Демонология для квалифицированных магов

      Вторая половина подвала была чем-то вроде гордости Эгланта. Только самый квалифицированный маг, поселившийся в старом сыром подвале, мог превратить эти развалины в комнату особняка. Сырость в своё время ушла самой первой, стены очистились от плесени, а солому заменила большая двуспальная кровать с балдахином, цвет которого Эглант менял в зависимости от своих настроения и желания. Вот прямо сейчас балдахин был алым, идеально гармонируя с покрывалом и белоснежным пушистым ковром на полу. Шитрис тут же деловито перепачкал это произведение искусства сажей, с каким-то извращённым удовольствием оставляя на нём отпечатки лап.       Душа Эгланта безмолвно страдала, и даже тянущее возбуждение, поселившееся в паху, немного сошло на нет. Спальня! Его нежно любимая спальня под игом какой-то твари?!.. Ужас! Кошмар!       — О-о-очень мужественно, — вернул в реальность ехиднейший голос. Шитрис легко покачнул кресло-качалку, стоящую у тлеющего углями камина. — Прямо так и веет брутальностью. Ты тут вяжешь?       — Отвали, мне знакомая подарила, — огрызнулся Эглант, соврав. Кресло он лично заказывал у гномов.       — Да-да, конечно. О, а вот это тебе особенно пригодится! — взяв с кровати шёлковую подушечку, демон помахал ею в воздухе. — Потом.       — Ой, всё. Заткнись.       — Будешь подкладывать под задницу, чтобы не ныла.       — Заткнись и тащи свою задницу сюда! — рыкнул не хуже демона Эглант, определённо заволновавшийся, когда Шитрис подошёл к кровати. Румянец, конечно, гневливый, расползся по его щекам красными пятнами. — Не смей туда идти!       — Я уже сюда прошёл, — парировал демон, откидывая с кровати покрывало. Потускневшее было пламя глаз ярко полыхнуло от восторга, а коготь дотронулся до... — Ола-ла, беру свои слова назад, смертный.       — О, Великий Бог… — Эглант прикрыл глаза ладонью.       — На тебе всё-таки халат. А пеньюар лежит здесь!       — Он есть? — Гильдерер поднял голову, отвлёкшись от подопечного, который поспешил надышаться, пока эту возможность ему предоставили. Он даже обвис в ласковых руках, довольно изгибаясь. С его приоткрытых искусанных губ капнула тягучая слюна.       — Да, ты посмотри на эту прелесть! — тонкий паутинный шёлк, стоящий бешеных денег, заколыхался, когда демон приподнял обозначенный предмет интима за лямку. — Фиолетовый цвет, полупрозрачность… Он точно из комплекта с этой, хе-хе, «мантией». Ты знаешь толк в извращениях, смертный.       — Это мой подвал! — с каким-то отчаянием напомнил Эглант, тоскливо глядя в сторону демона. — И вообще, это моё право. В чём хочу, в том по дому и хожу!       — Только ходишь? Непозволительная трата денег впустую.       — Пошёл ты.       — Неужели ты девственник?       — Не твоё собачье дело.       — Никакого чувства самосохранения. Ну, по крайней мере, ты не клянёшься, что это бакалейщица забыла. А в шкафах у нас что?..       — Не смей туда лезть!..       Это было ошибкой.       Роковой непростительной ошибкой.       Запаниковав, Эглант дёрнулся. Подол длинной мантии словно только этого и ждал: струящийся шёлк перетёк, меняя своё положение, и закрыл меловую линию барьера. Рассеялся тот с тихим хрустальным звоном, совершенно заглушённым одним-единственным щелчком обычными человеческими пальцами. Лишь воздушное кружево колыхнулось, а эхо прокатилось по всему подвалу, закладывая уши.       Говорить и ругаться Эглант ещё мог, что и делал громко и от всей души. А вот ноги и руки его теперь совершенно не слушались, застыв, будто каменные. Заклинание демонов было куда сильнее возможностей мага.       — Тиро, детка, — ласково мурлыкнул Шитрис, возвращаясь к лаборатории. — Похоже, мы наконец-то добрались до твоего первого задания.       — А-а-а?.. — осоловело моргнул стажёр, и облизал без того влажные губы.       Он и сам не был уверен, что его удержат ноги, но хотя бы не думал об этом. Про работу он тоже уже забыл. Как и про всё остальное, впрочем. Он просто смотрел, как большой, сильный и страшный демон, нежно пропустив через пальцы длинные ухоженные волосы, берёт смешного человеческого мага за горло и швыряет в сторону стола. Зазвенело: на пол полетели немногочисленные склянки, книги, чернильница и нежно любимая металлическая статуэтка дракона…       Удар вышиб из Эгланта дух, прервав поток нелестных изречений. Маг даже немного прикусил себе язык, вынужденно затыкаясь. Его магия не работала, словно каменные блоки, державшие его конечности, обрубили эту способность с легкостью, внушающей ужас.       Это было нереально. Это было из разряда маленьких кошмаров.       