Только он может заставить его сердце плакать...

*** Всегда бывают такие моменты в жизни, когда вроде бы все гладко и идет как по накатанной, но в то же время создается ощущение, что где-то что-то пропустил, не заметил. То, что не видно невооруженным взглядом, но можно нащупать, прикрыв глаза и проведя рукой — небольшое несовершенство, трещинка или зазубринка. Чонун уже чувствует, но все еще не пытается разобраться. Но одно он знает точно — Кюхен слишком спокоен по отношению к нему с того самого случая. Словно наконец сбылись желания Йесона, и теперь младшенький не маячит на горизонте со своими чувствами и желаниями. Возможно, Кюхен наконец понял, что ему ловить нечего. Ведь после того, как Чонун переволновался за него тогда, он еще больше усилил свою оборону, ушел в несознанку и старался даже лишний раз не смотреть на своего подчиненного. Чувствуя свою уязвимость, Чонун хотел как можно явственнее показать всем, что ее на самом деле не существует. Он даже почти не отреагировал на выходку Кюхена несколько недель назад, когда тот взял и просто сбежал в город, не предупредив никого и рискуя своим только что пришедшим в норму здоровьем. Тот же, в свою очередь, кажется, тоже закрылся в себе. Вроде бы все как всегда — Кюхен работает на износ, даже появляется в кабинете по первому требованию, шутит и общается с Йе как всегда, но что-то не так. Чонун больше не чувствует связи между ними, в глазах Кюхена больше нет того небольшого огонька, который стал таким привычным за несколько лет. Вернее, мужчина все еще видит его, но это как если бы огонь поменял цвет — из ярко-оранжевого в холодный голубой. И вроде бы все так же обжигает, но… Слишком много “но” вдруг появилось между ними. И тут бы мужчине начать переживать, но он уговаривает себя, что все в полном порядке. Так будет лучше для всех. Скоро огонек желания и любви Кю совсем погаснет и останутся только деловые отношения. Да, так явно будет лучше, думает Чонун и набирает номер знакомого, который отчитывается, что у Чо никого нет, и парень словно принял обет безбрачия — ни женщин, ни мужчин. На последнем слове Йе неосознанно выдыхает и успокаивается. Все как всегда, а значит можно сосредоточиться на более важных вещах. Например, о активизировавшихся китайцах. И снова же, вроде те ничего и не предпринимают, да и дела с ними идут вполне себе, но шестое чувство вопит о том, что нужно не терять бдительность. Да еще и по городу начали ходить слухи о том, что полиции дана отмашка слегка утихомирить распоясавшиеся в городе банды. Может кого-то даже посадить. И Йесон совершенно не хочет, чтобы этим кто-то стал кто-то из его подчиненных или, что вообще маловероятно, он сам. А потому он дает Кю приказ сделать так, чтобы все сидели тише воды, ниже травы. Кюхен согласно кивает и за неделю добивается полного взаимопонимания с остальными. И вроде можно самую малость выдохнуть, но Чонун все равно дергается, удивляясь, куда делось его хваленое самообладание и железные нервы. *** Кюхен думает, что у него какой-то запоздалый подростковый кризис — все вокруг жутко раздражает, кажется, что его жизнь где-то свернула не туда, одни проблемы и никакой радости в жизни. Да еще и Йесон словно превратился в Снежную Королеву. Он и раньше-то не страдал излишней эмоциональностью в отношении Чо, а в последнее время и подавно. На парня давит абсолютно все, начиная с его обязанностей и заканчивая стенами его же комнаты. Находиться в доме Чонуна становится невыносимо, хотя раньше Кю практически жил там, и в одну из ночей парень просто собирает свои пожитки в сумку, выходит из особняка и едет в свою собственную квартиру, в которой не был наверное больше полугода. Та встречает его пылью на полах и мебели и какой-то безмятежностью. Почему-то дышать становится проще, и Кюхен проводит остаток ночи убираясь в квартире, натирая полы и чистя ванну. А после, под утро, валится на кровать, удивляется тому, что та стала невероятно удобной, и отрубается за секунду. Йесон ничего не говорит ему по поводу внезапного переезда, и Кюхен кивает сам себе, понимая, что это было верным решением. Хотя, Чонун вообще уже давно ничего ему не говорит, если это не касается дел, смотрит иногда с подозрением, источник которого Чо не может уловить, да вздрагивает иногда, если Кю, забывшись на секунду, подходит ближе, чем нужно. Выпавшая из толстовки бумажка почти отправляется в мусорку, но в последний момент Кю все же цепляется взглядом за незнакомый почерк. Все же полезно иногда перестирать все-все-все свои вещи. Так у Кюхена появляется номер Шивона. Парень долго