Дела семейные

* * * POV Тсуна Дино-сан сдержал свое обещание и мои домочадцы с гиканьем и хохотом покатили в парк аттракционов. Я сказался больным («на голову», как прибавил Реборн к моему беззастенчивому пиздежу), пинками выпроводил всех из хаты и, наслаждаясь священными минутами тишины и покоя, возлег на диван. Так вот, каково оно, быть уке. Должен признать, это просто офигенно. Надо будет и Такеши показать всю прелесть бытия снизу. До прихода парней оставалось всего полчаса, я снова проверил, все ли приготовил к соитию. Бельё свежее постелил, веревку (на всякий случай, а то, мало ли) взял, свечи поставил, вазелин купил… Гокудере еще повезло, его растянут и смажут, в отличие от меня. Было очень больно, но, слава яйцам Реборна, тренировки с ним значительно повысили мой порог боли. Время тянулось медленно-медленно, такими темпами, я помру от старости раньше, чем придут ребята. Я успел и кофе напиться, и судоку решить, и два раза отполировать свой крейсер и, когда услышал долгожданный стук в дверь, бегом понесся навстречу дребезжащему входу (у меня к тому моменту уже у самого вход дребезжал от нетерпения!). Было бы неплохо сдержаться и не изнасиловать своих полюбовничков прямо на пороге. - Привет! – радостно воскликнул я, распахивая дверь. Наверное, на моем лице было написано крайнее счастье, раз Ямамото округлил глаза и засмеялся. - Добрый вечер, Джудайме! – Гокудера улыбнулся, чуть покраснев и протянул мне полупрозрачный пакет, в котором виднелся нехитрый закусон в виде фруктов и шоколадок. - Учеба навевает аппетит. Ага, и мысли о самоубийстве. Я взял пакет и, посторонившись, пропустил ребят в помещение, пуская в затылок пепельноволосом пошлый и немного злорадный взгляд маньяка-профессионала. Мы поднялись ко мне в спальню, (я по такому знаменательному событию даже в комнате прибрался, вот уж невидаль) весело болтая о всякой ерунде из школьных будней. Подрывник выглядел расслабленным, непривычно улыбающимся, в общем, он и не подозревал, что ему ожидает попная суровая кара. Брюнет кидал на итальянца странные взгляды и, улучив момент, пока тот отвернулся, сделал кольцо из двух пальцев и пару раз просунул в него палец. Ну вот что за наглая задница, просто детский сад какой-то. Я тихо погрозил пальцем расшалившемуся Дождю и ушел на кухню за чаем. - Я помогу Тсуне, ты пока разложишь закуску? – парнишка, перепрыгивая через ступеньки, спустился за мной на кухню, но вовсе не за тем, разлить по чашкам чай, нет, что вы! Меня нагло зажали у тумбы с микроволновкой и страстно засосали. Ноги предательски задрожали, я обнял брюнета за шею и ответил на грубый, властный поцелуй. - И зачем он нам, мы же вместе, - пробормотал Такеши, отстраняясь. - Хаято надо наказать, родной. А то придумал, блин, приказы босса не выполнять. Ямамото вздохнул, довольно ощутимо ущипнул меня за бедро и ушел с подносом, груженным чашками. Я поспешил следом, сделав невинное выражение лица. - Ты серьёзно набрал только 38 баллов? Ты безнадежен. Хотя, зачем тебе вычислительные науки, будешь суши вертеть, а в этом ремесле и без распределительного закона можно обойтись, - пепельноволосый отложил испещренный красными пометками лист с тестом Ямамото-куна и нацепил очки, кивая мне, - давайте постараемся, Джудайме! Я сел рядом с подрывником на небольшую подушку и мягко снял с него окуляры. - Да, Гокудера-кун, мы постараемся. Хаято непонимающе моргнул, видимо, почуял, что дело пахнет маргарином. Я подсел ближе к насторожившемуся пареньку и облизав губы, произнес: - Поцелуй меня. Ураган вздрогнул, затравленно обернулся на сушиста. Тот продолжал давить беспечную лыбу, с