Только он может заставить его сердце плакать...

*** Сонмин просыпается с головной болью и связанный. Последнее, что он помнит — чаепитие с дядей. Место, в котором он находится, до жути напоминает какой-нибудь типичный хостел из фильмов ужасов — вроде все прилично, но что-то подсказывает, что ни черта не будет хорошо. — Эй, босс, кажется наша крошка проснулась, — Мин жмурится от громкого голоса неизвестного верзилы, появившегося в комнате. Тот как-то слишком пошло улыбается, оглядывая паренька, лежащего перед ним. Когда в дверях появляется тот самый босс, Сонмин цепенеет — все стало на свои места. Его просто продали. Как какую-то зверушку. Парень с тоской подумал, что вероятно сам частично виноват в этом. Природа и так одарила его женственной внешностью — хрупкая фигура, миловидное личико — так совсем недавно он еще решил выкрасить свои отросшие волосы в блонд. Те доходили Мину до плеч и создавали уж совсем необычный образ. — Хм, я так понимаю, тебе не нужно объяснять, что с тобой произошло. Ты ведь сообразительный парень и сам все понял. Конечно понял. Сонмин не видит другой причины, по которой еще мог бы оказаться в таком месте, да еще и с Чо Кюхеном. Последний присаживается перед его кроватью на корточки и одним резким движением сдергивает скотч со рта Мина. Тот морщится от боли, но все мгновенно забывается, когда мафиози проводит языком по его губам и после пошло целует. Хочется выть от отвращения, и Сонмин автоматически реагирует на это оскорбительное действие — Кюхен дергается и матерится, тут же отвешивая парню пощечину за прокушенную губу. — А ты с характером, шлюха. — Я не... — Будешь, — Мин с ужасом смотрит на Чо и понимает, что тот не шутит. — Лучше сразу убей. Я ни за что на свете не буду отрабатывать долги своего дяди, тем более таким способом. — О, поверь мне, будешь, — хочется съежиться под этим яростным и насмешливым взглядом, но парень не хочет проигрывать даже такую маленькую схватку. — Думаешь, если ты откажешься, то я просто скажу "окей" и отпущу тебя? Фиг там. У тебя же еще есть отец. Я возьму его в заложники и буду каждый раз что-то отрезать от его тушки, как только тебе вздумается мне перечить. Либо я его не буду трогать, а ты отработаешь долг дядюшки своей прекрасной попкой. Мысли Мина мечутся с огромной скоростью. Ему не уйти, не сбежать, не выпутаться. Кюхен известен всем в Сеуле. Этот парень не знает ни жалости, ни сострадания к своим жертвам. И сейчас он скалится, как дикий зверь, глядя на лицо своего пленника и зная, что точно одержал победу. Наверняка дядя рассказал, что для парня значит семья, и сам предложил бандитам сыграть на сыновьем долге и любви. Слезы противно щиплют глаза, и Сонмину бы скрыть их, но такой возможности ему никто не даст. Парень думает, что возможно у него будет возможность сбежать от клиента или, в крайнем случае, попробовать уговорить того отпустить его. Надежда умирает последней, а потому Мин опускает глаза и кивает. — Не трогайте отца. Я отработаю долг. Чо улыбается почти безумно и, наклонившись, гладит своего пленника по волосам. — Договорились, сладкий. Только не думай, что сможешь меня обвести вокруг пальца. И вытри сопли. Клиенты не любят грустных шлюх. *** Сегодня Канину особенно паршиво. Просто так, без причины. Сегодня его лучший друг — Джек Дениэлс. Сегодня мужчине откровенно нечем заняться, а еще надоело сидеть в четырех стенах. Душа требует хоть какого-то развлечения, а жопа — приключений. На этой неделе Канин краем уха слышал, что Чонун открыл новый клуб, и девушки там чудо как хороши. Подействовать на нервы своему брату кажется неплохой идеей, и мафиози решает, что сейчас же оценить клуб противника — дело чести. Добыть адрес заведения не составило труда, и Ким уже на полной скорости мчится навстречу приключениям. Главное — доехать в целости и сохранности. Полиция его конечно не остановит, а вот не вписаться в поворот можно очень даже легко. Его изрядно веселит, как напрягается охранник на входе, узнав в нем соперника своего босса. Енун примирительно поднимает руки вверх и снисходительно улыбается, давая понять, что пришел сюда не разборки устраивать. Разнообразие выпивки в клубе вызывает одобрительное хмыканье у мужчины, а то, как умело угадывает бармен его настроение, и вовсе заставляет мысленно похлопать брату за умелую организацию и подбор персонала. — И что же забыл Ким Канин в нашем задрыпаном клубе? Ну конечно, он должен был