. По идее, Артур должен был бы вырвать руку, но он этого не сделал.       - Он твой, эм, партнёр? – спросила она у Артура.       - Да, - ответил Кёркленд, и Альфред удивился, что она не шарахнулась от них.       - Приятно знать, что ты наконец встретил кого-то похожего на себя, - совершенно не грубо сказала миссис Хауэлл. – Мама дома, в вашей квартире, если ты всё ещё помнишь какая из них ваша.       - Конечно же помню, - ответил Артур, и старая леди засмеялась.       - Конечно же помнишь, что это я? – спросила она, и Кёркленд, кивнув ей на прощанье, повёл Альфреда к своей старой квартире. Американец отпустил руку Артура, когда тот постучал дверь. И как только дверь открылась, Альфред тут же понял на кого был похож Артур. Его мама оказалась намного старше, чем он предполагал, однако она не выглядела так, словно вот-вот обратится в пыль.       - Артур? – спросила она, у Артура заслезились глаза, и он заключил её в объятья.       - Привет, мам, я дома, - прошептал он ей в ухо, и они простояли так какое-то время. Спустя несколько минут, они отстранились друг от друга.       - Да что же это я, проходите, проходите, - пригласила мама, и парни вошли в маленькую квартирку. В, кажется, гостиной Артур и Альфред сели на диван, в то время как мама Артура села на стоявшее рядом кресло.       - Кто это? – спросила она сына, и Альфред улыбнулся ей.       - Это Альфред Джонс, он один из членов семьи, у которой я остановился в Америке, - ответил парень своей маме, и Альфред снова взял его за руку, и Артур, кажется, был не против.       - Как ваши делишки? – протянул американец, и Кёркленд пихнул его, после чего Альфред поправил себя: - Нет, правда, как Вы?       - Прости за это, он, видимо, думает, что все британцы считают американцев деревенщинами, - извинился Артур, но его мама, кажется, не обратила на это внимание, и вместо этого смотрела на их руки и улыбалась, к большому его смущению. Альфред решил подразнить парня, и, отпустив руку, обнял его за спину, прижимая ближе. Британец сразу начал краснеть, поглядывая то на высокого парня, то на свою маму.       - Рад с вами наконец познакомиться, - сказал он матери Артура.       - Я уже могу сказать: хорошо, что я отправила Артура в Америку, даже если возвращение заняло так много времени, - с улыбкой сказала мама, и Артур тут же залился краской.       - Я тоже, - проговорил Альфред. – Не важно, что я многого не понимал, когда впервые встретил его. – Пытаясь сделать так, чтобы мама не волновалась, Артур сжал руку Альфреда, которая обнимала его.       - Как прошло твоё пребывание в Америке? – спросила мама у Артура, пытаясь завязать новый разговор.       - Великолепно, благодаря людям, которых я встретил, - ответил Артур.       - Расскажи мне, какого это. Расскажи о своих впечатлениях, - попросила она.       - Ну, когда я впервые попал туда, Альфред не был таким уж дружелюбным, но Мэттью… - Артур начал рассказывать своей маме о том, как он жил вместе с Альфредом, Мэттью, Люси и временами с Франциском. Альфред стих, позволив Артуру рассказать их историю, прерывая лишь тогда, когда хотел что-то в неё добавить. Пока британец рассказывал, он стал меньше смущаться близости с американцем и прижался к нему.       В конце истории мама Артура подвела итоги того, чему научился Альфред за эти годы.       - Что ж, если что-то отлично и нежелательно поначалу, не означает, что так будет вечно, правда?       - Правда, - ответили в унисон Альфред и Артур, с улыбкой посмотрев друг на друга. ____________________________________________________________________________ П/а И на этом кончается моя первая законченная многоглавая история. Здесь на самом деле много чего нового, в том числе сцена с первым поцелуем (хотя она была не очень подробно описана. Прошу прощения за отсутствие деталей, возможно, у меня получится описать её лучше, когда у самой будет опыт). Также извиняюсь за крайне банальный финал, ничего не смогла с собой поделать. Это был единственный путь, которым я могла закончить свою историю.       А теперь стартуют исторические заметки к этой главе! В том числе перевод (кстати я пользовалась Google переводчиком).       Bizarre, la façon dont le jeune frère ont eu leur premier baiser devant la plus ancienne a fait – Как странно, что младший брат поцеловался раньше старшего.       Pas vraiment, Alfred a toujours été un peu plus lent que moi – Не очень-то, Альфред всегда был слегка медленнее меня.       А теперь мне стоит попросить прощения за реакцию мамы Альфреда. В основном в фанфике присутствуют люди, которые вполне принимают эту идею, так что я в правду должна была сделать так, чтобы кто-нибудь был против, так что… да.       7 мая 1945 – дата безоговорочной капитуляции Германии. Заголовок, использованный в фике, был взят из интернета, так что он реален. Что касается японцев, прошло ещё пару месяцев, прежде чем они сдались. Не уверена, была ли тогда программа обучения за рубежом, но, из того, что я нашла в интернете, существует большая вероятность, что всё-таки была. В какой-то степени, вышло довольно много для заметок. П/п Что ж, вот и закончился фанфик) Я тут, наверное, немного не соглашусь с автором касательно того, что большинство лояльно относятся к геям уже в те времена, вот в Великобритании к примеру... Мне кажется, наоборот, ну может и были, конечно, кто это воспринимал нормально, но их было очень мало. Так что, думаю, надо было бы сделать наоборот большинство против. Хотя я, честно говоря, точно не знаю всего этого, так что может и не стоит мне судить.) Кстати, насчёт заголовка газеты, мне стало любопытно, существовал ли в действительности такой, и я наткнулась на статью The New York Times от 8 мая 1945, кажется. Если вдруг кому-то интересно, то вот ссылка: https://www.nytimes.com/learning/general/onthisday/big/0507.html P.S. Ребят, большое спасибо, что читали. А ещё огромнейшее спасибо публичным бетам)