интересом наблюдая за реакцией моей верной и немножко ссыкливой Правой руки. - Деся…тый… но… - Ямамото в курсе дела, - я хмыкнул, ухватил юношу за подбородок и приблизил его лицо к себе, - в моей семье могут быть лишь те, кто переспал со мной. - Что?.. Вы шутите? Джудайме… я не… - он хотел отстранится, но уперся в грудь бейсболиста, незаметно подползшего с тыла итальянской дивизии. Он обнял Гокудеру, положив руки на его живот. - Гокудера, пожалуйста, сделай так, как говорит Тсуна, все будет хорошо, правда, - брюнет тепло улыбнулся шокированному блондину и погладил его пресс, запуская руки под футболку. - Вы… вы спали с Хранителями, Джудайме? – итальянец испуганно смотрел мне в глаза, не обращая внимания на хозяйничающие руки Дождя. - Со всеми, - соврал, и глазом не моргнув. Ну, хотя, почему соврал? Бывает в моих эротических снах Хибари-сан. И Рёхей, и он тоже. Да что там греха скрывать, даже Рокудо регулярно наведывается в мои грезы. Он хоть и гад распоследний, зато мордашка смазливая и тело сексуальное. - Неужели Кёя тебе дал? Пахнет пиздежом, - от шока парень случайно перешел на «ты», недоверчиво воззрившись на мою персону. Вторая, куда более наглая персона, тем временем переместила руки на пах пепельноволосого, тот напрягся, зашипев, а бейсболист продолжил свои наглые домогания. - Конечно, дал. А куда он денется? - И С ЛАМБО?!! - А что, оказывается, если базуку десятилетия долбануть об стену, то 5 минут продлеваются до десяти, а уж за такое количество времени можно много чего успеть сделать… У моего строптивого подчиненного было такое лицо, что казалось, еще чуть-чуть и он чокнется. - Хаято, - я переполз на колени офигевшего подростка и обнял его за шею, - Хаято, у тебя два выхода. Либо ты признаешь, что боссу принадлежат и душа и тело его подчиненных и отдашься мне, либо твои заверения в своей безграничной преданности всего лишь игра. Игра в ту самую мафию, о которой твердит Ямамото. - Мафия? Это игра такая? – передразнил самого себя мечник и засмеялся, потирая бугорок на джинсах Урагана. - Да-да. Так что, Гокудера-кун, ты правда мой подчиненный или играешь? – я провел языком по бледным, дрожащим губам парнишки. - Я… я ваш подчиненный, Джудайме… - через силу выдавил парень, опуская голову. - Я полностью в вашем распоряжении. - Умничка, мой хороший, - я довольно улыбнулся и потрепал чуть дрожащего итальянца по волосам, - не бойся, я постараюсь причинить тебе как можно меньше боли и буду предельно нежным. Юноша залился краской, волчонком смотря на меня из-под челки. Я встал, подошел к кровати, стянул с нее одеяло и приглашающее похлопал по ней. Хаято покорно плюхнулся на постель, все так же, не поднимая взгляда. Ямамото зажег свечи и выключил свет, создавая интимный полумрак. Мы с Такеши медленно раздели друг друга, целуясь, а насильно возбужденный подрывник молча смотрел на нас, красный и злой. Судя по взгляду блондина, он желал нам с бейсболистом провалится сквозь кровать, пол, первый этаж, фундамент и проломить крышу загородной резиденции Рокудо в Аду. Мы уложили гневающегося подростка на спину, я, пользуясь такой умилительной послушностью взрывного парня, впился в его губы, а мечник не спеша освободил своего одноклассника от лишней сейчас одежды. Устроившись между разведенных ног дико смущенного парня, я смазал пальцы вазелином и вошел в пепельноволосого сразу двумя. Тот выгнулся, недовольно зашипев, попытался вытолкнуть меня, но Ямамото крепко держал извивающегося и рычащего подростка, покрывая его лицо поцелуями. - Десятый! – Хаято уперся ладонью в лицо мечника и всеми силами старался оттолкнуть парня, смешно