удивляется тому, что не заметил, как мужчина засунул ему в карман этот огрызок бумаги. Шивону бы в карманники записаться, имел бы большой успех. Несколько ночей Кюхен валяется в кровати и крутит этот клочок в руках. Тот притягивает взгляд, стоит только зайти в спальню, на кухню или в зал — все зависит от того, где он был оставлен — и настаивает на том, что он не бесполезен и Кюхену все же нужно воспользоваться информацией, что там записана. Но вроде как нужный момент утрачен, слишком много времени прошло с их первой и последней встречи с Шивоном, и Кюхен нервничает и снова оттягивает неизбежное. Он точно знает, что позвонит, но все еще договаривается со своей совестью и чувствами к Йесону, которые, в принципе, не волнуют последнего, а значит и переживать нечего. Чонуну сейчас не до него явно. Мужчина ходит хмурый, дерганый и пытается выяснить, что происходит такого, что полиция вдруг решила спустить всех собак на них. И в принципе, Кюхен тоже должен сейчас заниматься тем же, но ему откровенно насрать и вообще, пусть взрослый дядя Йесон сам решает свои проблемы, раз уж ему не нравятся методы Кю. И да, он в курсе, что это по-детски и мелочно, но всё равно продолжает находить плюсы в своем небольшом похуизме. А еще, кажется (вообще-то не кажется, а инфа сотка), за Кюхеном какое-то время следили, что-то он сомневается, что это была полиция, так как видел потом подозрительную папочку на столе Кима, которую тот потом весьма оперативно спрятал. С каких-то пор ему перестали доверять? На этот вопрос у Чо ответа даже не намечалось. Но с другой стороны, как говорится, подозревая Кюхена в чем-то, вы даете ему отличную идею. Идея выливается в очередной побег от всех проблем на берег реки Хан и звонок одному довольно симпатичному Шивону. Тот отвечает сразу и счастливо смеется, когда понимает, кто ему звонит. Это добавляет плюсиков в его карму, а также повышает настроение Кю, которому уже давным-давно так никто не радовался. Кюхен расплывается в довольной улыбке, вытягивается в полный рост на траве и ждет Шивона, который пообещал во прям кровь из носа быть через час, а может и меньше. Заслышав рокот мотоцикла, Кюхен не открывает даже глаза, чтобы посмотреть на мужчину, но вздрагивает, когда его щеки касается что-то теплое. Шивон держит в руках баночки с кофе и смотрит так мягко, что Кюхену почему-то хочется покраснеть и приложить ладони к лицу, но он просто улыбается и кивает вместо приветствия, забирая свою законную баночку кофе. — Как дела? Шивон первый нарушает молчание. — Да вот, стирал вещи, нашел телефон одного парня, который бесплатно катает на мотоцикле и отпаивает горячим кофе, и решил, что я очень хочу халявного кофе. Мужчина хмыкает, а потом громко смеется. Как говорится, со вкусом, словно наслаждается каждой секундой своей жизни. Кю так давно уже не умеет, но ему тоже очень хочется, так... — Я тут тоже недавно думал, что давно не катал никаких симпатичных парней на своем байке, — отсмеявшись, доверительно сообщил ему Ши. И подмигнул, да так, что Кюхен вдруг почувствовал непреодолимое желание прокатиться на этом самом байке. Об этом он тут же сообщил Шивону. Кататься Кюхену определенно нравилось. Во-первых, он мог точно сказать, что адреналиновый маньяк — это как раз про него. Он готов был выть от восторга, когда Шивон закладывал какой-то крутой вираж или прибавлял газу. А во-вторых, как же это все было круто совмещать с самим Шивоном. Кюхену нравилось все: крепко держаться за него, по-хозяйски обнимая за талию, слышать запах его явно дорогого одеколона, прижиматься щекой к кожаной куртке и ощущать, как Ши тихо посмеивается. Поэтому, когда Шивон резко останавливается, снимает с Кюхена шлем, кладет руку на затылок и уверено целует, парень совершенно не сопротивляется и наслаждается процессом. Шивон явно не новичок в этом деле, целуется уверенно, тонко чувствует партнера, и у Кюхена откровенно слабеют ноги от того, как мужчина бескомпромиссно прижимает его к себе, оглаживает пальцами поясницу и, кажется, слегка улыбается в поцелуй. Кюхен чувствует себя живым и принадлежащим к "нормальному" миру, наконец-то… Дальше поцелуев не заходит, и Чо даже чувствует разочарование по этому поводу. Но с другой стороны Шивон из-за этого кажется ему еще более привлекательным. Именно поэтому Кю не может отказать Ши в следующих встречах, которые происходят все чаще. Поездки на мотоцикле, ненавязчивые, ни к чему не обязывающие беседы, сладкие поцелуи — Кюхену кажется, что так было всегда и может продолжаться все так же вечно. Ему хорошо, спокойно и… неужели можно жить и так?