Crazy Auntie Beks

Ребекка проснулась оттого, что кто-то (в голове сразу же промелькнул ряд нелицеприятных эпитетов) нетерпеливо барабанил кулаком в ее дверь. Нежданный и уж точно нежеланный посетитель почему-то решил, что одного стука будет недостаточно, и нажал еще и на кнопку звонка с невероятно мерзким и пронзительным звуком. Она с трудом разлепила веки, нашарила на тумбочке будильник и недовольно проворчала: - Ну кого там черти принесли в семь утра? Девушка поднялась с постели, накинула халат на бордовую шелковую сорочку и решительно направилась в прихожую с намерением сразу же вырвать сердце тому, кто осмелился испортить ей воскресное утро. Не утруждая себя тем, чтобы посмотреть в глазок (как будто Первородная вампирша могла испугаться воров), Ребекка резко распахнула дверь. Не увидев никого на уровне своих глаз, она опустила взгляд ниже и тут же удивленно нахмурилась. На пороге, скрестив худые лодыжки, стояла девочка лет пятнадцати на вид. Ее кудрявые пшеничные волосы были убраны в небрежный хвост на макушке, а тонкие пальчики нервно теребили край короткого джинсового комбинезона. Бекка насмешливо оглядела ее с ног до головы и прислонилась плечом к косяку. - Детка, если ты продаешь печенье, то ты явно ошиблась дверью. Девчонка хмыкнула. - А мама говорила, что ты можешь быть стервой, - протянула она. - Мама? Вампирша вдруг изменилась в лице и, быстро подсчитав в уме, сколько лет прошло со дня ее отъезда из Нового Орлеана, прижала ладонь ко рту. - Не может быть… - Ну здравствуй, тетушка Бекс! *** - Ты меня задушишь! - Ой, прости, - Бекка неловко отстранилась. – Просто я так рада, что ты нашла меня… Ты уже такая большая… И ты просто красавица, я знала, что ты будешь именно такой… - А я вот представляла тебя чуть менее сентиментальной… - Да ладно, не каждый же день встречаешь свою племянницу, - отмахнулась она. - Я тоже рада тебя видеть, тетя. Девочка искренне улыбнулась, отчего на обеих щеках появились знакомые ямочки, и сердце Ребекки защемило от дикой тоски по дому. - Ты очень похожа на отца. Как тебя зовут? – спросила она, вдруг осознав, что так и не знает ее имени. - Каролина. Вампирша не смогла сдержаться и фыркнула. - Серьезно? - А в чем дело? – поинтересовалась племянница, проходя в дом и осматриваясь. - Да ни в чем, просто, я так подозреваю, тебя назвали в честь одной ужасно назойливой блондинки, в которой Ник непонятно что нашел. Представляю, как Хейли этому рада. - Она называет меня Линой, - девочка пожала плечами и тут же вернулась к любопытной для себя теме. – Подожди, то есть, папа был влюблен? - О да, - Ребекка закатила глаза. – Он просто голову потерял, а она не покупалась на дорогущие платья и украшения, которыми он ее задаривал, и предпочитала оставаться со своим волком. - Обязательно расскажешь, - ухмыльнулась Каролина. – Чувствую, столько нового о нем узнаю. *** - Будешь чай? Ну, или кровь?.. Прости, я не знаю, чем ты… - Чай, - кивнула девочка, скидывая на пол сумку на длинном ремне, и опустилась на стул. – У тебя мило. - Спасибо, - кивнула Бекка. Этот дом ей действительно нравился. Он не был похож на те огромные роскошные особняки, которые предпочитал ее брат; в нем все выглядело уютно, комфортно и очень по-человечески. Правда, даже здесь она не могла спастись от острого чувства одиночества. Девушка поставила перед племянницей чашку горячего жасминового чая и обнаружила в одном из шкафов завалявшуюся пачку печенья. - Как ты меня нашла? - Это не я, - Лина покачала головой. – Недавно к дяде Элу приходил один из вампиров и сказал, что нашел его сестру. Ну, я это случайно подслушала. А мама часто рассказывала о тебе, и мне так хотелось с тобой познакомиться, ну и… Вот я здесь. - Подожди, а твои родители знают, где ты? – обеспокоенно спросила Ребекка, но на душе потеплело: Элайджа искал ее, он о ней не забыл. - Нет, - ответила девочка, пожав плечами. – Я сказала, что останусь у своей подруги Эми. А сюда нас довез ее кузен, мы всю ночь ехали. От глаз вампирши не укрылось, как покраснели щеки Каролины при упоминании этого загадочного кузена подруги. - И как же зовут твоего ненаглядного? – пропела она, склонив голову на бок. Лина подавилась чаем и закашлялась. - Ребекка, я… Ты… Девушка рассмеялась. - Расслабься, я