Духовная связь

Поцелованный тьмой. Писк, гул, голоса — вот, что услышал Дин, когда пришел в себя. Он с трудом разлепил глаза и сразу зажмурился из-за отвратительно яркого света. — Где я? — прохрипел Дин, пытаясь приподняться, но чьи-то сильные руки помешали ему и уложили обратно. — Ты в больнице, Дин, — послышался голос Сэма. Теперь дампир окончательно очнулся и открыл глаза. — Что? Почему я… — дампир не закончил предложение: на него огромной волной обрушились воспоминания прошедшей ночи. Машина, дорога, авария, Кас… стоп, Кас. — Где Кас? — Он в соседней палате. — Мне нужно к нему. — Дин, ты только что очнулся после аварии, тебе надо отдохнуть, — но Дин даже не дослушал Сэма. Он рывком сел на кровать и удивился, что не испытал никакой боли или затруднений. Дампир осмотрел себя и нахмурился. Что-то не сходилось. — В каком состоянии я прибыл сюда? — На тебе ни царапинки не было. Просто лежал без сознания. Никто из врачей не мог понять, как ты вообще выжил. — Кажется, я знаю, как, — прошипел Дин и брезгливо сорвал с себя все эти трубки, подсоединённые к аппаратам. Он встал на ноги и чуть нахмурился: он был в абсолютном порядке, будто не он попал совсем недавно в аварию. Дампир не обращал внимания на протесты Сэма, он уже вышел из своей палаты и зашёл в соседнюю; дверь была незаперта, так что ему удалось это без особых усилий. — Кас, — одними губами прошептал Дин, когда увидел Каса, лежащего на кровати с кучей синяков, ран и гематом на всех открытых частях тела. Он на трясущихся ногах подошёл к кровати и упал на колени перед ней. Дин сказал бы, что Кас красив, как ангел, если бы его лицо сейчас не украшали такие синяки. Такой прямой и строгий профиль не может быть так изувечен. Дин взял руку Каса в свою и поцеловал его костяшки. Он легонько провёл тыльной стороной ладони по волосам мороя, отчего тот шевельнулся и медленно открыл свои прекрасные глаза. Он рассеяно осмотрелся вокруг, но вскоре его взгляд наткнулся на Дина и остановился. Дин буквально почувствовал, как какая-то волна тепла и нежности закутывает его в кокон. Это не было похоже на обычные ощущения, когда ты по взгляду догадываешься, что чувствует твой собеседник. Дампиру казалось, что его действительно что-то накрыло, но он решил проигнорировать эти странные чувства. — Я не хотел тебя будить, — тихо проговорил Дин, снова коснувшись губами костяшек руки Каса. — Ты в порядке? — просипел Кас. — Да, а ты — нет. Чёртов сукин сын, ты мог погибнуть, но решил ты излечить меня! — Как ты… — Кас, я не настолько туп, как ты думаешь, — усмехнулся Дин. Он не мог держать сейчас зла на Каса. Да и вообще никогда не мог. — Я сейчас подойду, — Дин подошёл к лечащему врачу Каса, который зашёл в палату. — Здравствуйте. — Здравствуйте, — не поднимая взгляда на Дина, ответил мужчина. — Я хотел бы узнать, какие травмы получил принц Новак. — А кем вы ему приходитесь? — Я его страж. — О, тот, что вместе с ним был? — Да, — врач внимательно осмотрел Дина с головы до ног и фыркнул. — Вам очень повезло, что вы не пострадали в этой аварии, чего не скажешь о принце. У него большое количество ушибов, сломана рука и порваны связки на ноге. К счастью, внутренние органы не повреждены, но его сердце испытало четырёхкратные перегрузки, и оно почти отказало. Помощь вовремя подоспела. — Спасибо, — отстранёно сказал Дин и направился обратно к Касу. Он пододвинул стул и сел на него, снова взяв мороя за руку. — За что ты мне такой проблемный? — Дин снова почувствовал эту странную волну, но на этот раз это была не нежность, а сожаление и чувство вины. Это были точно не чувства Дина, и он сам это прекрасно понимал, но ощущал что-то… чужое, словно он проник в чью-то голову. — Прости, — прошептал Кас, на что Дин грустно улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать мороя в лоб. Дампир услышал тихий вздох Каса и не смог сдержать ещё