Да что там, силой Эглант мог бы побороться с каким Архимагом! Он мог бы даже стереть с лица земли половину города. А тут…       Только теперь он начал понимать, насколько же серьезно влип за свой неуемный словарный запас. Сколько раз говорили ему учителя, что надо следить за тем, что говоришь?       Стоило их слушать.       Ох, стоило.       — Задание, Тиро.       — В котором придётся помочь, он покрупнее тебя, — рассмеялся Гильдерер, выпуская тонкие запястья из руки, и её мановением толкнул Тирота второму куратору. Хорошо толкнул, в полёт отправив через половину лаборатории…Вот только приземление у того произошло не в пример мягче, чем у мага.       — Ой! — вскрикнул юный демон, угодив в когтистые лапы, и удивлённо заозирался, теперь начиная понимать, что к чему. — Задание, да. Приказ. Выход из кризисной ситуации.       — О да, — сладко согласился с ним Шитрис, слизывая с подбородка мальчишки влажную дорожку. Эглант за этим следил с выражением вселенской тоски, но никак не похоти. — У «повелителя» явно последняя стадия кризисного недотраха…       — Соискание научной степени называется, — ехидно добавил Гильдерер, который успел подобрать с пола какие-то записи, и теперь небрежно их листал. Словно и не лапал только что племянника с такой страстью, что взгляда не отвести.       — Хм-м-м? Неужели и впрямь учёный? — Шитрис бросил взгляд на мага, силящегося двинуть хотя бы пальцем. Получалось только гусеничкой на столе извиваться, изгибая хребет в бессильных попытках вырваться.       — Типичный. К тому же, теоретик. Практик бы плевался огнём ещё стоя в знаке Солнца.       — Так мы будем выполнять приказ, или вы будете обсуждать его учёную степень?.. — неожиданно возмутился Тирот, и даже сам выбрался из когтистых рук, решительно так подходя к столу.       — Лучше обсуждайте степень, — поспешно подал голос Эглант, оскорбившись на звание теоретика. Ну не объяснять же этим недалёким демонам, что от успеха своего глупого ритуала он просто растерялся и не додумался вдарить по ним магией? — Хотите, я вам своё любимое заклинание расскажу?..       — Не хочу, — Тиро сел на край стола и склонился над магом, с любопытством разглядывая красивое молодое лицо, прослеживая подушечкой пальца выраженные скулы. Очки демон успел посеять ещё в Клети. — Я лучше начну.       — Я против.       — Вас не спрашивают, человечишка.       — Но я всё равно очень-очень против. Для протокола.       — Так и запишу в отчёте. Дядя, вы ведь подскажете?..       — Конечно, Тирот, — Гиль неслышно подошёл вплотную, коснулся пальцами мягких каштановых кудрей, кажущихся слишком жизнерадостными для демона. Его собственные жёсткие серебристые пряди были куда уместнее, как и драгоценная медь волос Шитриса.       Не обращая внимания на дядю, Тирот склонился ещё ниже. По губам беспомощно дернувшегося Эгланта скользнул влажный язык, на пробу пытающийся их раздвинуть. Вопреки ожиданиям, гнилостного смрада не обнаружилось даже вблизи.       От стажёра едва уловимо пахло корицей, а его губы оказались влажными и удивительно мягкими. Тиро ещё немного робел, это чувствовалось в неуверенном напоре, но целовался он умело. Настойчиво, терпко, не иначе как пропуская в мага заряды возбуждения. Исхитряясь углубить ласку безо всякого насилия. Эглант сам не заметил, когда внутреннее напряжение дрогнуло, прогибаясь, а язык подался навстречу языку, сплетаясь в жарком танце.       Вот только самообладание отказывало быстро — если в первые мгновения юный демон был нетороплив, то меньше, чем через минуту его колени уже сжимали бёдра мага. Поцелуй из робкого и почти просящего стал жадным, требовательным и немного жёстким, до оцарапанных губ и почти прокушенного языка. Сквозь мантию, взрезая нежную ткань, когти прочертили бледную кожу, на которой всякий след оставался недолго алым пятном.       Это увлекало, захватывало.       Почти нравилось.       Но со стороны смотрелось слишком культурно, словно два первокурсника вздумали потискать друг друга в уголочке.       — Шит, — позвал Гильдерер снова заскучавшего демона. — Тиро только целоваться и умеет?       — Ну…       — Ты не следишь за его воспитанием?       — Ещё может вырезать ему сердце, — последовал ленивый ответ. — Но это уже будет прямое неповиновение, пункт третий контракта. Да и ещё менее интересно…       — То есть, не следишь. В наказание займись… практической подготовкой, — усмехнулся Гиль, прикосновением к напряженной спине отвлекая племянника от его «жертвы».       Тирот нежно прикусил губу мага и поднял голову, вопросительно взглянув на куратора. Ухоженные пальцы немного грубо сгребли в горсть волосы юного демона, и Гильдерер потянул, заставляя приподняться навстречу куда более жадным и умелым губам.