последняя, кто мог бы рассказать о нем твоему отцу, - успокоила она племянницу. – Ну? - Шон, - смущенно прошептала девочка, опустив взгляд. *** Бекка вошла в гостиную, держа в руках бутылку красного сухого вина, и посмотрела на свернувшуюся в кресле Лину. - Только один бокал, - строго сказала она девочке. – В честь нашего знакомства. Каролина слегка усмехнулась, и вампирша поняла, что читать лекции о вреде алкоголя почти взрослой племяннице уже поздно. Разливая вино, она вдруг увидела, как сильно дрожат ее руки. Девушка нервно сглотнула и наконец решилась задать вопрос, терзающий ее с самого утра. - Как дела дома? - Все хорошо, - ровно ответила девочка, которая если и заметила ее волнение, то вида не подала. – Мама уже в третий раз отказалась выйти замуж за дядю Эла. Ребекка резко развернулась, и вино выплеснулось из бутылки прямо на ворсистый белоснежный ковер. - Так они вместе? – выдохнула она. Неужели Клаус позволил-таки Элайдже и Хейли быть счастливыми? - Да, - кивнула Лина. – Это странно, конечно, но я за них только рада. - Я тоже рада, - механически повторила она. – А… А как там... Как Новый Орлеан? Стоит еще? - Папа очень скучает по тебе, тетя Бекс. Внутри что-то дрогнуло и сломалось. *** - Ну, Ребекка, не плачь, не надо, - бормотала Лина, поглаживая ее по спине. Вампирша снова всхлипнула, безуспешно попытавшись взять себя в руки. С тех пор как она покинула Новый Орлеан шестнадцать лет назад, она не позволила себе пролить ни единой слезинки по брату, и сейчас вся накопившаяся за это время боль просто выплеснулась наружу. - Ник, - прошептала она. – Он ненавидит меня… - Это неправда, - мягко возразила девочка. - Ты ничего не знаешь, - Бекка судорожно покачала головой. Каролина вздохнула. - Ладно, ты права, я совсем ничего не знаю о том, как ты привела Майкла в Новый Орлеан, - сказала она, и девушка удивленно вскинула голову. – Но зато я точно знаю, что папа любит тебя, тетя Бекс. И у меня есть доказательство. Девочка вскочила на ноги, выбежала из гостиной, скрываясь за поворотом на кухню, и вскоре вернулась со свернутым с трубочку листом бумаги. - Смотри, - торжествующим тоном заявила она. – Он часто тебя рисует. Это был самый лучший ее портрет, который когда-либо удавался Нику. На нем была изображена еще старая Ребекка, прекрасная, живая, с голубыми цветами в волосах. Такой она была до того, как ее семья была разрушена проклятьем бессмертия. - Возвращайся со мной. - Что? – ошеломленно выдохнула Бекка, услышав предложение племянницы. - Поедем домой вместе. Все будут счастливы. Девушка покачала головой. - У нас с твоим отцом был уговор, я не могу его нарушить. - Да брось, - Лина закатила глаза. – Папа сам ждет твоего возвращения, просто его гордость не позволяет ему признать этого. К тому же, если ты не вернешься, ты меня крупно подставишь. - О чем ты говоришь? – непонимающе спросила Ребекка. - О том, что я сильно влипла из-за своего побега, - объяснила девочка, хотя она и не казалась сильно напуганной предстоящим наказанием. – А если ты приедешь со мной, всем будет не до этого. - Каролина, я не могу. - Пожалуйста, - протянула она, состроив жалостливый взгляд. – Считай это подарком на все пятнадцать Дней рождения, которые ты пропустила. *** - Готова? – раздался нетерпеливый голос из соседней комнаты. - Почти, - ответила Бекка и застегнула чемодан. – Теперь точно готова. Она вышла в прихожую, где Лина уже ждала ее, присев на пол и скрестив ноги. - Серьезно? – девочка насмешливо подняла брови. – Зачем столько одежды? - Ну мне же нужно в чем-то ходить, - пожала плечами вампирша. - Между прочим, все твои вещи папа и Эл перевезли в наш новый дом, - заметила племянница. - Правда? - Говорю же, он ждет твоего возвращения. Ребекка недоверчиво улыбнулась и выкатила тяжелый чемодан на крыльцо. Их уже ждала машина. Окинув пристальным взглядом сидящего за рулем парня, девушка мысленно одобрила выбор племянницы, а вот самого Шона пожалела - если Клаус узнает об этом, трогательной тайной любви двух подростков придет конец. Напоследок она обернулась, прощаясь. Возможно, здесь ее жизнь и была правильной. Она была свободна и в редкие моменты действительно счастлива. Но это место все-таки не было ее домом. Ее дом там, где семья.