Если я потеряю себя

Если Дин Винчестер и научился чему-нибудь за последние пять лет, так это тому, что служить в Секретной Службе не так круто, как кажется в кино. И в самом деле, если бы не зарплата и возможность работать с братом, он бы подумал о возвращении в убойный отдел. Если, конечно, они когда-нибудь позволят ему уйти в отставку, что казалось маловероятным. Особенно учитывая, что его босс решила, что Дин Винчестер почти так же хорош, как и яблочный пирог (слова Барнс, а не Дина) и повысила его. Вот уже, Дин взглянул на часы, один час, двадцать минут и двадцать семь секунд назад его начальник Памелла Барнс вызвала его в кабинет и сообщила о продвижении. Потому что так здесь все устроено. Вам не предлагают повышение, а просто информируют о нем. — Вы — специальный агент, вступающий в должность начальника личной охраны Избранного Президента Новака. Вот честно, что бы вы на это ответили? (Кроме вполне очевидного: "да, мэм!") Он был завербован в возрасте двадцати четырех лет легендарным директором Секретной Службы — Бобби Сингером, после того, как отправил на заслуженный отдых имеющего наибольшее число жертв серийного убийцу в Топике. Дин едва успел поздравить себя с хорошо выполненной работой (и просто с нетерпением ждал холодного пива и возможности наконец отоспаться), как ему пожал руку угрюмый человек в фланели, выглядевший чем-то средним между чьим-то дедушкой и главным персонажем сериала "Утиная династия". И не успел он оглянуться, как распрощался со старой жизнью и оказался на полпути в Вашингтон, дабы приступить к работе в местном отделении Службы. Единственным утешением при патрулировании территории Белого Дома (кроме, разумеется: "Привет, Белый Дом!") было то, что Сингер завербовал Сэма для работы компьютерным аналитиком. У Дина ушло два с половиной года, чтобы освоиться и еще два, чтобы получить повышение. А потом Анна Милтон проиграла свои вторые выборы Кастиэлю Новаку. И поэтому (среди прочих причин был, в том числе, инцидент с послом Болгарии, в результате чего он получил четыре сломанных ребра, два месяца больницы и огромную благодарность самого посла) Дин вдруг оказался начальником охраны первого президента-открытого гея. Дин не был даже уверен, что голосовал за этого парня. (Да он и за Анну не голосовал. Вначале между ними было некоторое притяжение, но за четыре года чувства исчезли. Она определенно не оправдывала ожиданий и была совсем не такой, как ее показывали по национальному телевидению). Не то, чтобы Дин был гомофобом, разумеется нет. Его почти двухлетние отношения с Элиотом в Топике доказывали это, просто с нынешним положением дел в стране — половина населения поддерживает ЛГБТ, а другая желает им всем провалиться в Ад — защищать Кастиэля Новака будет гораздо сложнее. Но в данный момент у него есть более важные вещи, о которых стоит беспокоиться. Барнс дала ему три часа, чтобы собрать команду из четырех человек (из имеющихся двадцати пяти), проинструктировать их и, собрав необходимый минимум вещей, сесть в самолет до Чикаго, чтобы впервые встретиться с избранным президентом. И ему оставалось лишь горячо молиться, чтобы первая встреча прошла хорошо. Потому что четыре года — это очень и очень долго, чтобы быть чьей-то тенью. *** Если Кастиэль Новак и узнал что-либо за последние восемнадцать месяцев, так это то, что баллотироваться в президенты — куда более стрессовое занятие, чем он думал раньше. И это было преуменьшением столетия. Конечно, работу на посту мэра Чикаго, а затем губернатора Иллинойса, никак нельзя было назвать легкой, но с этим ей не сравниться. Тревога из-за каждого принятого решения, боязнь совершить глупую ошибку. Было множество моментов, которые Кастиэль всерьез думал не пережить, и большинство из них были связанны с его братом-близнецом Габриэлем. То, что он вытворял! Кастиэль решил заниматься политикой с пятого класса и никогда не сожалел о своем выборе. Все его действия с этого момента были нахождением компромисса между: "это действительно не имеет значения" и "никто меня не изберет, если я выберу этот вариант". Габриэль же нацелился на то, чтобы стать одним из самых неприятных людей Западного полушария, и тоже упрямо двигался к намеченной цели. Но брат был не единственной проблемой Кастиэля. Решение о сотрудничестве с Фергюсоном Кроули, проницательным сенатором Калифорнии, далось ему нелегко, но он не сожалел о нем. По крайней мере, не каждый день. Может, раз в неделю. Кастиэль выбрал Кроули