Только он может заставить его сердце плакать...

*** Йесон придирчиво осматривал костюм Кюхена. Ну, вернее делал вид, что придирчиво осматривал, на самом деле просто тайно капал слюнями. Вообще, Кюхен предпочитал удобную повседневную одежду, а костюмы надевал только если требовали обстоятельства, хотя рубашками не брезговал и в обычные дни. Но вот каждодневной возможности лицезреть его в "двойке" или "тройке" у Чонуна не было. Именно поэтому он в душе вопил, как влюбленная девчонка, стоило Чо облачиться в костюм. Строгие линии пиджака, идеальные стрелки на брюках, вычищенные до блеска "оксфорды" и умело завязанный галстук на Кюхене делали Чонуну настолько хорошо, что мужчина еле сдерживался, чтобы не наплевать на все свои принципы и не потащить подчиненного в постель сейчас же. Только от одного представления, как он ослабляет тугой узел галстука на кюхеновой шее, пересыхало во рту, а кончики пальцев начинало сводить легкой болью. Поймав удивленный взгляд Чо, Йесон прикусил щеку изнутри и всё же взял себя в руки. О предстоящей встрече надо думать, а не о том, как сексуальны некоторые вредные личности. — Что-то не так? Кюхен оглядел себя, высматривая, что могло не понравиться боссу. — Нет, все в порядке. Просто задумался о встрече и завис на несколько секунд. Младший понимающе хмыкнул и потянул за узел галстука, пытаясь его ослабить. Чонун тяжело сглотнул. — Тогда пойдем? — Да. Одну секунду. Мужчина подошел к Кюхену и поправил галстук, снова подтянув его. Глаза Чо моментально стали темнее, что не укрылось от Кима. Ну хоть в каком-то направлении они думают одинаково. Правда это не может не пугать. Удовлетворившись своими действиями, Йе слегка улыбнулся сам себе, но, уже собираясь отстраниться от парня, скользнул взглядом по его фигуре и нахмурился. — Ты в бронежилете? — Нет. Зачем? Мы же на деловую встречу. Кюхен смотрел на него с недоумением, что порядком злило. — Я тебе сколько раз говорил? Да хоть в детский садик. Если мы выходим по делам, надевай жилет. Вообще, будь его воля, так Кюхен и спал бы в бронежилете и каске, настолько в последнее время Чонуна грызли разные опасения по поводу того. Но не говорить же парню, что чем больше он к нему привязывался, тем больше боялся его потерять и тем больше заморачивался над его безопасностью. А мелкий пиздюк вовсю игнорил его приказы и избавлялся от защиты в любой подходящий момент. — Это паранойя. — Эта паранойя мне два раза жизнь спасала. Ты никогда не знаешь, кто захочет тебя пристрелить и в какой момент. Вонхо, быстро притащи жилет Кюхена. Охранник моментально сорвался с места, а через минуту уже протягивал бронежилет боссу. Плюнув на все, Чонун стянул с Кюхена пиджак, а после сам начал расстёгивать пуговицы на рубашке того. Кажется, парнишка не забыл, что такое смущение. Хорошо, что Йесон умеет держать лицо. На четвертой пуговице самообладание всё же покинуло мужчину, и он отошел, дав младшему возможность самому разобраться с остальным. Судя по тому, как облегченно выдохнул Чо, не зря. Придти в себя Йесон смог только в машине. — И всё же я не понимаю, зачем ты меня тянешь на эту сделку, — пробурчал Кю, глядя в окно. — Потому что мне нужно, чтобы кто-то кроме меня еще думал. А твоя думалка вполне себе неплохая. Что-то не нравится мне в этих типах. Вроде все ок, но интуиция так и вопит, что меня хотят кинуть. — Думаешь, я могу заметить то, чего не заметил ты. — Я не думаю, я на это очень надеюсь, Кю. Парень оторвал взгляд от окна и повернулся к Йе. — Тогда постараюсь тебя не подвести. Сердце Кима пропустило удар от невероятно солнечной