одну улыбку. — Мы поговорим с тобой, но только позже, когда тебе станет лучше, а пока отдыхай, — Дин отпустил руку Каса и уже встал, чтобы уйти, как в голове что-то отчётливо сказало голосом Каса: «Останься». Дин обернулся и посмотрел на мороя, который безотрывно наблюдал за ним, и со вздохом вернулся обратно на своё место. Они не говорили, лишь смотрели друг на друга с заботой в глазах; Дину нравилось наблюдать за Касом, как Касу — за Дином. Дампир был благодарен судьбе за то, что он смог наконец-то признаться Касу в своих чувствах, хоть и не напрямую. Он не умел говорить правильно — да и вообще говорить — о своих переживаниях, эмоциях, и если Дин говорил о том, что происходит внутри него, то на это были весомые причины, как тогда, когда Дик украл Каса. Дин хотел узнать, что произошло там, в поместье Романов, что с Касом делал Дик, и как морой смог выбраться, но сейчас был не самый подходящий момент: Кас ещё слаб. Дин чувствовал непреодолимое желание Каса закрыть глаза и уснуть, но он держался из последних сил, чтобы подольше побыть с Дином. Глупый, глупый морой, но Дин не держал на него зла, его умиляла эта стойкость Каса. — Эй, Кас, тебе надо отдохнуть. Мной полюбоваться ты ещё успеешь, — Дин расплылся в самодовольной улыбке, когда увидел дрогнувшие уголки губ Каса. Дампир начал тихо напевать свою любимую «Hey, Jude», которую он не так уж давно пел Касу. Дина укутал прилив умиротворения и спокойствия, но сам дампир не чувствовал этого. Ему уже начало казаться странным, что он ощущает чужие эмоции, а в частности, эмоции Каса.

***

На следующий день Дина выписали. Врачи посчитали, что держать абсолютно здорового дампира в больнице — лишняя трата времени, но Дин безвылазно сидел рядом с Касом и говорил с ним. Вернее, Дин говорил, а Кас слушал, ему ещё тяжело было произносить какие-либо звуки. — Знаешь, как-то раз на Хэллоуин, когда мне было шестнадцать, мы с Сэмми решили одеться Бэтменом и Суперменом. Он тогда только второй год в академии был, но уже успел всё изучить и почти догнал сверстников по программе. Я оделся суперменом, хоть и любил больше Бэтмена, но им хотел быть Сэм. Мы залезли на крышу библиотеки и просто сидели, пока ему не взбрело в голову, что он может летать. Сэм спрыгнул с крыши и сломал себе руку. Глупый мальчик, он ведь не знал, что Бэтмен не умеет летать, а Супермен может. Он месяц ходил с гипсом и ныл, что у него всё болит, — Дин усмехнулся старым воспоминаниям. Как хорошо было быть ребёнком и не знать ни о каких поцелованных тьмой и магов духа. Жизнь была во много раз проще. Дин почувствовал нежность, исходящую от Каса, и на секунду закрыл глаза, поддаваясь этому тёплому ощущению. Он знал, что морой внимательно слушает, хоть и не может ответить, но Кас не знал, что он уже общается с Дином с помощью своих эмоций. Дин пока не хотел говорить Касу о странной связи — если её можно было так назвать — между ними, пусть он лучше придёт в себя, а после они разберутся. В дверь постучали, и в палате показалась голова Сэма. Он внимательно посмотрел на Каса и Дина и решил войти. — Принц Новак, — Сэм кивнул в знак уважения и обратился к Дину. — Дик попросил тебя прийти к нему. — Что? — переспросил Дин, но не нуждался в ответе, потому что всё слышал. Кас волновался, Дин знал это. — Ладно, я сейчас подойду, — Сэм многозначительно посмотрел сначала на Дина, потом на Каса, но в итоге понимающе улыбнулся и вышел из палаты. — Ты прости, мне надо уйти. Со мной всё будет хорошо, не беспокойся, — Дин наклонился и коснулся губами лба мороя. Дампир улыбнулся и вышел из палаты, оставив Каса одного. В коридоре ждал Сэм. — Готов? — Как всегда. Надеюсь, ты меня прикроешь, а то сам понимаешь… — От Дика можно ожидать чего угодно, — закончил за Дина Сэм. — Особенно после последних событий. — Как Кевин? — спросил Дин после недолгого молчания. — Он до сих пор в