по нескольким причинам, но две основные — его прекрасное понимание политики (он продвинулся по карьерной лестнице быстрее, чем любой другой политический деятель за последние пятнадцать лет) и его полная противоположность самому Кастиэлю. Там, где официальное поведение Кастиэля на встречах с избирателями заставляло колебаться его рейтинг, Кроулевское "привет, граждане!" было тем, что толкнуло тандем Кастиэль/Кроули на самый верх. Кастиэль пнул под зад Анну Милтон на дебатах (по словам нескольких широко известных телеведущих), а Кроули и Адам Миллиган... ну, их дискуссия была чем-то, что книги по истории будут пытаться объяснить еще долгие годы. Ради карьеры Кастиэль пожертвовал очень многим. В частности, обрек себя на одиночество. Исключением была короткая интрижка в колледже с мужчиной с нелепым именем Бальтазар, питающим необъяснимую страсть к футболкам с V-образным вырезом. И этот эпизод широко освещался в СМИ целых три недели. Три недели! Первый президент-открытый гей. Да, очень важная новость, гораздо важнее всего того, что он планировал совершить. Были куда более значимые вопросы: финансы, контроль оружия, внешняя политика. Почему он не приобрел известность благодаря им? Но нет, все дело было в его сексуальной ориентации. С самого начала он был встречен с крайней враждебностью, но он конкурировал с Анной Милтон, которая впоследствии запомнится своими радикальными идеями, неумелым руководством государственного бюджета, а так же несколькими неподтвержденными, но вполне возможными психологическими срывами. Политические взгляды Кастиэля были достаточно консервативны для большинства правых республиканцев, чтобы его поддержать, но выборы показали самый высокий процент голосов в истории, поданных за третью партию. Но все закончилось, и в два часа ночи он официально стал Избранным Президентом. Кастиэль вздохнул, потянувшись за чашкой кофе. Пятой за это утро — на случай, если кто-то считает. В ближайшие четыре часа он принадлежит самому себе, но после он встретится со своим начальником охраны, и с этого момента у него не будет для себя даже пяти минут в течении последующих четырех лет (или восьми, предпочтительно именно восьми). *** Дин усмехнулся про себя, рассматривая четырех агентов, сидящих перед ним. Это была команда. Команда, которая будет обеспечивать безопасность Кастиэля Новака в течении следующих четырех лет. Не очень трудный выбор, но он заставил приподняться брови Барнс, когда Дин протянул ей свой список. Он был процентов на девяносто уверен, что избрал как раз тех, что оказались в изначальном списке совершенно случайно. Но не имело значения, что она думает по этому поводу, главное — чтобы поставила свою подпись. И она подписала. И вот он сидит в самолете в десяти тысячах футов над землей (и когда он согласился, чтобы полеты стали частью его каждодневной работы?) вместе с четырьмя агентами, казалось бы, совершенно не подходящими для этой работы. Но он верил в каждого из них. Бенни Лафет был первым. Его личное дело было настолько секретным, что там присутствовало больше черных пятен, чем самого текста. Еще четыре часа назад он был главой антиснайперского подразделения. Он — один из самых смертоносных стрелков в Америке, да и не только в ней. Дин и Бенни были завербованы почти одновременно и прошли через обучение вместе. Они сблизились, автомеханик из Канзаса, ставший детективом и тихий парень из Луизианы с золотым сердцем и стальным взглядом. Несмотря на то, что дружеские отношения (то есть совместные попойки в редкие выходные) между членами разных подразделений не одобрялись, Бенни и Дин сумели крепко подружиться. Джо Харвел была, безусловно, самым молодым агентом в команде. Она упорно боролась за все, чего смогла достичь, и помоги Небеса тем, кто стоял между ней и ее целью. Дин работал с ней, и ее позиция: "не бывает запрещенных приемов" заработала его уважение. Джо не позволяла помыкать собой в полном всплесков тестостерона подразделении, усердно трудилась и была на пути к повышению, когда утром Дин обнаружил ее имя в предоставленном ему списке. Гарт Фиджеральд Четвертый. К нему нужно было привыкнуть. По причинам, известным лишь начальству, Гарт бросил стоматологическую практику в штате Миссури и решил вступить в Секретную Службу, куда был принят в течении трех недель. Его деятельность в Службе была источником многих слухов, но работу свою он выполнял хорошо, его любили, и в тех нескольких случаях, когда Дину пришлось работать