I. Приключения на Ж — или нахрена я вернулась в Корею?

POV Ёнгук. То, что я прочитал, меня просто ошарашило. Это не может быть правдой! Мне срочно нужно поговорить с нуной. Достав телефон, я быстро набрал её номер. — Алло? — сразу же ответила нуна. — Нуна, ты можешь прийти на бал сегодня? — быстро говорил я. — Зачем? Гуки, я уже давно окончила школу, что я там забыла? — Нуна, это важно. Приезжай, пожалуйста, — взмолился я, войдя в свою квартиру. — Ну хорошо, я приеду. Только объясни мне, что случилось? — обеспокоенно спросила она. — Объясню, только не по телефону. И ещё можешь захватить ту самую папку? — А она-то тебе зачем? — Нужно. — Ёнгук, ты снова хочешь бередить свою душу этим? — Нуна, я тебе всё объясню, когда мы увидимся. По-прежнему сжимая папку, что принёс Джело, я сел в кресло и уставился на фотографию, на которой была моя семья, когда мы были ещё счастливы. Как такое вообще может быть, ведь я сам видел заключение и фотографии… Взглянув на часы, я начал собираться. Приведя себя в порядок, заказав лимузин и захватив папку, я спустился в холл. Там меня уже ждали парни. — Все готовы? — спросил я, подходя к выходу. — Да. А… — начал Химчан. — Я уже заказал машину. — А, ну тогда ладно, — пожал он плечами и пошел за мной, как и остальные. — А где Чоноп? — спросил Ёнджэ — Мы что, поедем без него? — Да. Он будет позже… — ответил Химчан, тут же становясь мрачнее тучи. Всю дорогу парни тщательно старались сделать вид, что ничего не было и им вовсе не любопытно, но… Актёры из них, скажем, так себе… — Перестаньте сверлить меня взглядами, — не вытерпел я — Скоро всё узнаете. И отстаньте от мелкого! — Ну, может, хоть намекнёшь, что там, в этой папке? — взмолился Химчан — Я ж помру от любопытства, или что ещё хуже, поседею от нервов. — Хён, то есть для тебя седина хуже, чем смерть? — спросил его Ёнджэ. — Я ещё слишком молод, чтобы ходить с сединой. — А в чём проблема, можно же закрасить, — сказал Дэхён. Вот и сменили тему. Теперь они достают не меня, а Химчана. — Потому что я предпочитаю натуральную красоту, в том числе и цвет волос. — Ответил он. — То-то ты по нескольку часов торчишь возле зеркала, — съязвил Ёнджэ — Да и не ты ли в прошлом году перекрашивался в блондина? — А ну цыц! — разозлился Химчан — Ещё одно слово, про мою внешность, и я вас придушу!