шоке. Некоторые морои за всю свою жизнь не попадали ни в какие передряги, а ему всего-то двадцать лет, но уже такое повидал. Мужчины дошли до, так называемого, «минус первого» этажа, где держали всех заключённых. Сэм решил остаться снаружи, а Дин прошёл внутрь. У дверей стояло двое стражей. Все камеры были пусты, кроме одной. На самом деле, это место нельзя назвать тюрьмой. Многие люди живут хуже, чем заключённые в академии. — Здравствуй, Дин. Я уже заждался, — послышался ехидный голос Дика. — Чего тебе надо? — грубо поинтересовался Дин. — Я совершил ошибку, не убив тебя раньше. Думал, ты не будешь создавать особых помех. — Что же, сочту это за комплимент. — Знаешь, я ведь готовился к этому очень и очень долго, готовил Кастиэля к его предназначению. Подбрасывал ему почти мёртвых животных, чтобы он мог их излечить, но ты всегда ему мешал, а звери умирали. Я хотел намекнуть ему… — Пять жертвоприношений, как пять стихий. Мы уже догадались, — прервал Дика дампир. — Но потом я понял, что он сможет излечить кого-то, если ты не будешь мешаться под ногами, поэтому ты стал моей жертвой, — сначала Дин непонимающе смотрел на Дика, но потом оно резко накатило волной на стража. Он ошеломлённо взглянул на Дика. — Тогда… моя нога… — Да, я ведь управляю землёй. Ты сломал ногу, провалившись в небольшую яму. Она не несёт никакого вреда, но если всё правильно рассчитать, то произойдёт то, что уже произошло. И Кастиэль показал себя, ведь он не мог не вылечить дорогого ему человека, — Дин буравил взглядом заключённого, мысленно мучая его медленными пытками. — Я восхищён тобой, Дин. Ты собрал столько дампиров, чтобы спасти Кастиэля, но тобой ведь тогда повелевали чувства, а не разум. Я стал замечать это почти сразу же, как тебя приставили к Кастиэлю, и это мне сыграло на руку. Я мог манипулировать вами, как мне было угодно. — И зачем ты мне это всё рассказываешь? — хрипло произнёс Дин. — Раз уж мне всё равно не выйти отсюда, то я могу поделиться с тобой правдой, не так ли? — Дин ничего не ответил. Он не хотел разговаривать с этой ошибкой природы. — Я знаю, что тебе нужно: поцелованные тьмой, — Дин старался не смотреть на Дика с явным интересом, но, кажется, у него ничего не получилось, судя по гадкой ухмылке Дика. — Ты ведь знаешь, что Кастиэль излечил тебя во время аварии? — Дин медленно кивнул, не понимая, куда ведёт Дик. — Но дело в том, что ты не был жив в момент излечения, ты умер, получив поцелуй Тьмы. Да, ты поцелован тьмой, потому что пересёк порог смерти, побывал на той стороне и вернулся. Думаешь, такой опыт не оставит отметины в душе? Восприятие жизни и мира у тебя обострено даже больше, чем у меня, хотя, возможно, ты и не осознаешь этого. Практически, ты уже был в объятиях смерти. Кастиэль отогнал смерть, потому что хотел вернуть тебя и навсегда привязать к себе. Какая-то часть тебя всегда будет помнить эти объятия, поцелуй смерти, всегда будет цепляться за жизнь и все, что она может дать. Вот почему ты так безрассуден в своем поведении, не сдерживаешь чувств — ни страсти, ни гнева. Вот что создало вашу связь. Его чувства всегда изливаются на других, но большинство людей не «ловят» их, если только он не добивается этого, сознательно прибегая к принуждению. А вот ты имеешь восприятие на уровне экстрасенсорного… в особенности, в отношении Кастиэля. — Он вздохнул почти с довольным видом. Мозаика медленно, но верно выстраивалась в голове Дина. Анна была поцелованной тьмой, а Владимир — магом духа, она всегда знала, что у него было на уме и сердце, а Дин после аварии стал чувствовать присутствие Каса в своей голове. — Владимир избрал Кастиэля, а Кастиэль избрал тебя, и вашу связь нельзя разорвать — Тьма не даст второго шанса, — у Дина перехватило дыхание, закружилась голова. Он не знал, куда себя деть, что ответить и что делать. — Мне надо выпить, — еле выдавил из себя Дин. Он