знать, что Кю не сможет удержаться, чтобы не поприветствовать такого клиента лично. — Ну почему же задрыпаном? Передай Чонуну, что его новый клуб чудо как хорош. Только вот где же ваши знаменитые девушки? Или это был пиар-ход? Канину кажется, что Чо как-то странно улыбается, но вероятно все дело в количестве выпитого. — Девушки? Ну так бы сразу и сказал. У нас тут как раз парочка новеньких конфеток появилась. На правах заместителя Йесона, я, так и быть, предоставлю самый крутой номер и право первому поразвлекаться с одной из новеньких, — Кюхен огорченно вздыхает. — Эх, даже самому еще не удалось приобщиться к прекрасному. Все самое лучшее клиентам. Подожди в номере немного. С каких пор Чо стал таким добрым? Вопрос очень хороший, но Канин думает, что в случае чего всегда может дать зарвавшемуся юнцу в морду, если тот подсунет ему какую-то стремную проститутку. *** Если быть до конца честным, то Сонмин не был готов к тому, что его так быстро отправят к клиенту. Когда в комнату вошли два головореза и потащили его из комнаты, он действительно запаниковал, впадая в истерику. Сильным мужчинам с трудом удалось вытянуть парня из комнаты — тот брыкался как мог и, возможно, даже кричал бы, если бы не заклеенный рот. Истерика прекратилась так же быстро, как и началась, стоило только Мину увидеть Кюхена и его угрожающий взгляд. Изуродованный пытками отец появился перед взором, и снова пришлось смириться, хотя бы на время, с происходящим. В комнату, куда привели Сонмина, вскоре вошел парень с жеманными жестами и странной внешностью. Педик! Единственная мысль, крутившаяся в голове. Нет, Мин не имел ничего против людей иной ориентации, но вот такие представили меньшинства его откровенно напрягали. Пока парень ушел в свои размышления, этот самый педик, как успел мысленно окрестить того пленник, восторженно всплеснул руками и начал вертеться рядом. — Какая прелесть! Красавица! Куколка! Ты будешь сегодня королевой! Если бы Мин мог, то от души треснул бы это существо кулаком в челюсть, но ему ничего другого не оставалось, как только наблюдать за странными метаниями того. Следующая волна паники началась, когда по кивку педика охрана начала пытаться раздеть блондина. — Эй, принцесса, прекрати эту истерику. Никто тебя тут насиловать не собирается. Приодену тебя, подкрашу, и будешь звездой этого вечера. Слова немного успокоили парня, он покорно дал себя раздеть и даже не пытался убежать, когда его, наконец, развязали и отодрали пластырь со рта. Ну, а куда бежать? Охрана на каждом шагу. Да он и десяти метров не пройдет прежде, чем его застрелят. И это еще будет лучшим вариантом событий. Конечно, было очень противно от того, что его кто-то трогал, а руки этого тощего извращенца, казалось, были везде. Мина почти тошнило от того, что его ощупывали, как какой-то товар на рынке. Сжать покрепче зубы и терпеть. Ведь это не самое страшное, что могло быть. Утешение, на самом деле, было просто отвратительным и недейственным. Страшнее только смерть или если бы его сделали наркоманом. Последнего Сонмин боялся больше всего на свете, даже больше смерти. Он слышал немало историй о том, как мафиози специально подсаживали своих должников на героин, и те потом сами, добровольно, за дозу, раздвигали ноги перед любым, делали все, чего бы ни пожелал клиент. А после того, как долг выплачен сполна, и даже больше, всегда следует смерть — мало кто способен вырваться из плена наркотиков — долгая и мучительная, ведь никто не собирается облегчать муки наркомана и влить в него финальную, превышающую все допустимые пределы, дозу. Все эти невеселые мысли посещают голову парня, пока он смиренно ждет, когда же этот жеманный урод от него отвалит. Кажется, еще ни разу в жизни на его лицо не мазали столько разной хрени, предназначение которой он едва ли понимал. Наклеивание накладных ресниц почти убило Мина, но когда ему вынесли женскую одежду, он просто решил, что лучше сдохнет, чем это наденет. Какой-то пошлый топик, непонятная юбка, и все это в леопардовом принте. И накладные сиськи тоже никто не забыл. Сонмин повернулся к охране. — Лучше пристрелите. — Босс просил напомнить, что станет с твоим отцом, если не будешь слушаться. Так что, надевай, что дают. И активнее, там уже клиент заждался. Парень внутренне сжимается и покорно позволяет надеть на себя эти убогие тряпки. И еле сдерживается, чтобы все же не разбить тому педику нос, когда тот на прощание бьет