***

Мы приехали к месту проведения бала, к моему счастью, без жертв. Бал проходил в отеле «Лотте», в одном из самых лучших отелей Сеула. Здесь мы будем все выходные. Все студентки были расфуфырены, как павлины. Каждая пыталась затмить остальных своей внешностью, дорогими брендовыми шмотками. А парни хвастались дорогими тачками, «своими» девушками моделями, дорогими костюмами и украшениями с брюликами. Со стороны это выглядит так глупо… Зайдя в помещение, я начал осматриваться в поисках нуны, но, к сожалению, я так и не смог разглядеть её в этой толпе. Так как мы проведём в этом отеле два дня и две ночи, отец Химчана забронировал для студентов номера. Взяв ключи, я поднялся в свой номер и спрятал папку, что бы её никто не спёр. Конечно, если бы она была со мной всё время, было бы безопасней, но согласитесь, неудобно таскаться с толстой папкой весь вечер, да и директор заподозрит неладное. Заперев номер, я спустился в холл и отдал ключи на ресепшене, затем я вернулся к остальным студентам. Все прошли в ресторан, и расселись за столики. Мы с парнями, как обычно, уселись вместе, вдобавок к нам подсели девчонки, которые мечтали закрутить роман с нами. Ну на одну ночь сойдут… Свет погас и на сцену, которую соорудили специально для этого мероприятия, направили свет софитов. На сцену вышел отец Химчана и начал загонять свою речь, которую я не слушал. Я всё пытался отыскать нуну, но моё внимание привлекла фраза директора, которую он сказал в конце своей речи. — А сейчас давайте поприветствуем Мистера Мун Чонопа и Мисс Бан Юнён. Специально для сегодняшнего торжества они приготовили танец. Прошу, — сказал он и свет на сцене погас, но тут же зажегся в центре зала, где находился танцпол. В самом центре стояла пара, хоть и светили прожектора, их было плохо видно, как будто это был сон. Их окутывал туман, от чего они казались не реальными, словно призраки из прошлого. Вот заиграла музыка, и они начали танцевать аргентинское танго (все вспоминаем танго из фильма «Правдивая ложь», а если кто не видел, то вот ссылка: https://www.youtube.com/watch?v=8jAMtWGayZw). У всех просто челюсти поотваливались, включая даже меня. Они так плавно двигались, словно это не два человека, а один. Каждое их движение излучало грацию и страсть. Чоноп был одет в черно-белых тонах. Черные брюки, черная рубашка с двумя расстёгнутыми верхними пуговицами, черная шляпа с белой лентой, белые подтяжки и белые лакированные туфли с черными мысками. В этом образе он напоминал мафиози. А вот девчонка была вообще сногсшибательна. Серебристое короткое платье с белой бахромой идеально подчеркивало её фигуру, на ногах были белые лаковые туфли с ремешком, на высоком каблуке. Я всегда поражался, как женщины могут ходить на высоких каблуках, а уж танцевать тем более. Волосы были собраны в прическу в стиле 30-х годов, и в них красовалась алая роза с белыми перьями. Так же у них была ещё одна роза, которую время от времени держали в зубах то Чоноп, то девчонка. У обоих на лицах красовались маски, скрывающие их глаза, от этого они смотрелись ещё загадочней. Но вот танец закончился, они поклонились и ушли с танцпола. Директор снова поднялся на сцену. Мы с парнями до сих пор были в шоке, и сидели с выпученными глазами, наблюдая за Чонопом и этой девчонкой. — Ничего себе, — присвистнул Ёнджэ. — Вот гадёныш! — буркнул Химчан — Даже не сказал, что снова будет танцевать. — Давайте поблагодарим ребят за столь прекрасный танец, — сказал директор, начав аплодировать и все за ним повторили — В честь пятидесятилетия нашей школы, объявляю бал открытым! Давайте же праздновать, — сказал директор, и студенты радостно загалдели. Заиграла музыка и многие повыползали на танцпол, я же отправился искать нуну. Нашел я её у барной стойки. Она была вместе со своим парнем, Чару-хён. — Нуна. Я с трудом тебя нашел, — сказал я, подойдя к ним. — Ёнгук, ты так быстро растёшь. Уже совсем не отличить от взрослого, — улыбнувшись, сказал Чару, пожимая мою руку в знак приветствия. — Ну уже не ребёнок, — я улыбнулся. — Зачем звал-то? — спросила нуна, потягивая мартини. — Ты принесла? — Да. — Тогда пошли, нужно поговорить, но не здесь. Мы вышли из ресторана, я взял ключи от своего номера, и мы направились к лифту. Зайдя в номер, я достал папку и протянул её нуне. — Что это? — она удивилась, но всё же взяла папку. — Прочти. Она села в кресло, рядом с ней сел Чару-хён, а я сел напротив них. Когда нуна закончила читать, она была в таком же шоке, что и я пару часов назад. — Как это возможно? Этого не может быть! — она начала тараторить — Вот же доказательства. Нуна достала из сумочки папку и положила на кофейный столик. — Ёнгук, ты точно уверен, что в этой папке не враньё? — Уверен. Чжунхон не стал бы так шутить со мной. Это он нашел всю эту информацию. — Хорошо. Чжунхону я верю, — сказала нуна — Но как тогда объяснить это? — она указала на вторую папку, лежавшую на столике. — Я не знаю. Может это липовые справки? — А фото? — Простите, что вмешиваюсь, но могу я взглянуть на эти документы и фотографии? — спросил Чару-хён. Мы с нуной не возражали, и пока Чару-хён просматривал документы, мы с нуной молчали. Думали мы сто процентов об одном и том же. А именно — что из этого правда? — Ну что я могу сказать… — сказал хён, закончив просматривать документы — Всё это… липа. — Что? — одновременно с нуной воскликнул я. — Смотрите, — он взял фотографии — Если хорошенько приглядеться, то можно заметить довольно не аккуратную работу в фотошопе. Мы взяли фотографии и начали приглядываться. А ведь и вправду. Я столько раз рассматривал эти фотографии, но ни разу не обращал на это внимание. — А документы? — спросила нуна. — Тоже липа. Где умерла ваша младшая сестра? — В России, — ответил я. — А заключение, на каком языке написано? — На корейском. — Ну? — Ну так они перевели его, — сказала нуна. — Ты ж моя глупышка, — улыбнулся хён и поцеловал её в щёку — Кто ж будет делать перевод на оригинальном бланке? Переводы обычно печатают на обычных листах и заверяются у нотариуса. Оригиналы никто не отправляет. — То есть, она… — Именно. Вот я лох! Всё это время я верил, что моя сестрёнка мертва, а она жива и здорова. — Ёнгук, где она? — спросила нуна, уставившись на меня дикими глазами. Мы вскочили с места, и пошли искать эту девчонку. Нет. Нашу сестрёнку. Кто бы мог подумать, что эта Юнён моя родная младшая сестра, которую я считал мёртвой? Вдобавок ко всему я ещё и издевался над ней, она же теперь меня ненавидит… Что теперь будет?