Пепел

Дар Свободный день у человека, занятого собственным успешным бизнесом, — большая редкость, и не в моих правилах посвящать его друзьям и пьянкам. Серьёзные отношения в своё время стали для меня серьёзным испытанием, и любви, о которой все втайне мечтают, в них не было. Оттого проводить время в поисках мифической половинки мне не улыбается. Зато в редкие свободные часы я могу заниматься любимым делом, не боясь обделить кого-то своим вниманием и выслушивать потом горы упреков. Мой лучший друг — по совместительству директор доставшейся мне по наследству от какого-то пятиюродного дядюшки по линии двоюродной бабушки, с которым я даже знаком не был, сети отелей в Турции, Египте, Объединенных Арабских Эмиратах и Тунисе. В своё время, когда мы были ещё безденежными студентами, он начал собирать библиотеку редких книг, большинство из которых находил на блошином рынке и покупал по копеечным ценам. Это увлечение у нас одно на двоих, вот только престиж давно не позволяет ни мне, ни ему появляться в такого рода местах. Поэтому я просто периодически появляюсь у Кирилла дома, где достигшая воистину огромных размеров библиотека всегда к моим услугам. Кажется, Кирилл сам не помнит о половине книг, которые скопились у него в закромах. Странное увлечение для взрослого мужчины 28 лет — читать. Но большую часть свободного времени я посвящаю именно этому. Вот и сейчас, поймав такси, я попросил водителя отвезти меня в ресторан "Ланселот" неподалёку, чтоб спрятаться за столиком в углу от назойливых взглядов любопытных прохожих и прочесть, наконец, очередную книгу, которую я выудил из лабиринтов Кировой библиотеки. Мой любимый столик свободен, что не может не радовать. Официантка Катя не спрашивает заказ, сразу приносит мне кофе... Да, здорово я приучил здешний персонал к своим вкусам. Утром — только кофе с корицей и сахаром, приносить новую порцию, как только я отставлю выпитую кружку, и так пока не остановлю. Пепельница. И — не беспокоить. Ухмыляюсь, вспомнив растерянное выражение лица парня в метро, которому я спас, судя по толщине кошелька, месячную зарплату... Что, не ожидал, что бывает ещё такое? Бывает. Когда повезет встретить того, кому денег и без чужих хватает... Если повезёт... Ритуал: выкладываю на стол книгу, пачку Marlboro и зажигалку Zippo (тоже дань престижу). Кофе слева, пепельница справа. Да, педант. Да, порой зануда. Это ничего, экстравагантность в некоторых вопросах мне позволительна. Не считаться со мной не могут, ведь моё "хозяйство" довольно обширно, а значит, и слово весит немало среди таких, как я. Так что с причудами мирятся, а даже если и нет — плевал я на чужое мнение. Итак, эта книга... Книга Фериллт. Старая, в ободранной кожаной обложке, уголки сглажены... Ей много-много лет. И денег она стоит, вероятно, тоже немало, так как написана каллиграфическим почерком от руки. Ей бы в музее лежать, а она на полке пылится... Эх, Кир, не ценишь ты исторические древности. С другой стороны, в музее мне вряд ли дадут книжку почитать, как в библиотеке... А вот у Кира — всегда пожалуйста. И ему абсолютно плевать, что читаю я не в тиши кабинета, а в городе — где придется... Вот сейчас — в ресторане для мажоров. И хоть я так и не привык к этому гордому титулу и сопровождающим его обязанностям, мне здесь нравится. Читать. В тишине. Феникс Охуение, уважаемые, — это вещь внезапная и всепоглощающая. Нет, я конечно рад возврату кошелька, набитого до отказа визитками… Да, я реально бы страдал, потеряв все эти контакты. Целых минут пятнадцать страдал бы… А потом вернулся бы домой – и просто открыл бы файлик со сканами… Но скана добротного кожаного кошелька все же не нашел бы… Так что, однозначно, я безмерно рад его оперативному возвращению. Но блин! Это какое мурло так вещи возвращает?! У меня просто недосып или он серьезно меня мальчиком назвал? Меня! Взрослого дядьку! Ужас! И если бы я не отдирал челюсть от плитки – он бы так просто не ушел. Но охуение – вещь коварная. И пока я приходил в себя, торча посреди платформы как последний идиот с кошельком в руке, он успел свихлять с места преступления. Я даже предпринял незамедлительную попытку организации погони, но тут прибыл