улыбки, которой его наградил Кюхен. Насколько Кю казался ледышкой и стервозиной, когда был серьезен, настолько же он превращался в милого домашнего ребенка, стоило ему только искренне улыбнуться. Улыбка преображала парня полностью, и Йесон был рад, что видело ее не так уж много людей. Он не сдержался и поправил порядку, что выбилась из идеальной прически Чо. Тот засиял еще ярче. — Как твои ребра? — Все нормально. Жить буду. Чонун знал, что тот врет, так как видел, насколько скованными были движения, когда тот надевал рубашку и пиджак. Надо бы всё же его свозить на рентген. — Хорошо. — Господин Ким, мы приехали, — сообщил водитель, останавливая машину возле обычного офисного здания. — Отлично. Ну что, пошли? Кю кивнул и вышел из авто. Они сидели напротив трех мужчин и внимательно слушали условия сделки и сотрудничества. Кюхен благожелательно улыбался, а это означало лишь одно — он тоже чувствовал, что их пытаются наколоть, но еще не понял где, и сейчас пытался всеми силами усыпить бдительность той стороны и позволить ей самой выдать себя. Увидев, что игра Кюхена началась, Чонун расслабился и откинулся на спинку кресла. Видимо, этот жест не укрылся от мужчин и те начали активнее перечислять бонусы сотрудничества с ними. Идиоты. Так как в честный бизнес Йесон совался не так уж часто в последнее время, а подпольные дела предпочитал поворачивать тихо, то находились такие люди, которые не совсем хорошо представляли, с кем имеют дело. Вот, например, эти парни. У них были самые лучшие цены на землю, они предлагали просто отличнейшие условия сотрудничества. И именно это насторожило Йе с самого начала, но он решил всё же рискнуть, к тому же, у него было еще три варианта. Может не таких соблазнительных, зато более реальных, если судить по опыту Кима. — Ну так что, — щебетал низенький тощий мужчинка. — Будем подписывать договор? — Конечно, — с воодушевлением воскликнул Кюхен. — Давайте сюда бумаги. Да, Чонун? Последний кивнул. Мужчинка с воодушевлением передал договор Кюхену, разве что только не облизываясь в предвкушении. Чо тут же оперативненько скрутил контракт в трубочку и жестом фокусника засунул бумажки во внутренний карман пиджака. Мужчины ошалело уставились на Кюхена и Чонуна. — Господа, что случилось? — сладко пропел Кю. — Почему вы вдруг напряглись? Я же сказал, все подпишем. Когда я вместе с нашим юристом прочитаю эти бумаги от первой до последней буквы. — Но, — попытался возразить один из мужчин. Кюхен тут же нахмурился. — Разве мы не в своем праве? — Ну что вы, конечно в своем, — тут же замахали руками их предполагаемые партнеры. — Вот и ладненько, — мягко улыбнулся Чо. — Тогда мы свяжемся с вами сразу, как только будем готовы к подписанию. Чонун поняв, что пора выдвигаться, от души потянулся в кресле, а после встал. — Ну что ж, господа, было приятно с вами пообщаться. До встречи. Пожав всем руки, они с Кюхеном покинули зал. Уже сев в машину, Кюхен задумчиво хмыкнул и рывком ослабил галстук. — Ну что скажешь? — А что тут говорить? Уверен, что контракт будет в порядке. Но то, что нас хотят наебать, это точно. Дай мне двое суток и я докопаюсь до истины. Кюхен снова нервно дернул галстук. Лицо парня было бледнее обычного, а дыхание слишком поверхностное, и Чонун напрягся. Что-то было не так. Он это заметил еще когда они вышли из кабинета. Походка младшего была не такой как всегда, а скорее скованной. Йесон придвинулся ближе и повернул Кю лицом к себе. Чертов грим — из-за того, что Кю замазывали сегодня синяк на лице, теперь нельзя было понять, показалась ему невероятная бледность