вытягивающего губы трубочкой, - Десятый, не мог бы он пойти на хрен, он меня бесит! - Нет, не мог бы, - я усмехнулся, умиляясь такой забавной реакции Хранителя, - мы же одна семья, тут нечего стесняться. - Он раздражает, просто сидя на месте, а теперь еще и слюнявит меня! Фу, прекрати, бейсбольный придурок! Я медленно вытащил пальцы из судорожно пульсирующего ануса и резко вставил их обратно, отчего парнишка вскрикнул, сжавшись. - Расслабься, своими сжиманиями ты делаешь себе только больнее, родной, - я добавил третий палец, спокойно слушая маты трясущегося подчиненного. Брюнет стал покрывать поцелуями плоский животик пассива, спускаясь ниже. - Н…нееет… не надо… - Ураган сморгнул выступившие от боли и стыда слезы и вцепился в волосы сушиста. Тот проигнорировал возмущающегося парня и, обхватив ладонью приличный стояк, медленно и пошло провел языком по налитой кровью головке, смотря в глаза покрасневшему жителю Италии. Хотел он того или нет, но из груди его вырвался довольный вздох, ноги раздвинулись чуть шире. Расценив это как просьбу продолжать, Дождь полностью погрузил в рот подрагивающую плоть и стал ритмично двигать головой. Я вынул пальцы из стонущего блондина и быстро заменил их собственным членом, осторожно проникая в растянутое, но сопротивляющееся тело паренька. - Де… Деся…тый…м-м-м… - он болезненно сморщился, приподнимая зад, я же довольно застонал. Этот маленький засранец был таким невероятно узким и горячим, он так яростно сжимал меня, что нужно было очень постараться, чтобы не кончить, так ничего толком и не сделав. Такеши же, этот чертов паразит, воспользовавшись моей нагнутостью, переполз от обслюнявленного члена укешки к моей ничем не защищенной заднице. Этот балбес постучал легонько по моему копчику и, со смехом, сказал: - Тук-тук, можно? - Войдите, - засмеялся я, нагибаясь ниже, выпятил зад и продолжил быстро вколачиваться в скулящего мальчика. - Вот… ебну… тые… - у подрывника перехватило дыхание, когда я вошел на всю длину и у меня возникли небольшие сомнения в том, что легкие находятся в груди. Мечник немного подразнил меня, надавливая головкой на пульсирующее колечко мышц, но не проникая внутрь, дождался, пока я не завыл от нетерпения и не пнул ногой смеющегося садиста, и только тогда он вогнал в меня свою биту, сразу до конца. - Яма…мото… - я прогнулся в пояснице и ускорил движения бедер. Вперед – в жаркую задницу уже довольно постанывающего блондина, назад – на горячий, большой, пульсирующий член бейсболиста, сжимающего мои ягодицы. - М-м-м… - наконец, Хаято двинулся мне навстречу, полностью расслабляясь и послушно впуская меня в свое тело, - Джудайме… как же… хорошо… еще… Я ускорил толчки, мой любимый садист так вообще яростно вколачивался, не особо заботясь о завтрашних ощущениях моей задницы. Я громко, в голос, простонал и излился в сладко сжимающееся тело парня. Тот, всхлипнув, пару раз насадился и кончил следом, выстреливая спермой прямо мне в лицо. Специально, блин, целился, что ли, как он вообще умудрился?! Такеши трахал мою несчастную, но жутко довольную обилием внимания попу еще с минуту, под конец ускорившись так, что я побоялся, как бы от трения искру не выработать. Горячо кончив в мой, еще утром бывший девственным зад, он вышел и без сил плюхнулся сверху на меня, отчего я не удержался и упал на пребывающего где-то в астрале Хаято. - Черт… слезьте, раздавите! – подал признаки жизни мой подчиненный и, извернувшись, треснул сушиста по балде. Пострадавшая сторона незамедлительно впилась в извергающий маты ротик итальянца, а меня окончательно защемили между двумя горячими и мокрыми