взглянул на Дика, который сверлил взглядом какую-то точку позади дампира, и обернулся, увидев перед собой Эдгара. — Твою ж мать, — выругался Дин, заметив красные глаза Эдгара. Чёртов засранец обратился в стригоя. Дампир вынул кол из ножен и хотел встать в стойку, но не успел, потому что Эдгар ударил его так, что Дин отлетел в сторону и ударился о стену. — Ты достал ключи? — спросил Дик у Эдгара, и второй достал их, весело позвякивая. Дина чуть не стошнило от увиденной картины. Он хотел просто стереть из памяти весь этот разговор. — Ах ты сукин сын, ты заставил своего сына обернуться в немёртвого?! — прошипел Дин, поднимаясь на ноги. — Какой частью тела ты думал?! — Я сделаю всё для Отца, — словно робот, отозвался Эдгар, ответив за своего папашу. Он выпустил Дика из камеры и устремил взгляд своих кровавых глаз на Дина. Он в мгновение ока оказался прямо перед стражем и приготовился к удару, но Дин вовремя среагировал и перехватил руку Эдгара, заламывая её. — Сэмми! — крикнул Дин так громко, что половина академии, как минимум, слышала это. Он не увидел Сэма, который обеспокоенно ворвался в помещение, поправляя свои волосы, потому что был занят Эдгаром, который норовил укусить Дина. Стригои всегда напоминали ему комаров. Больших комаров. Очень больших и смертельно опасных комаров. Они всё норовят тебя укусить и высосать твою кровь, но если они начнут, то не остановятся, пока в твоём теле не останется ни грамма жидкости, пока ты не станешь иссушенным мешком с костями. Эдгар занёс ещё один удар, но Дин увернулся. Если бы Эдгар был обычным человеком, то Дин мог бы долго изводить его, но он — стригой, не нуждающийся в отдыхе, он априори не умеет уставать. В следующую секунду тело Дика Романа покатилось кубарем по лестнице, а Сэм присоединился к Дину, но второй оказался прижатым к стене, судорожно пытаясь вдохнуть, потому что Эдгар сжимал его шею руками. — Эй! — крикнул Сэм, когда Дин уже был на грани потери сознания. Эдгар опустил Дина, и тот глубоко вдохнул, пытаясь восстановить дыхание. Он посмотрел на Сэма, рука которого истекала кровью. Отвлекающий манёвр. Эдгар рыкнул, как зверь, и этот рык был очень знаком Дину: стригои были тупыми и вечно голодными животными, которые на кровь реагировали, как бык на красную тряпку. После обращения душа обернувшегося терялась, его человечность, эмоции, чувства и всё то, что делало его человеком, испаряется. Это лишь машина для убийств. Дин бесшумно подобрал клинок, который уронил, когда Эдгар схватил его, и одним точным и быстрым движением вонзил его в сердце стригоя. На секунду Эдгар напрягся всем телом, но стоило Дину вынуть клинок, как стригой упал на пол, словно безвольная тряпичная кукла. — Ты в порядке? — спросил Дин, внимательно изучая рану Сэма, который активно закивал головой. — Он жив? — Дин кивнул в сторону Дика, и Сэмми снова кивнул. — Я просто сильно ударил его по голове. — Он этого заслужил, чокнутый засранец, — пробурчал Дин, отпустив руку Сэма. — Ты точно в порядке? — Дин, — Сэм осуждающе посмотрел на дампира, — я не маленький, переживу… идиот, — тихо в конце добавил Сэм. — Сучка, — машинально ответил Дин. Мужчины вызвали группу зачистки и наблюдали за тем, как очнувшегося Дика Романа снова запирают за решёткой, а тело Эдгара выносят из тюрьмы. Дику, кажется, совсем было плевать на сына. Он больше волновался не о том, что его плоть и кровь стала чудовищем, а потом умерла, а о том, что он не сможет долечиться и будет чахнуть в тюрьме. Дин мог понять стригоев — они убивали, потому что в них не было ничего, кроме этого неутолимого голода, но люди… Дин не понимал их: они, будучи в здравом уме, действовали хуже самых настоящих чудовищ. Стоило Дину открыть дверь в палату Каса, как на него обрушилась волна радости, которая вскоре сменилась беспокойством. Дин хотел было всё объяснить, но на мгновение его разум