Поединок

      Хан поднялся из капитанского кресла и шагнул навстречу Кирку.       - Рад видеть вас целым и невредимым, капитан Кирк.       Изменчивые, как море, глаза Хана сейчас сказали Кирку – действительно рад.       Его голос и раньше цеплял нервы Кирка, но сейчас эти глубокие модуляции внезапно вызвали к жизни отголоски прежних эмоций и давно забытые ощущения.       Кровь Кристофера Пайка на его руке. Злость, накатившая на него на Кроносе. Страшные секунды в ожидании расстрела Маркусом Энтерпрайза. Спок по ту сторону стекла.       Всё, что он оставил в той половине жизни, которая была «до».       - Я тоже рад, капитан Сингх, - решительно сказал Джим.       И сам удивился тому, что это тоже была правда.       - Как мне кажется, вы уже познакомились с Нейт и Лином.       - Нет, Хан, - сказал подошедшая ближе Кэтрин, - место встречи исключало знакомство.       - Оно казалось весьма уединённым.       - Это бар-то уединённое место? – удивился Кирк.       - Бар? – в свою очередь поднял брови Хан. – А, кстати, где коммандер Спок? Взгляды удивлённого Хана и ошеломлённого Кирка скрестились на Кэтрин. Та смутилась.       - Хан, ты что, реально полагал, что я буду там третьей лишней? Ну я – ладно, а Нейт и Лин, без которых ты меня не отпускал? Мне пришлось выждать поблизости.       - Стоп-стоп-стоп, - возмутился Кирк, - вы что, наблюдали за нами??! Как вы вообще меня нашли?       - Нет! – хором сказали Хан и Кэтрин.       - Отчёты, капитан, отнимают много времени, но иногда бывают очень полезны в другом отношении, - пояснил Хан. – И вы знаете, что стали ещё большей знаменитостью, если это возможно? Я так и предполагал, что мимо этой планеты вы не пройдёте.       – А потом мы просто навели справки в центральной базе Верданы. Хотя, может, и стоило бы … понаблюдать, - возведя глаза к потолку, добавила женщина и была вознаграждена хмурым взглядом Хана.       - Шучу, Хан.       - Как вам океан?       Кэтрин мечтательно вздохнула.       - Прелесть какая, словами не описать, капитан Кирк. Я ещё вернусь туда. И, - тут она стрельнула глазами в Хана, – фруктов прихвачу…       Кирк издал сдавленный кашель, а на лице сидящего рядом с Ханом мужчины замечательной внешности, напомнившей Кирку портреты поэтов и мыслителей Низами и Саади из истории Земли, мелькнула усмешка. Процесс поддразнивания сверхчеловека несколько выбивал из колеи – Хана хотелось о многом расспросить, а то, что на личном фронте у него всё хорошо, к делу не относилось.       - Тогда по порядку, - Хан вернулся к своему обычному тону, - это Вирджил Грант, – мужчина с восточным обликом наклонил в приветствии голову. – Он астронавигатор и астрофизик, когда-то специализировался на ядерных исследованиях, квантовой теории поля и четвертом состоянии вещества, список его исследований мог занять две страницы мелким шрифтом в ведущем научном справочнике, если бы он не был одним из нас. Лин Эванс – наша служба безопасности, - блондин взглянул на Кирка светло-серыми глазами в упор и, помедлив, кивнул. - А это, - Хан показал рукой на женщину, - это Нейт, и кто она такая, я даже сам толком сказать не могу.       Если даже Хан не знает, как её отрекомендовать…       - Вы телепат? – спросил капитан. – Как вы заставили себя не видеть?       - Нейт – она редкая. Телепат высокого уровня, исследователь в области биоэнергетики и владеет искусством управления психической энергией, проще говоря, гипнозом. И не смотрите, капитан, что она такая безобидная на вид, - добавила Кэтрин, - для неё троих взрослых мужчин одолеть ерундовое дело без всякого гипноза. Займет секунд пять, после чего они уже вряд ли встанут.       Кирк с опаской посмотрел на улыбающуюся сейчас Нейт.       - Не на Терминаторе, - сказал Хан. – Только в строго определенных случаях, люди Акты себя контролируют и не открываются просто так.       - Акты?       Хан вздохнул.       - Да, это особый контингент, даже у нас – особый. Их через такое провели … нам и не снилось.       - Хан, а где вы были эти два года?       - Много где. Капитан, если вы вызовете сюда вашего первого помощника, мне не придётся повторять дважды. Тем более, что надо поговорить не только о прошлом, но и о настоящем.       Кирк кивнул и вытащил коммуникатор. ***       Спок не так уж и удивился предложению капитана транспортироваться на Терминатор. Его встреча с Ханом в зале совещаний напомнила Кирку межгалактическую конференцию на Вавилоне – высокие не доверяющие в глубине души друг другу стороны соревновались в самообладании и логике, демонстрируя притом всемерное внимание и вежливость. Только в глазах Хана поблескивали искорки, да уголки губ Спока иногда приподнимались на миллиметр, что неопровержимо доказывало, что они получают от этого своего рода удовольствие, как опытные фехтовальщики, умеющие оценить выпады противника. Кирк только диву давался схожести их реакций. Впрочем, ходячим компьютером Спок оставался только в воображении дока Маккоя, а Хан им перестал быть давно.       Однако когда Хан перешёл к полётным дневникам, Спок заинтересовался и сразу стал серьёзным.       - Барьер? Вы провели всё это время за Барьером?       - Почти всё время. Но и по эту сторону есть весьма разреженная область Галактики, если идти вот отсюда, - Хан опустил вертикальный сенсорный экран, вывел на него карту и легким касанием обозначил область. – И очень интересные объекты. Мы шли месяц на варп-9, чтобы обойти империю ромулан, а когда вышли, чуть не влетели прямиком вот в это…*       Хан увеличил сектор.       - Это что, черная дыра? – спросил Кирк.       - Нет, не наблюдается энергетических искривлённых полей, - сказал Спок, - очень странная абсолютная пустота.       - Вас удивит ещё больше, когда вы взглянете на записи сканеров, коммандер, - Хан развернул библиотеку записей и тронул одну.       Спок посмотрел и недоуменно поднял бровь.       - Я не понимаю, капитан, сканеры ничего особенного не регистрировали.       - Именно. Всё уходило, как в песок, даже черные дыры ведут себя по-другому.       - Поразительно. У вас есть объяснение, капитан Сингх?       - По правде говоря, не моё, да и появилось оно после того, как мы обнаружили ещё три таких же – вот здесь, здесь и здесь, - говоря это, Хан наносил точки на карту.       - Линия, идущая параллельно вот этому спиральному ходу нашей Галактики? – Спок уловил явную закономерность расположения точек.       - Вот и наши астрофизики – Вирджил, Ли Чен и Медора Кан – это заметили. А, учитывая данные сканеров, точнее, их отсутствие, и то, как эти объекты влияют на людей…       - Они влияют на людей? Пустое пространство? – с недоверием отреагировал Кирк.       - О, капитан, ещё как влияют, не знаю только, на всех ли, - произнёс Хан. – Помните, я говорил, что люди Акты – особый контингент?       - Да, помню. А что в них такого особенного?       - Когда нас создавали, у нас убирали эмоции. Повышали болевой порог, ускоряли метаболизм, увеличивали количество нейронов головного мозга и уровень гормонов агрессии – адреналина и тестостерона – но стремились при этом к тому, чтобы мы не чувствовали ни гнева, ни ненависти, ни страха, ни уязвленного самолюбия, ничего, что могло бы поставить под угрозу выполнение поставленной задачи. Проводили испытания, где те, кто проявлял эти качества, отбраковывались сразу, - Кирк переглянулся со старпомом, - да, капитан, уничтожались физически. Результаты достигнуты разные, конечно, но практически весь мой экипаж в обычной жизни такой – малоэмоциональный. Кроме нахождения в боевом трансе.       Хан рассказывал это очень спокойно, но Кирк помнил немногие сохранившиеся материалы экспериментов. Крови и боли в них было так много, что он тогда даже представить не мог себе ничего подобного. Сейчас, пройдя через пятилетнее испытание космосом, мог.       - Наибольшой эмоциональный уровень сохранили только мне, потому что я планировался на роль командира и должен был беречь и защищать их всех. Оптимальный, по замыслу учёных, уровень эмоциональной привязанности плюс кое-что ещё обязаны были это обеспечить, - Хан помолчал. Спок бросил на него мгновенный острый взгляд. – Вот они и обеспечили, я чувствую своих людей и защищаю их почти на генетическом уровне, как братьев и сестёр.       «Мой экипаж – моя семья, Кирк» - зазвучал, как наяву, надломленный от душевной боли голос в ушах Кирка.       - Значит, вам эмоции оставили? – Спок пристально смотрел на Хана. – Это было неоднозначное решение.       - Когда мы были все вместе – нет, когда я остался один против Маркуса – да. Это стоило мне – заключения, Земле – разрушений, а вам …       - Энтерпрайза, - договорил Кирк. – Хан, я тебя раньше не спрашивал, а сейчас хочу спросить. Почему?       - Потому что я на миг подумал, что тебе можно довериться, а потом понял, что ошибся.       - А что я должен был делать, чёрт возьми? – мигом ощетинился Кирк. – Я видел тебя в бою, ты бы положил нас со Скотти одной левой.       - Да на что вы мне тогда сдались, капитан? – хмыкнул Хан. – Только обменять вас на мою команду и сделать то, что я сделал два года назад – уйти в космос.       - А мы бы попали под трибунал за государственную измену, - Кирк в свою очередь усмехнулся.       - Стремление причинить кому-то боль, чтобы уменьшить свою собственную – это чисто эмоциональная реакция, которая может завести далеко, - Хан повернулся к Споку. - Вполне по-человечески, не так ли, коммандер?       Невысказанная общность на миг окутала облачком всех троих, когда непроницаемо тёмные глаза Спока встретились с обманчиво прозрачными Хана. Подобные мгновения проходят быстро.       - А потом, увидев хороший результат, они затеяли другой эксперимент, - заговорил опять Хан. - Хотели вывести людей с паранормальными способностями.       - Разве это возможно? – спросил Спок.       - Оказалось, что прямо – нет, но если у человека уже есть задатки, то это можно попробовать сделать, предварительно раскачав его психику. Но для этого надо убрать защитные барьеры мозга, препятствующие такому. Догадываетесь, что они делали?       - Прямо противоположное, - медленно проговорил Спок. – Убирали контроль и повышали эмоциональный уровень до предела, а потом… - он остановился.       По телу Кирка прошла холодная дрожь - он догадался, что имел в виду Хан, говоря, что эти люди через такое прошли, что ему не снилось.       - В мозгу сгорали предохранители и защита рушилась.       - Образно, но совершенно точно, капитан. Физическая боль по сравнению с этим пустяки. Они видели звуки, могли коснуться солнечного света, ощущать чужие мысли и эмоции, как свои. Тех, кто не срывался в безумие, учили этим управлять. Сорвалось большинство. Их было 60 сначала, и все, кто выжил – 15 человек, женщины – у нас. Мужчины не выдержали. Нейт, которую вы видели, одна из них. А есть ещё Акта, Солана, Эрис, Лигейя, Урания, Селеста и другие. Кто-то может диагностировать без трикодера, кто-то видит сквозь стены не хуже сканера, кто-то читает людей как открытую книгу, некоторые умеют объединяться с мыслями другого и создавать таким образом единое информационное поле, но нелегко всем. Постоянно пропускать через мозг нефильтрованный поток информации всех органов чувств невероятно энергозатратно, и если бы не ускоренная регенерация и умение закрываться, они скончались бы ещё в 21 веке. Но они – наше сокровище, нервные окончания Терминатора, как раньше были нервами моей команды.       - А Маркус знал?       - Скорее всего, нет. Когда мы поняли, что ситуация в отношении нас стала угрожающей, первое, что мы сделали – зачистили все материалы по ним.       - И всех людей, так?       - Хотите загнать меня в угол, капитан? – Хан усмехнулся углом рта. – Не стоит, я уже сказал, что защищаю своих людей на генетическом уровне. И да, этих экспериментаторов тоже, и правильно сделали. Иначе группе Акты не позволили бы потом пойти на сделку с правосудием, а оставили бы на Земле в таком качестве, о котором я даже думать боюсь.       - А причём тут чёрные дыры?       - Вы куда-то торопитесь, капитан? У вас отдых ещё восемь суток, - сказал с иронией Хан. - Сейчас дойдём и до них. Мы вышли возле первого такого объекта и сначала не поняли, что это. За сканерами сидела Кэтрин, была её смена. Пока мы пытались разобраться – то ли сканер сломался, то ли мы имеем дело с неизвестным видом энергии, - я вдруг услышал какой-то сдавленный хрип. Кэтрин заваливалась в кресле, глядя неотрывно на экран, и на лице её был такой ужас, какого я никогда не видел. Словно её … не знаю … в ад тащили. Она билась у меня в руках так, что я думал, она позвоночник сломает.       Кирк переглянулся со старпомом.       - А больше никто так не реагировал?       - В тот момент никто, капитан, в том-то и дело, хотя на мостике была обычная наша смена, шесть человек.       - А дальше?       - А дальше … назовите это нелогичным предчувствием, коммандер Спок, но я дал приказ остановиться и вызвал Лигейю, чтобы вывести Кэтрин из припадка. Но когда Лигейя буквально влетела на мостик, казалось, она была близка к тому, чтобы тоже закричать от страха. Она твердила только «Уходите, капитан, там ничто».       - Нечто? – переспросил Спок.       - Нет, коммандер, именно ничто.       - И вы ушли?       - Я всецело доверяю своим людям и знаю, что они зря не пугаются. Мы сняли все данные сканерами ближнего и дальнего диапазона, а затем попробовали запустить зонды.       - Это разумное решение.       - Спасибо, коммандер. Через двадцать две и тридцать четыре минуты после запуска от зондов остались только яркие вспышки. Все записи передачи с зондов у нас остались, но астрофизики колдовали над ними несколько дней.       - То есть они не пропали бесследно?       - Не бесследно.       - А что рассказала Кэтрин?       - Можете спросить её сами. Если коротко, она говорила, что при первом же взгляде на это не через сканер, а через экран, на неё будто стала надвигаться инфернальная тьма, в которой все её чувства тонули без остатка. И вслед за ними она словно падала в какую-то пропасть без дна и краёв. Лигейя описала это примерно также. Кстати, потом с неделю Кэтрин по ночам мучили кошмары, пока я не настоял, чтобы с ней поработала Селеста. Лигейя справилась сама.       Кирка против воли захватил этот рассказ - он провёл в космосе шесть лет, но с таким воздействием не сталкивался. Всякие существа и инопланетная зараза могли, конечно, так навредить человеку, и энергетические поля могли, но просто темное пятно?       - И какое же объяснение предложили ваши астрофизики? – задумчиво проговорил Спок.       - После этого случая я ввёл порядок, по которому в дежурную смену включался кто-то из подразделения Акты. Очевидно, это «ничто» как-то влияет на подсознательное в человеке, на его эмоции, а мы в основном малоэмоциональны. Это и помогло нам засечь ещё три таких объекта, и, должен сказать, при близком знакомстве испытанное мной воздействие…, - Хан задумался, подбирая слово, - весьма неприятно. Чен полагает, что это, возможно, выступы антимира, свернутого в спираль также, как свернута наша Галактика, и прослаивающего её. А Медора и Вирджил – что это перемычки между параллельными Вселенными, где время течёт по-другому – быстрее или медленнее.       - Антимир? Я бы поработал с данными всех сканеров, если можно, это интересно, – Спок всё-таки не выдержал.       - Мы к этому вернёмся. Такова гипотеза астрофизиков. Чтобы её проверить, нужны серьёзные исследования по ту сторону Барьера, и я думаю, что это дело будущего.       Хан сделал паузу, обвёл глазами поочерёдно капитана и старпома и вдруг сказал:       - Нам бы у себя в Галактике разобраться.