Братство спецназа.

      Сергей вышел на улицу и присел на скамейку, через несколько минут ему на плечи легли женские ладони. Физик не оборачиваться, он и так прекрасно знал владелицу этих рук, но разговаривать сейчас не хотелось. Девушка прекрасно поняла его чувства, она обошла скамейку, присела рядом с парнем и положила голову ему на плечо. Сергей нашел ладонь Олеси и переплел с ней пальцы.       - Сереж, поговорим?       - Леська, дай мне придти в себя!       Олеся развернулась на скамейке, повернулась к Сереже, взяла его за руку и заговорила.       - Нам все равно придется поговорить! Просто выслушай меня, Сережка, прошу. Ты знаешь, мои родители погибли, мамина сестра меня знать не хотела, и я попала в детский дом. Сказать, что мне было сложно, это ничего не сказать. Я, выросшая в хорошей, интеллигентной семье, попала в жестокую среду, сама стала агрессивнее, жестче, потеряла веру в людей. За пять лет в детском доме я стала другим человеком, я поняла, в этой жизни мне терять уже нечего. Но за два года до выпуска судьба дала мне шанс - начать жизнь заново. Новый учитель физкультуры, который пришел к нам, был бывшим военным, боевым офицером, героем Афганистана и Чечни. Он рассказывал нам истории своего боевого прошлого, и, незаметно, вокруг него собралась активная группа из десяти человек. Я была единственной девушкой в этой группе, но чувствовала себя абсолютно спокойно, впервые после смерти родителей, я чувствовала, что ни одна. Ребята стали для меня друзьями, мы все свободное время были вместе, никто не понимал этой дружбы, ни преподаватели, ни дети. Десять человек, которые почти не общались друг с другом раньше стали не разлей вода. Через три месяца Александр Михайлович договорился с директором и создал кружок военной подготовки, сначала на кружок ходили только мы, потом еще ребята подключились. Мы бегали, отжимались, стреляли в тире, разбирали и собирали автомат на время, занимались рукопашным боем и боксом, изучали военную историю и военную технику, учили азбуку Морзе. После выпуска из детского дома, все мы без труда поступили в военные школы и училища. Из нашей десятки два парня стали летчиками, еще двое поступили в Рязанское воздушно-десантное, еще один в Московское командное училище, два брата близнеца стали офицерами военно-морского флота, еще один стал танкистом, а мы с лучшим другом закончили школу разведки. Потом год работы на Кавказе, работа за границей, но как только появилась возможность, вернулась в родной город. Один раз, после выпуска из детского дома, я съездила к тете, хотела помириться, но не получилось, ни с кем из семьи тети я так и не общаюсь.       - Почему? Почему ты не сказала мне?       - А почему ты не сказал! Ответь себе на этот вопрос, и ты поймешь, почему я молчала.       - Леська, - Сережа обнял девушку и прижал к себе, - я так рад, что встретил тебя. И рад, что теперь мне не надо ничего скрывать от тебя. Я просто счастлив! Только теперь я буду очень за тебя переживать, ведь я не смогу защитить или спасти тебя, если что-то случится, я даже не узнаю, что с тобой.       Никто из ребят не заметил, стоящих у них за спиной бойцов Смерча и Анну Сергеевну.       - Ну, это как раз таки очень легко исправить, - улыбаясь сказал Батя, - мне как раз не хватает одного человека в группу, в деле мы тебя уже видели, поэтому добро пожаловать в нашу сумасшедшую команду!       - Ура! - Багира и Мура бросились обнимать девушку.       Через несколько часов вся группа Смерч была в КТЦ. Анна Сергеевна и Ума были хорошо устроены в мед блоке КТЦ, Бизон и Батя играли в шахматы, Физик сидел в палате у Олеси, ребятам было много о чем поговорить, Риф убежал в информационный центр знакомить Кота с Гюрзой, Багира и Мура пили чай в кабинете Риты. Наконец, впервые за последние дни все в центре были спокойны и счастливы.