Поединок

      Работать в условиях единого поля доктору в принципе нравилось, несколько раздражала непривычная тишина в операционной. Кроме тихих сигналов аппаратуры, не было никаких звуков. Но нельзя было не признать, что ситуация, когда твои указания выполняются прежде, чем ты их высказал, была удобной и здорово экономила время.       Хан, чтобы не нервировать зря Маккоя, попросил Нейт не включать его в поле и разместился так, чтобы по возможности не попадаться на глаза доку. Однако, когда раздался тревожный сигнал остановки сердца, он еле удержался от того, чтобы не ринуться к Кэтрин.       – Всё идёт по плану, Хан, - услышал он голос доктора. – Циркуляция крови нормальная, ждём.       Время отсчитывало секунды, потом минуты. Через пять минут таймер издал сигнал – они выходили за границы клинической смерти, но доктор ждал, устремив взгляд на экран сканера. Нейт, приложившая пальцы к виску повернутой на бок головы Кэтрин, не реагировала на происходящее.       Внезапно тело Кэтрин вздрогнуло так, что Хан почувствовал сотрясение стола, а все, кроме Нейт, отшатнулись.       - Чертова тварь! – прошипел доктор. – Не нравится умирать?       «Что она там наделала?» - хотел крикнуть Хан, когда услышал мерный голос Нейт.       - Агония, капитан.       Прошло уже пятнадцать минут после клинической смерти, когда доктор Маккой опять склонился над столом. Теперь там царила безмолвная суета, закончившаяся тем, что Урания проверила капельницу над правой рукой Кэтрин и замерла, ожидая сигнала Маккоя.       Док повернул голову и сам отыскал глазами Хана.       - Пока всё, дальнейшее зависит от сыворотки.       Урания включила подачу раствора и долгие минуты все, замерев, смотрели на ровную линию, бегущую на экране. Чуть слышный сигнал одного из датчиков, закреплённых на теле женщины, прозвучал в операционной сильнее раската грома. Еще несколько минут, и сигналы слились в мелодию. Сердце Кэтрин оживало, кровоток постепенно восстанавливался, но медленно, слишком медленно для того, чтобы отключить её от аппарата, поддерживающего мозговое кровообращение.       Только через час доктор подал знак и начал восстановление сосудов на шее. Наконец он отошёл от стола, сдёрнул маску и устало проговорил.       - Вот, Хан, сделал, что мог, она жива.       И откатил ненужный уже аппарат в сторону.       Хана будто оглушили и собственный голос донёсся до него как чужой.       - Спасибо, доктор Маккой.       - Подожди благодарить, ответь мне сперва, сколько она может вот так работать? – Маккой кивнул в сторону Нейт, единственной из присутствующих продолжающей оставаться сосредоточенной и неподвижной у изголовья стола.       Хан почувствовал беспокойство. Нейт держит в трансе себя и Кэтрин уже пять часов, это много. Кервуд мог бы её сменить, но он сейчас тоже нуждается в восстановлении.       - Сколько тебе надо времени, чтобы быть готовым заменить Нейт?       - Час, капитан. Через час я буду готов.       - Хорошо, - сказал Маккой. – Ещё час я буду около неё, потом переместим её в реанимационную палату. Идите пока, отдыхайте.       Кервуд и Урания ушли в палату отдыха.       - Как они восстанавливаются? – тихо спросил док, желая отвлечь Хана, не сводящего глаз с экранов.       - У них специальная техника, что-то вроде медитации, - так же тихо ответил Хан. – Доктор, как долго Кэтрин понадобится обезболивание?       - Вот чего не знаю, того не знаю, статистика, знаешь ли, не наработана по воздействию твоей крови! Джим вон несколько дней корчился.       - И нельзя ввести анальгетик внутривенно?       - Пока не выведется препарат, вызвавший остановку сердца, нет. А на это нужно не меньше 44 часов, чтобы с гарантией.       Несколько дней, по крайней мере, два, думал Хан. По шесть часов за одну смену, больше нельзя. Должны выдержать.