младшего или нет. А вот мокрый лоб и расширенные зрачки сомнений не оставили. — Блять, да ты же весь горишь. Юджин, в больницу. Быстро. — Хен, все в порядке, — Кюхен попытался улыбнуться. — Да я вижу, в каком ты порядке, — психанул Йе, попутно набирая номер Онью. — Алло, Онью, очень надеюсь, что ты сейчас на работе. У меня тут Кюхен загибается. Будем через двадцать минут. Отключив телефон, Чонун, плюнув на статус, прижался губами ко лбу младшего. — Еб вашу маму, я убью тебя, как только поправишься. — Это нелогично, хен, — улыбнулся Кю. — Да мне похер. А ну приляг ко мне на колени. Чонун откровенно паниковал и злился одновременно (на себя, на Кюхена, на долбанную встречу), но старался всё же держать лицо. Увидев удивленный взгляд Кюхена, пнул его в плечо, стараясь не обращать внимание на болезненный вздох того. — Быстро лег. Я видел, что у тебя до сих пор болят ребра. Лежа будет легче. Господи, как же вы меня все заебали. Решив не спорить, Чо аккуратно улегся на колени Йесона, который тут же сначала полностью снял с того галстук, а после расстегнул несколько пуговиц на чужой рубашке и приоткрыл окно, давая парню больше воздуха. Он бы и на своей расстегнул пару пуговиц, но ему было не до этого. Кюхен как-то странно на него смотрел, а потом, на мгновение оглянувшись на водителя, жестом показал старшему нагнуться к нему пониже. Йесон послушно приблизился вплотную к лицу парня. — Теперь я знаю, что мне нужно быть на пороге смерти, чтобы хен начал волноваться, — прошептал тот. Нет, Чонун точно пристрелит этого зарвавшегося щенка. Хотя, нет, он сломает ему каждую косточку и будет бить до тех пор, пока не выбьет всю дурь из этой глупой башки. — Идиот. Ты мне еще ответишь за это, — зло прошипел Чонун и еле сдержался, чтобы не задушить говнюка еще до приезда в больницу (Онью вряд ли оценит такие реанимационные мероприятия). Спустя два часа пребывания Йе в больнице к нему наконец вышел Онью. Смерил презрительным взглядом Кима, отчего тому захотелось отправить его к праотцам, и начал возмущаться. — Онью, я тебя очень ценю, но мне поебать на твои возмущения. Говори четко и по делу. Проигнорировав полный недовольства взгляд врача, Чонун устало потер переносицу. — У него сломаны два ребра, жар является следствием недостаточного лечения, плюс, с такими травмами он должен отлеживаться, а не в бронежилетах таскаться по городу. И нечего на меня так смотреть, Чонун. А если бы была перфорация легкого. Если ты решил его убить, то сделай это более гуманным способом. — Да понял я, понял. Но он сказал, что все в порядке. Онью посмотрел на него как на умалишенного. — Чонун, серьезно? Да все знают, что ради тебя он и из гроба встанет, не то что попрется не пойми куда со сломанными ребрами. Чонун ощутил укол совести. Онью был прав, а он совершенно забыл о ненормальном обожании Кюхена. — И что теперь? — Ничего теперь. Температуру мы ему сбили, сейчас докапаем капельницу, и можешь забирать его домой. Постельный режим, хорошее питание, принимать антибиотики в течение десяти дней. Я буду приходить и ставить капельницы. Узнаю, что ты меня ослушался, истыкаю тебя скальпелем. — Понял-понял, — сдался под напором врача Йе. — Будет ему курорт не хуже, чем на Чеджу. Он сейчас готов согласиться на что угодно, лишь бы Кюхен поправился. На данный момент Чонун явно не хотел тому смерти. Уже вечером, зайдя к парню в спальню и застав его мирно спящим, Ким облегченно выдохнул и улыбнулся, поправляя непослушную кюхенову челку. Пожалуй, мелкому действительно не помешает небольшой отпуск, раз уж Чонун виноват в его недуге.