очередной поезд, и толпа народа, хорошо хоть без пылающих факелов и улюлюканья, просто потянула меня на выход, к эскалатору. Боже, наконец-то белый свет! Блин, и солнце в глаза. Черт. Вау, и ларек! Минералочка! Пить хотел неистерпимо. Хотя я и не бухал вчера. Странно, может это уже рефлекс организма такой? Минералка по утрам? М, а продавщица очень даже ниче так, симпатичная девушка. Улыбаюсь, заглядывая ей в глаза. Она так мило смущается! Очаровашка, чесслово. Но минералка – дороже. Ее я люблю сейчас всеми фибрами души. И хочу. А я говорил, что телефон – это ацкая штучка, впервые разработанная иезуитами? А ринги для него не иначе как КГБ отбирало в застенках подпольных лабораторий. Почему-то всегда мой личный маленький друг (марки самсунг, не подумайте ничего лишнего!) трезвонит противно и в самые неподходящие для того моменты. Смотрю на дисплей: блин, ну здравствуй, пропажа века. — Алё? Да. Нет. Не сплю. Нет, не разбудил. Да ну? И где же? Хм… Через сколько? Ага. Ты угощаешь. Идет. До встречи. Высший пилотаж в построении конструктивного диалога, не так ли? Тем не менее, через час мне надо быть в «Ланселоте». Уж очень интересно, что такого понадобилось этому кренделю спозаранку. Ну что ж, господа гардемарины, до Лукьяновки, по сути дела, рукой подать – так что наушники вам в уши, электрониковскую «Траву у дома» в плеер – и вперед, космической походкой к месту назначения. Птички поют (теоретически), прохожие шарахаются (практически), минералка в желудке весело побулькивает в такт шагу. Лепота! К «Ланселоту» я успел вовремя. Даже немного рановато. Так что как только заметил верхушку квадратовских часов – сразу сбросил скорость с приличной рыси до солидного улиточного шага зажиточного бюргера. Да, а что? Надо уметь произвести впечатление! Пусть даже и таким идиотским способом… Вобщем, в сам ресторан я ввалился в развалочку — и тютелька в тютельку вовремя. Фрукт, как и ожидалось, уже был на месте, демонстрируя сильную спину, круто обтянутую кожей, и потягивая что-то из приземистого стакана. Наверняка, виски. Я поморщился. Виски… С утра… Без меня… Хамство! — Ну здравствуй… — протянул я, подходя со спины и нагло отбирая стакан – Ты же не против, да? Ленин учил… сам знаешь, короче. — Да нет, что ты. Угощайся, – мерзко улыбается эта падла, поправляя шикарный волнистый локон. Угощаться как-то сразу перехотелось. Нет, не потому что совесть проснулась… А вдруг он туда подсыпал чего? Знаю я его… Да и потом – я все же себя не просто люблю, но еще и уважаю. А вот этого придурка с недавних пор имею все причины недолюбливать. Короче, наверное, стоит поторопить парнишу: — В общем так, времени у меня в обрез, так что говори, что хотел. И желательно в темпе. — Хм, если кратко – то я по поводу того случая… — Обсуждению не подлежит. Что-то еще? — Может, изменишь свое мнение? — Слушай, Артур, мы с тобой не вчера познакомились. "Нет" значит нет. Извини, мне пора. Вот такой я гордый птиц, да. Принципиальный. И слово мое тверже гороха. Потому я действительно развернулся и пошел на выход. И надо же, при выходе за уединенным столиком заметил сегодняшнего метровского маньячилу. Вот это удача! Надо это, поблагодарить что ль. Уверенной веселой походкой направляюсь к столику. Книжка, кофе, пепельница. Джентльменский набор просто какой-то. Странно, с виду такой хмырь неясный – а тут нате вам, даже так. Может, я поспешил с выводами? Уже готовился мило улыбнуться, когда на мое плечо легла рука. Самым наглым образом меня развернули, окликнув: — Феникс! — Ну что еще? – так, а вот теперь я начал раздражаться. Ибо нефиг меня лапать кому ни попадя. — Так это твой окончательный ответ? Да, мне надо прятать глаза. Они часто говорят то, чего я бы не хотел произносить. Артур все понял без слов. Процедил: — Сволочь… — и... ух блин, вот это подача! Такого удара я давно не пропускал. По лицу! Урод! Да, я пропустил этот удар. Но мне не впервой. Да и противник он сильный. Настолько сильный, что я, как предобморочная истеричка, хлопнулся на столик, опрокинув попутно чашку горячего кофе рукой. Кипяток, черт его дери! Ожог… А вдруг не пройдет? А вдруг фингал будет? Кипяток… — Ну сука, – прошипел я. Урою гада, как пить