телами. - Воздух… нечем дышать… - я просунул руку и попытался скинуть с себя в конец обнаглевшего брюнета. Разлегся, блин, как у себя дома на футоне! - Гокудера, прекрати материться, а не то я тебе рот мылом промою. Особым мылом, - и, чтобы у Гокудеры не возникло сомнений при догадках, что же это за мыло такое, Ямамото просунул два пальца в приоткрытый рот парня и сделал пару толчков рукой. Блондин вспыхнул краской, выплюнул пальцы Дождя, и скинул ухмыляющегося пошляка с себя. Да и с меня, заодно. - Джудайме, черт, простите, я вас испачкал! – Ураган, наконец, соизволил обратить внимание на свое семя, украшающее мою моську. - Ничего страшного, Гокудера-кун, - я провел рукой по щеке и попробовал сперму, пошло скользя языком по ладони, смотря в глаза раскрасневшегося подрывника, - ты вкусный. - Дай мне попробовать, - мне едва не свернули шею, когда мой любимый сушист повернул мое лицо к себе, слизал с подбородка белесую жидкость и прижался к моим губам, грубо целуя. - И правда, вкусно, - улыбнулся бейсболист, проводя рукой по моей груди. - Извращенцы, - пробубнил Гокудера, закрывая глаза. * * * (немного ранее) POV Дино Кёя сидел в своем кабинете и попивал чаёк с пироженками. Впервые вижу, чтобы он сладкое. Я сидел напротив, в кресле, кидая на японца взгляды преданного, престарелого чихуахуа, каждое утро носящего тапки хозяину. Но главе дисциплинарного комитета было не до меня, все его внимание было приковано к монитору ноутбука. «…спали с Хранителями, Джудайме?» «Со всеми» «Неужели Кёя тебе дал? Пахнет пиздежом» - Не просто пахнет, а воняет, - пробормотал с набитым ртом Кёя, жуя песочное пирожное, - твой распрекрасный Джудайме в глаза не видал моей задницы. - Не знал, что у твоей задницы есть глаза, Кёя, - засмеялся я, глядя на возлюбленного. - Ты много чего не знаешь о моей заднице, Каваллоне. - Ничего, у меня еще будет время поближе с ней познакомиться, как снаружи, так и изнутри, - произнес я, с удовольствием наблюдая румянец на щеках мальчика. Тот недовольно отмахнулся от меня, мол, изыди, не мешай, и снова вперился в ноутбук. «Конечно, дал. А куда он денется?» - Сучка травоядная, - фыркнул брюнет, крошки кондитерского изделия щедро усеяли клавиатуру «Самсунга», - Я посмотрю, куда ты будешь завтра деваться, когда придет камикорос. - Кёёёяяяя… может, хватит подглядывать за моим братом? И вообще, когда ты успел установить скрытую камеру? - Сразу после того, как ты рассказал, что Савада собрался к себе девушку вечером привести. Мне к тому времени уже было понятно, какого пола будет «девушка», но я не ожидал, что она прихватит с собой «подругу»! Намечается весьма интересное зрелище. - И ты пробрался к нему в дом? - А что такого-то? Он окно никогда на щеколду не закрывает, хоть каждый день к нему на крыльях ночи прилетай. - Кёя, это неприлично, подглядывать за чужой еблей. - Сказал мужчина, сказавший неприличное слово «ебля». И вообще, по сравнению с вами, дядя-педофил, я словно ангел. Возжелал несовершеннолетнего парня, ая-яй… - Сказал несовершеннолетний парень, заставивший педофила делать ему минет, - парировал я, улыбаясь. - Мы оба хороши, Кёя. - Да, но я чуточку лучше… Блять. Они свет выключили, свечи зажгли, но нихера не видно! Романтики чертовы, такой облом! Забью завтра всех троих до смерти! – подросток недовольно цокнул языком, захлопнул крышку ноутбука и уткнулся в чашку с чаем, обиженно сопя. Я засмеялся, встал с кресла, подошел к насупленному ГДК и поднял сопротивляющуюся ношу на руки. Не обращая внимания на пинки, укусы и маты, я понес понес своего маленького содомита к дивану, который, благо, оказался раздвижным. Конец.