затуманился, а потом он стал видеть, словно не своими глазами. Дампир видел самого себя, застывшего в дверях, державшегося руками за косяк. Рядом спиной стоял Сэм, но Дин был уверен, что Сэм стоит лицом к нему. Кас. Дин видит всё глазами Каса. — Кас, пожалуйста, успокойся, ты… ты сбиваешь меня. — Что с твоими глазами? — спросил Сэм. Дин увидел через Каса, что его радужная дужка посветлела и стала пастельно-зелёной, как у слепых. Это было практически так, если не считать того факта, что Дин видит мир глазами другого человека. Дин медленно подошёл к кровати Каса и сел на колени перед ней, взяв руки мороя в свои. Он видел своё лицо вблизи, и дампиру казалось, что он в реальности выглядит не так, каким его видит Кас. — Кас, я здесь, всё в порядке, просто успокойся, и я всё объясню. Расслабься, мне надо быть в себе, чтобы всё объяснить, — Дин удивлялся тому, что мог говорить в таком состоянии. Дампир почувствовал некое облегчение и, сморгнув, расслабился, потому что он видел больше не своё лицо, а лицо Каса. — Я, пожалуй, пойду, — подал голос Сэм, демонстративно откашлявшись. Дин совсем забыл о его присутствии, пока бегал из одного сознания в другое. Он был благодарен другу за то, что тот не стал вмешиваться, но это не означало, что Сэм не начнёт докапываться позже. — Эдгар мёртв, — начал Дин и почувствовал… ничего. Касу, кажется, было плевать, он волновался только за Дина. — Он обратился в стригоя по приказу своего отца. Ну, ты видишь последствия на мне, — усмехнулся дампир, наблюдая за каждой эмоцией на лице Каса. Если бы он мог говорить сейчас свободно, то мороя слышала бы вся Монтана, но он молчит. Дину пришлось рассказать и про подставы Дика, и про поцелованных тьмой, не забыв упомянуть, что теперь он сам является таковым. Кас чувствовал смятение и растерянность, и Дин его прекрасно понимал. Не каждый день узнаёшь, что ты должен был умереть, но тебя чудом спасли. — И ещё, Кас. Я могу рассказать об этом Сэму и Кевину? Они ждут объяснений всему произошедшему, — Кас нахмурился и явно что-то обдумывал, но в итоге еле заметно кивнул, не отрывая взгляда печальных глаз от Дина. Снаружи дампира ждал Сэм, который сразу же подскочил на месте, увидев Дина. Зачем он всё это время ждал здесь? — Пошли к Кевину, — сразу сказал Дин. Сэм лишь изогнул одну бровь, но без лишних слов повёл друга к своему морою, который тоже лежал в больнице: его положили на обследование, когда узнали о случившемся. Сэм постучал в дверь и открыл её, услышав разрешение зайти внутрь. — Привет, Сэм! — улыбнувшись, поздоровался Кевин, но, увидев Дина, его лицо в мгновение ока приняло испуганный вид, и он сам чуть не отскочил к стене. — Что ты… — Эй, эй, не надо меня бояться, — Дин выставил руки вперёд в примирительном жесте, но Кевин смотрел на него, как на какого-то монстра. — Я пришёл всё объяснить. Пожалуйста, просто выслушай меня. На моём месте мог бы быть Кас… Кастиэль, но он не может разговаривать и передвигаться сам, поэтому я вместо него, — Дин опасался способностей мороя: он мог потерять контроль и поджечь что-нибудь. — Как он меня излечил? — спустя несколько томительно долгих секунд спросил Кевин с надрывающимся голосом, и Дин вздохнул с облегчением. Первым шаг уже сделан. — Сэм, думаю, тебе тоже будет полезно знать. Я получил разрешение Каса. Кас не «бракованный» морой, как все считали. У него есть особые силы, которые были у святого Владимира: Кас может лечить людей. В книгах это называют духом. И тогда у дома Романов он излечил тебя, применив свой дар, Кевин. — Тогда, в аварии, он тоже излечил тебя? — задал вопрос Сэм, нахмурив брови. Было видно, что он не особо во всё это верит и пытается переварить полученную информацию. — Да. Я должен был умереть, но он спас меня. — Излечение. Это все его способности? — продолжил Сэм, немного помедлив с вопросом. — Нет. Он умеет ещё внушать, — Дин машинально