дать, урою! Дар "Вам не избежать судьбы. Вам не избежать перемен, ибо они — сущность мира. Развитие и изменение связаны неразрывно... Чаще всего болью, неизбежной всякий раз, когда кто-то не может разорвать звенья цепи прошлого...". Интуиция даёт о себе знать. Благодаря ей кофе разлился не на книгу, а на стол. Да, драки в "Ланселоте" — это что-то новенькое... Ох как я не люблю, когда меня задевают такие "случайности"... Я легко перепрыгнул через стол, так как вылезать из угла нормальным способом времени просто не оказалось. Да, мне не нравится, когда в мой уютный мир, где пепельница и кофе стояли не своих местах, там бесцеремонно вламываются, разрушая атмосферу, созданную с таким вниманием... Поэтому я легко, летящим движением "уронил" зачинщика драки на пол и зафиксировал в позиции, когда каждое движение приносило ему боль. — Катерина, позови, пожалуйста, Валерия... — кивнул я растерянной и испуганной официантке. Валерий, охранник, появился буквально через несколько секунд. Принял "из рук в руки" ошалевшего от подобного обращения "молодого человека", даже не пытавшегося сопротивляться, и поволок на выход. Правда, в последний момент тот таки рванулся, обернулся и крикнул своему собеседнику: — Ты обо мне ещё вспомнишь!.. — Я и так о тебе не забываю, лапочка, — буркнул парень себе под нос, разлядывая окровавленную руку. Я повернулся к светловолосому юноше. Надо же, да мы уже виделись... Это он в метро кошельками разбрасывается... А сейчас вот кровь из разбитой губы вытирает... Впрочем, какая мне разница? Я вернулся на своё место. Оперативная Катенька уже убрала разлитый кофе и принесла свежую порцию. И только я закурил и собрался развернуть книгу, как меня опять отвлекли. — Благодарю, милсдарь, — повернулся ко мне парень, болезненно поморщившись, — хотя и не стоило. Кстати, салфеточкой не поделитесь? Я молча подвинул салфетницу на край стола. Улыбнулся краем губ и не смог удержаться от комментария: — Да, парень, у тебя сегодня явно не самый удачный день... — Бывало и хуже, — улыбнулся он в ответ, прижимая очередную салфетку к губе, — Кстати, спасибо за кошелек. Не ожидал. — Тебе повезло. Мне не нужны деньги. — А я и не предлагаю, если на то пошло, — ухмыльнулся, внимательно вглядываясь куда-то в район уха. — Все равно еще раз спасибо. Феникс, — Улыбнулся парниша, поморщившись, и протянул руку. — Как птица? — хмыкнул я... Своеобразное у парня чувство юмора... — Дар, — пожал я тёплую, слегка влажную ладонь. — Мистическая птица, — самодовольно поднял бровь парень, бесцеремонно хлопнувшись на соседний стул, — способная восстать из пепла... Я присяду, не против? И интересное имя, кстати. Забугорное? — Не против. Может быть. И прежде, чем восстать из пепла, им свойственно сгорать, что не весьма приятно... Хотя тебе лучше знать, — улыбнулся я и отложил книгу в сторону. Что ж, она подождёт... — Нет, не забугорное. Самое что ни на есть украинское. — Эт точно... Украинское? Никогда не слышал... Нет, ты, конечно, прости нездравое любопытство в целях самообразования — но все же: а что оно означает? — Полностью звучит как "Богодар". Означает — дословно, подаренный Богом. Я потушил сигарету и допил свой кофе. Что ж, приключений на сегодня достаточно, — Катенька, счет, пожалуйста, — обратился я к подошедшей официантке. — Ну надо же... Как все запущено, — не удержался Феникс — Ладно, подарочек, было приятно пообщаться, спасибо за помощь, может, еще встретимся. — выпалил он, вставая и направляясь к выходу. Обернулся: — До встречи, Дар — последнее слово пропел особо ярко, смакуя. И улыбнулся широко, как будто это и не ему только что разбили губу. Стоп, мне показалось — или она действительно невредима? "Мы увидимся скорее, чем ты думаешь, Феникс", — подумал я, провожая задумчивым взглядом с приподнятыми бровями исчезающего в дверном проёме парня. Моя интуиция меня ещё не подводила. — Алло, Кирилл. Где ты? Замечательно. Заедь за мной. Да. Через 10 минут. Я поднялся, накинул чёрный кожаный плащ, застегнул его наглухо и вышел на промозглую весеннюю улицу. Дождался Кирилла на его чёрной "Ауди", и мы вместе уехали проводить выходной так, как положено людям нашего ранга, то есть — в сауну.