его по заднице. *** Канин недовольно смотрит на часы и почти готов идти бить морду если не Кюхену, то администратору сего заведения точно. Прошло уже сорок минут, а обещанной девушки до сих пор нет. Алкоголь еще есть, но ведь не за этим он сюда пришел. Когда терпение уже почти на исходе, кто-то стучится в дверь, а после два амбала почти заталкивают в номер девушку и тут же исчезают, не забыв закрыть за собой дверь. Енун хмыкает. Это вот это самое лучшее в этом борделе? У Йе явно испортился вкус. Хотя, на личико очень даже ничего, а темные распущенные волосы хорошо оттеняют бледную кожу. Шлюха замирает на входе и вжимается спиной в дверь. Кюхен говорил, что она новенькая. Боится, что ли? Сонмин же пытается понять, что следует ожидать от пьяного, а то что тот пьяный, сомнений никаких нет, мужчины. Его первый клиент в прекрасной физической форме, и становится ясно, что справиться с ним, даже учитывая его состояние, будет ой как нелегко. А если принять во внимание, что Сонмин никогда не дрался и на единоборства не ходил, то его шансы стремятся к нулю. — Ну чего ты там статую изображаешь? — Енун стучит ладонью по дивану, приглашая даму сесть рядом. Та немного мнется, а потом нерешительно идет к нему. На каблуках та ходит плохо, ну да фиг с ними, лишь бы в постели не бревно. — Выпьешь со мной? На удивление девушка быстро соглашается, а потом так же быстро вливает в себя жгучую порцию виски, тут же закашливаясь. Это даже мило. Выпивки не жалко, а потому шлюшка снова держит в руках полный стакан. Сонмин внутренне мечется, пытаясь хоть как-то принять тот факт, что сегодня его дебют как проститутки. Предложение выпить было как нельзя кстати — может хоть так это все пройдет мимо его сознания и не отпечатается в памяти пожизненной уродливой татуировкой. Что-то в этой девушке не так, и Канин пытается понять, что именно, но мозг пока отказывается работать в полную силу из-за выпитого. — Как тебя зовут? — Мин. — Минет делать умеешь? Мин давится алкоголем и испуганно смотрит. — Судя по твоей реакции, нет. Минет? Да этот мужик издевается! Отсасывать непонятному субъекту парень не хотел, даже если бы и умел. Отчаяние накатывает волнами, оставляя вместо белой морской пены, горькие кристаллы страха, тоски и отвращения. — Мне вот просто интересно, как девушка, пришедшая работать в такую, кхм, сферу, не умеет делать минет? Ты на что рассчитывала? Сонмин второй раз за минуту давится, но в этот раз возмущением. Девушка? Это же как надо было глаза залить, чтобы мужика от бабы не отличить? Может он слепой? — Это в каком месте я девушка? То, что на меня тут напялили женские шмотки и парик, еще не означает, что у меня яйца пропали. Взгляд клиента из доброжелательно моментально превращается во взор хищника. Где-то такой взгляд он уже видел. Ну, конечно, у Чо Кюхена. Мин внутренне холодеет, когда мужчина резко придвигается и стягивает с него парик. Кажется, он только что совершил большую ошибку. — Ты парень? Все, на что хватает Мина — слабый кивок. Канин смотрит в испуганные глаза паренька напротив и внутренне закипает. Кюхен решил пошутить? Подослал к нему парня, а после посмеяться решил. В голове проносятся сотни вариантов убиения этого говнюка. Никто не смеет так поступать с главой мафии. И все же, стоит проверить. Енун резко толкает шлюху на диван и запускает руки под юбку, с неудовольствием нащупывая те самые яйца, о которых говорила, тьфу, говорил Мин, да еще и член в придачу. Мин сдавленно пищит от страха и зажмуривает глаза. Вот так и трезвеют. Сонмину действительно страшно, особенно после того, как мужчина с силой толкнул его на диван и полез под юбку, нащупывая самое дорогое. Судя по реакции клиента, он точно ждал девушку, а значит, Мину конец. — Ну чего скулишь, как щенок? Не бойся, убивать тебя я не собираюсь. Мне следовало и раньше догадаться, что Кюхен не мог не подложить свинью врагу своего босса. Канин действительно не собирается ничего делать этому пареньку. Слишком очевидно, что тот лишь жертва обстоятельств. Иначе не выболтал бы все еще до того, как их отношения перешли в горизонтальную плоскость. А еще тот действительно похож на щенка. И с белыми волосами он смотрится гораздо интереснее. А ведь Кюхен хорошо постарался. Если смотреть с той позиции, что этот Мин парень, то экземпляр действительно отличный. Даже ноги ровные и гладкие, как у девушки. Лучшей шлюхи в этом заведении среди парней наверное и не