потянулся к руке, которую когда-то приказал полоснуть клинком Кас. Дампир усмехнулся своим мыслям: ещё год назад он знать не знал ни о каких поцелованных тьмой и духом, а теперь сам является одним из них, да ещё и подопечный находится в этом злосчастном списке. Сэм, конечно же, заметил этот жест и стал буравить Дина своим взглядом «потом погорим об этом, ты всё равно не отвертишься». — Мы отойдём на минтку, — обратился Сэм к Кевину и вышел из палаты. Сейчас будет взбучка, Дин знал это. — С тобой всё в порядке? — спросил Сэм, стоило им выйти из палаты. — Да, всё отлично. Ты же сам знаешь. — Нет, Дин, физически ты в норме, но как ты? — Сэмми, со мной всё хорошо, просто… кое-что случилось той ночью, — Дин помедлил перед началом рассказа. Он не знал, как воспримет всё это друг, но очень надеялся, что более или менее лояльно отнесётся к этой ситуации. — Я должен был умереть, я не мог выжить, но Кас… он исцелил меня. Из-за меня он сейчас лежит под капельницей и не может даже нормально разговаривать. Последние сказанные им слова были вопросом о моём самочувствии и извинения за то, что лежит в таком состоянии. Чёрт возьми, это я должен просить прощения и спрашивать его о самочувствии. Этот идиот чуть не убил себя ради меня и смеет просить прощения за то, в чём он не виноват, — дампир поднял взгляд на Сэма и закатил глаза. — Только не смотри на меня своим щенячьим взглядом. Знаешь же, что на мне это не работает. — Ты же помнишь речь священника на воскресной службе? — Конечно, столько лет он говорит одно и то же, как тут не запомнить? — Поцелованная тьмой Анна. Владимир обладал духом, и он излечил её, когда она оказалась на грани смерти. Между ними появилась связь, которая теперь есть и между нами с Касом. Я могу чувствовать то, что чувствует он, слышать его мысли и видеть его глазами. Это так странно, будто внутри тебя всё заполнено, но при этом ты можешь отличить свои чувства от чужих. — Откуда ты это всё знаешь? — Про дух мы узнали из старых книг и свитков: устроили как-то поход в библиотеку; про поцелованных тьмой мне рассказал Дик. Сегодня, — Сэм выглядел озадаченным: это было видно по его нахмуренным бровям, между которыми появилась небольшая складочка, по опущенным вниз глазам и поджатым в одну линию губам. — Я почти ничего не знаю о твоей новой жизни, — как-то печально констатировал Сэм. — Ты знаешь меня так, как не знает никто другой. Просто мы уже не дети, у нас есть свои жизни… относительно свои, но у тебя есть подопечный, как и у меня. Мы не можем снова видеться так же часто, как и раньше, и… — Дин не успел договорить: Сэм сгрёб его в охапку и сжал в крепких объятьях. — Сэмми, ты чего? Send your dreams Where nobody hides. — Может, мы и отдалились друг от друга, но я бы не знал, что делать без тебя. Я рад, что ты жив, — Дин не смог сдержать тёплой улыбки. Наверное, это то самое чувство, которое испытывают отцы, когда их сыновья говорят им похожие слова. Дин вырастил Сэма, заменил ему отца и брата, и сейчас Дин осознал, что он тоже дорог этому двухметровому широкоплечему мужчине, который когда-то был маленьким сосунком, который ничего не мог сделать без него. Give your tears To the hide. — Ну ладно уже, хватит телячьих нежностей, — похлопав друга по плечу, произнёс Дин. На самом деле он не хотел отстраняться от Сэма, но не мог показать свою слабость. — Надеюсь, Кевин не будет в следующий раз так бурно на меня реагировать, — усмехнулся Дин. Thereʼs no end. There is no goodbye. Друзья разошлись каждый к своему морою. Дин открыл дверь в палату Каса, не удосужившись постучаться. Кас криво улыбнулся своему стражу, и дампир улыбнулся в ответ. Он сел на стул, стоящий рядом с кроватью Каса, и, взяв мороя за руку, стал рассказывать о том, как всё прошло с Сэмом и Кевином. Теперь всё будет иначе, и Кас с Дином это знали. Их ждут большие перемены. No time No time.*