вместе с ним, Гарт показал себя с лучшей стороны. Несмотря на субтильное телосложение, обязанности свои он знал и был обладателем одного из лучших послужных списков. Кроме того, Дину нравились слегка сумасшедшие люди. Чарли Бредбери была уникальна. Ходили слухи, что она была завербована еще в средней школе, когда хакнула ради своей дипломной работы Департамент Внутренней Безопасности. Дин не знал точно, почему она не попала в "команду ботаников" Сэма, но твердо знал одно — они сработались с самого начала, и ее имя было первым, которое он выбрал. Дин удовлетворенно кивнул и прикрыл глаза из-за небольшой турбулентности. Не следует показывать команде, что их новый начальник чертовски боится летать. В голове всплыл разговор с Сэмом этим утром: — Чувак, угадай, что случилось? — Ты получил звание начальника личной охраны Новака, — голос Сэма эхом отдавался с другого конца линии. — Я уже говорил, что ненавижу тебя? Откуда ты знаешь? Я сам узнал буквально пятнадцать минут назад. — Термин "технический аналитик" тебе о чем-нибудь говорит, а? — Дин практически видел скорченную рожицу. — Да, это означает, что ты зануда, которому платят кучу денег за то, что он весь день сидит за компом. — Возможно, но сейчас я зануда, возглавляющий кучу других вундеркиндов, обеспечивающих вашу безопасность. — Что? — Я тоже получил повышение, Дин. Теперь у меня свой отдел. — Ух ты! Серьезно? Это потрясающе, Сэмми! — Сэм. Сэм, Дин. Я не пухлый двенадцатилетний ребенок. — Да, теперь ты заросший лось. — Придурок. — Сучонок. Сэм Винчестер был лучшим братом из всех возможных, и никто бы не убедил Дина в обратном. Расти в глуши штата Канзас с отцом-алкоголиком было нелегко. Но Сэм, во многом благодаря весьма высокому уровню интеллекта, смог достичь того, чего хотел. И знание того, что теперь он вел свою собственную "группу ботаников" (включающую такие известные имена, как Кевин Чан, Эш Миллерс и Чак Шерли) успокаивало Дина. Что было весьма кстати, потому что самолет начал снижаться в воздушном пространстве Чикаго, и Дину следовало побороть тошноту и подготовить себя для встречи с президентом, которая должна состояться через двадцать семь минут. *** Кастиэль измерил шагами коридор резиденции и.о. губернатора Миллса в пятый раз за последние пятнадцать минут. Прошло почти восемнадцать часов с тех пор, как объявили результаты, а он все еще ожидал, что кто-нибудь скажет ему, что это была шутка, и он сможет заняться всплеском преступности в Спрингфилде. Но нет, он больше не был губернатором. И у него было всего два месяца, чтобы достичь какого-нибудь компромисса с Кроули в выборе членов правительства и сотрудников Белого Дома. — Вот ты где, Новак, — вспомни о дьяволе, и он тут как тут. — Кроули, мне нужно еще пять минут. Всего пять. — Извини, не выйдет. Тебя хочет пресса, и в пять у тебя встреча со службой безопасности. Ах да. Секретная Служба. Так или иначе, за последние несколько нервозных часов, когда было не ясно, кто наберет наибольшее количество голосов — Михаил Майерс или Мег Мастерс (и он был готов надавить на Кроули, чтобы тот выступил против Михаила), он совершенно забыл об остальном. — Прекрасно. Веди. Или, по крайней мере, укажи, где они. — Я могу сделать проще. Они уже выходят из лифта. Кастиэль поднял глаза как раз вовремя, чтобы увидеть пятерых человек в темных костюмах, солнцезащитных очках и наушниках, вышедших из лифта и направляющихся к нему. Он подарил Кроули многозначительный взгляд и шагнул навстречу. Человек во главе группы, главный, насколько понял Кастиэль, снял очки и протянул руку. — Господин Президент, я агент Дин Винчестер и я начальник вашей Службы Безопасности. Кастиэлю пришлось чуть откинуть голову, чтобы встретиться взглядом с парой зеленых глаз. В них сверкали решимость и, похоже, искорки веселья. — Приятно познакомиться, агент Винчестер. Кастиэль едва слушал агента, представляющего остальную часть команды. Он уловил, что это были двое мужчин и две женщины, выглядевшие несколько необычно, но основное его внимание было сосредоточенно на человеке, стоявшем перед ним. Он пришел в себя как раз вовремя, чтобы услышать, как агент Винчестер (Дин) говорит: — Мы проведем полный инструктаж по безопасности в самолете, а сейчас, насколько я знаю, у вас пресс-конференция. Кроули, улыбаясь агентам, взял его за локоть и повел к лифту. И единственной связной мыслью Кастиэля было: "ведь так же неудобно". * Название главы взято из песни Imagine Dragons - It's Time.