найти. Сонмин же осторожно выдыхает и радуется возможности пожить чуть больше, пока его сознание не подкидывает ему небольшую подсказку — самым большим врагом Кюхена и его босса Йесона был Канин. И только он мог прийти в чужое заведение и лично у Чо заказать девушку для себя. Мин только что нагрубил и перешел дорогу еще одному мафиози. Кажется, удача повернулась к нему задом, да еще и фак демонстративно показала. — Я не боюсь. Канину откровенно смешно. Не боится он, видите ли. — Это ты-то не боишься? Не смеши меня. Да у тебя колени трясутся и даже губы. — Я... — Выдыхай. Беспределить я не собираюсь. Это касается только меня и Кюхена. И не жалко же ему было такую куколку мне отдавать. А вдруг бы не сдержался и убил? Мин сначала смущается, а потом бледнеет. Енуна это откровенно забавляет, ведь он уже давно не видел настолько неприкрытых эмоций. Парень так перепуган, что так и остался лежать на диване, забыв даже ноги сдвинуть, и давая возможность мужчине оценить молочные бедра и, пах, слабо прикрытый кружевными трусиками. Канин не сдерживается и выдает короткий смешок. Кюхен — больной извращенец. — Вы Канин? Енун скептически приподнимает бровь, отрывает взгляд от чужого нижнего белья и переводит его на милое личико парня. — Ну, допустим. Мин тяжело вздыхает. — Тогда не жалко. Все знают, что для него насолить вам — дело чести. А я всего лишь гарантия того, что из моего дяди можно будет долг выбить. Вернее я и есть оплата этого долга. Вот значит как. Решил подставить паренька, только бы подосрать. Ну что ж, это действительно в стиле Кюхена. Тот всегда все делает чужими руками, лишь изредка марая свои. — Тебя продали? Сонмин смотрит на своего клиента, как на умалишенного. — Нет, блин, я сюда по собственной воле приперся. Люблю, знаете ли, ролевые игры, — слова срываются с языка раньше, чем Мин успевает сообразить, что и кому он говорит. Парень закрывает рот ладошкой и с шоком смотрит на мужчину перед собой. Давно пора было отрезать свой длинный язык нафиг, а теперь ему в этом помогут. Енун внимательно осматривает наглеца. Тот очень мило затыкает себе рот и смотрит ну прямо-таки ангельскими глазами, неудачно пряча в них испуг. Ишь какой! За словом в карман не лезет. Такие Кюхену одновременно и по вкусу, и нет. Таких этот мелкий засранец любит ломать, заставляя подчиняться полностью и беспрекословно, а после выкидывает — никому не нужны поломанные игрушки, какими бы интересными они не были до этого. Молчание затягивается, а язвительный пацан становится все бледнее. Но Канин уже обдумывает идею, так неожиданно пришедшую ему в голову. Почему бы не отобрать у Чо его новую игрушку? Это должно быть очень весело. Да и паренек очень занятный. Жаль будет оставлять его на съедение этой вредной гиене. Задумавшись, Енун потирает руки в предвкушении, не замечая, что этот самый паренек уже притворился мертвым опоссумом. — Эээ… Слышь, как тебя? Мин встрепенулся и пока отложил свою неминуемую смерть примерно на минуту. — А? — Зовут тебя как в реале, дерзкий ты мой? Енун усмехается, видя, как забавно хлопает глазами сия “принцесса”. — С..сон...мин, я же говорил — парень заикается от волнения, гадая, зачем этому головорезу его имя. — Короче, Сонмин, хочешь я вытащу тебя из этого гадюшника? Будешь должен мне, зато твоя задница, — Канин красноречиво стреляет глазами в сторону миленького кружевного белья, от чего паренек наконец приходит в себя и, поняв свою оплошность, сводит ноги вместе. — Так вот, твоя задница останется относительно целой. Будешь служить мне, пока не выплатишь долг. Челюсть Мина встречается с дурацкой леопардовой юбкой и назад возвращаться не спешит. Предложение очень заманчивое, хотя бы тем, что долг не нужно будет отрабатывать задом и ртом. Но всем давно известно, что бесплатный сыр только в мышеловке и то, для второй мышки. Решив, что хуже уже быть не может, Ли прикусывает губу и поднимает наглые глаза на мафиози. — А вам-то это зачем? Я как-то не верю в благие намерения. Канин в который раз за пару минут внутренне усмехается. Паренек не промах и наглючий, как дворовой кошак. Ты ему палец в рот, а он уже в плечо вцепился. — Ну и правильно делаешь, что не веришь. Давай начистоту. Кюхен хотел подосрать мне, а я подосру ему. Твоя свобода от этого крысеныша лишь побочный эффект в нашем с ним бодании. Но я могу тупо встать, выйти за дверь и оставить тебя в этом прекрасном заведении. Мне не принципиально. Ну так что?