Семейка экспериментаторов

      — Ты принёс вести, Северус? — холодный голос понизил температуру в помещении ещё на пару градусов и ещё больше увеличил напряжение, что наполняло зал.       — Да, — просто ответил зельевар. — Трелони, которую так тщательно скрывал Дамблдор, изрекла пророчество, — он на секунду замолк, будто что-то обдумывая, — предрекающее Ваше падение.       — В самом деле? — тихое шипение проскальзывало в словах Тёмного Лорда, а слегка прищуренные глаза выдавали его любопытство. — Как интересно. И что же смогла предсказать эта сумасшедшая?       Снейп медленно, не делая резких движений, достал из кармана мантии пустой флакон для зелья, а из другого вытащил свою палочку. Через минуту в руках Волдеморта был полный серебристой жидкости сосуд. Воспоминания его верного слуги. Превосходная задумка, Северус. Доверять всем присутствующим нет никакого смысла, тем более такого рода информацию.       Тёмный Лорд не спеша встал со своего импровизированного трона, что находился на небольшой возвышенности у одной из стен этого величественного зала, перед искусно расшитым гобеленом с огромной серебристо-зелёной змеёй. В этом же зале вдоль левой стены стоял длинный стол из чёрного дерева со всевозможными предметами, к нему-то Волдеморт и направился. В основном там были документы, несколько древних книг по тёмной магии и внушительная научная лаборатория. По правую сторону от стола стояли два стеллажа из того же чёрного дерева, на полках которого было достаточное количество ингредиентов и книг.       Давно приготовленный, Думосбор стоял на отдельной подставке у левого края стола. Сегодня его Пожиратели были на миссиях, и отчёт о проделанной работе предоставляли в таком виде. Это очень удобно: никаких тебе бумажек или, не дай Мерлин, «самолётиков а-ля Министерство».       Серебряная подвижная жидкость, похожая на ртуть, плавно покинула «объятия» флакона. Отложив его в сторону и неуловимо быстро достав палочку, с глубоким научным интересов в глазах Лорд прикоснулся ей к новому яркому пятну в чаше.       «… Грядет тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда…»       «… Рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов…»       «… Рождённый на исходе седьмого месяца…»       «… И Тёмный Лорд отметит его, как равного себе…»       — Здесь не всё пророчество, верно, Северус? — заключил Волдеморт, когда воспоминание резко оборвалось.       — Да, — уверено и спокойно ответил зельевар, не пытаясь даже оправдаться.       — Потрудись объяснить, — не повышая голоса, приказал тёмный маг, в упор глядя на собеседника, и неожиданно добавил. — Если не трудно…       — Это было случайностью, — туманно начал Снейп, но почти тут же уточнил. — То, что я услышал это пророчество.       — Действительно. Это же было заведение «Три метлы», верно? — предположил Волдеморт.       — Да, — так же односложно, как и до этого, ответил Северус. — Там и спрятали Трелони.       — Очень неосмотрительно, — Лорд заметил, что Снейп почему-то старательно тянул время. Это начинало его раздражать. — Продолжай.       — Я не ожидал, что смогу найти её там. Как Вы видели, я выполнял Ваше поручение…       — Северус, просто скажи мне, почему пророчество неполное? — внешне спокойный, но уже порядком вышедший из себя «темнейший маг современности», резко оборвал бессмысленную речь зельевара. Но почти тут же его вдруг осенило. — У тебя уже появилось предположение, кто этот ребёнок, верно?       — Да, — этот ответ тоже уже начинал раздражать Лорда. Ему нужны были подробности, личные соображения зельевара на счёт пророчества и тех, о ком оно возможно было сказано, а не простая констатация факта. Он попытался внезапно «прочитать» Северуса, но кроме тех воспоминаний, что получил добровольно, ничего полезного за короткий "поверхностный осмотр" не нашел. А в совокупности с предыдущим ответом, который определённо был правдив, это только сильнее разогрело любопытство Темнейшего.       — А неполное оно потому, что провидица неожиданно замолкла, что я посчитал, как факт того, что меня обнаружили, — чуть поспешно, чем обычно, ответил Снейп. Однако, поняв, что его больше не проверяют, продолжил в прежнем, неторопливом темпе. — Что же касается моих заключений по поводу содержания пророчества… Не имею ни малейшей догадки.       — И сразу же поспешил ко мне с этой новостью? Хм, — его всегда верный зельевар, определённо скрывал от него информацию. Вполне вероятно, есть кто-то из близкого окружения, подходящий под описание. — У тебя определённо есть какие-то выводы на счёт пророчества. Не бойся, выскажи их. Обычно они всегда верны. Взять хотя бы то, что ты обнаружил странное исчезновение этой сумасшедшей и смог достать такую... интригующую информацию.       Но Снейп не успел ничего высказать на этот счёт, так как в двери зала постучали, и довольно нервно. Оно и понятно: внезапно отвлекать Тёмного Лорда было крайне чревато для здоровья и психики, даже если он сам вызвал к себе, а тем более, когда не вызывал. Стук повторился, но уже более уверенно, визитёру явно не терпелось что-то предоставить хозяину. Волдеморт вернулся к своему «трону», которым являлось высокое, обитое черным бархатом кресло с посеребрённым деревом, и негромко, но чётко сказал:       — Войдите.       Северуса же, что до этого стоял в центре зала, Лорд и взглядом не удостоил. Зельевар и сам понял, что их «разговор» ещё не окончен и, хоть расслабляться было рано, он всё ещё является «приближённым», а поэтому немедленно встал за спинкой кресла и тьма, что явно имела магическое происхождение, частично укрыла его от внезапных гостей.       Одна из створок двери раскрылась наружу, и в зал, звонко стуча каблуками сапог о чёрный мрамор пола, вошёл Долохов, на вытянутой руке таща с собой какого-то маленького, словно тряпичная кукла, человечка. Эта картина вызвала у зельевара отвращение, так как он почти сразу же узнал, в этом «человечке» Питера. Питера Петтигрю.       Зельевар отошёл ещё дальше в тень и приготовился держать себя в руках, хоть и какая-то его часть уже понимала, чем всё это может закончится. От бессилия в горле образовался противный, мешающий дышать ком. «Нет! Они не могли назначить его Хранителем. Настоящим Хранителем точно является Блэк. Поттер доверяет ему больше, чем кому бы то ни было ещё. Он не мог выбрать кого-то другого. Да Дамблдор бы этого не допустил! Он не мог!» — паника затопила весь разум Северуса. Ему оставалось надеяться, что Петтигрю просто глупо попался и он ничего смертельно опасного выболтать не сможет. Впрочем, как оказалось позже, такие надежды были зря.       — Мой Лорд!.. — глаза Долохова горели маниакальным подобострастием, а руки сильнее стискивали «добычу», которая хоть и смотрела исключительно себе под ноги, но уже не казалась такой забитой, как на первый взгляд. Максимум, немного потрёпанной после нескольких аппараций. — Я!.. Я привёл к Вам… ценный источник информации!       — В самом деле? — скучающе протянул Волдеморт, безобидно крутя и перебирая палочкой в своих длинных сильных пальцах, будто бы всё происходящее его ни сколько не заботило. Северус совершенно не был в этом уверен. — И что это за информация?       Долохов толкнул Петтигрю вперёд, но перед этим что-то шепнув ему. Питер заметно нервничал, продолжал прятать глаза, заламывал пальцы и, кажется, что-то говорил сам себе. Но вдруг резко поднял голову и так же, как и Долохов до этого, подобострастно, иногда срываясь и заикаясь, начал говорить:       — Л… Лорд. Я… я — Хранитель Поттеров… Я знаю… Где их можно… найти.       — И? — после продолжительного молчания Петтигрю поинтересовался Волдеморт. — Это разве «ценная информация»?       — Есть пророчество... оно не совсем недавнее... скорее всего, вы уже его слышали, но не знали, откуда может придти угроза... — смутно начал Питер, теребя в рука край грязной мантии и явно пытаясь взять себя в руки.       «Заткнись, трусливая крыса! Тебе просто нужно было забиться в грязный угол и держать язык за зубами! Зачем? Зачем ты это делаешь?», — Северус считал, что чем дольше Лорд не будет знать о пророчестве, о ком оно может быть, тем меньшая вероятность, что он целенаправленно обрушит на них все свои силы. Как же он ошибался. А сейчас у зельевара не было ни малейшей возможности предупредить, ведь в Тайну он посвящен не был, а даже если он успеет каким-то чудом добраться до совы, не факт, что сообщение дойдёт вовремя. Вокруг были одни тупики и он снова не знал, как ему выбраться.       — И тот м-м-мальчик, который см-м-может.., — продолжал заикаться Питер, испытывая терпение окружающих.       — Довольно, — резко оборвал мямляние Лорд. — Итак. Значит, Поттеры?       — Д-да, — быстро подтвердил Петтигрю. — Их ребёнок родился тридцать первого июля. Я… являюсь их Хранителем, настоящим Хранителем! Это не Блэк! Эта псина всего лишь хочет Вас поймать и... и Я могу провести Вас к ним…       — Долохов, свободен, — холодно отозвался Лорд. И продолжил: — А тебя, «источник», теперь я внимательно слушаю.       Как только за Пожирателем закрылась дверь, Питер как на духу выдал все подробности. Где спрятали Поттеров, какие заклинания наложили и что нужно знать, чтобы можно было к ним попасть. Безусловно, не обошлось и без увечий. Наглая крыса думала, что раз своим предательством удостоилась личной аудиенции у Тёмного Лорда и владела «значимой» информацией, является хозяином положения и может претендовать на какие-то поощрения. За что и поплатилась немедленной агонией Круцио. А когда дрожащий и всхлипывающий комок, решился на слабую попытку сбежать, его настигла беспощадная, как сама Смерть, Нагайна. Гигантская змея, с поразительной скоростью, обвила ослабшее после проклятья тело, сжимая кольца всё сильнее по мере продвижения к шее жертвы. В тот же момент, как кости предателя перестали выдерживать змеиную мощь и с громким хрустом ломаться, жалкие поскуливания Хвоста резко сменились на жуткий булькающий вопль, который стал напоминать инфернальные завывания, когда жуткое чудовище всё же соизволило вцепиться своими клыками в сонную артерию предателя.       — Значит, Поттеры. Любопытно, — повторил Тёмный Лорд, когда Нагайна начала неторопливо уползать куда-то в тёмные недра за «троном». — Что ты думаешь об этом, Северус?       Но зельевар не ответил. И Лорд обернулся к нему. Снейп, с неестественно прямой спиной, едва дыша и чуть прищурив глаза, смотрел на то место, где ещё недавно стоял Петтигрю, а сейчас красовалась пара тёмно-красных росчерков, влажно поблёскивающих на чёрном мраморе.       «Пахнет сильным страхом», — сыто отозвалась Нагайна, устроившись в своём гнезде.       «Вот как. Очень сомневаюсь, что он боится меня. Или того, что только что случилось. Судя по всему, этот предатель говорил правду. Так вот что ты скрывал от меня, Северус...»       — Ты знаешь их, верно? — ответ не заставил себя ждать.       — Да, — отрешенно, будто бы это сущая мелочь, отозвался Снейп. Однако обреченность, которая прорвалась, когда он продолжил, честнее говорила об его состоянии. — Это не означает, что именно их ребёнок является тем, о ком говорится в пророчестве…       — Мы не можем знать этого наверняка, — отрезал Лорд. «Вот и всё. Приговор. Я ничего не могу сделать... Если только...»       Очень быстро, но недостаточно, чтобы Волдеморт не заметил движения, зельевар занял место, где недавно стоял Петтигрю и, как самый ужасный грешник, упал на колени и молитвенно сложил руки, мысленно прощаясь с друзьями и слушая, как его слизеринская часть презрительно вещает о том, насколько он жалко выглядит. Он быстро, но чётко, пока не упущено время, говорил:       — Я Вас прошу… Нет. Умоляю! Пощадите их… Её. В мире, безусловно, много детей, которые могли родиться в конце июля. И не обязательно, что в пророчестве говорится о тридцать первом числе. Огромное количество вероятностей. И их… — но эта отчаянная речь была неожиданно прервана «тактичным покашливанием» Темнейшего.       — Северус, встань с колен, — Тёмный Лорд выразительно взглянул на сорвавшегося зельевара. — Ты вполне способен вспомнить, как следует подумать и, надеюсь, понять, что я — не абсолютное, жаждущее реки крови, чудовище и даже могу решать проблемы без кровопролития. Верно? Или нет?       Голос его был проникновенен, спокоен и покровительствовал. Он внушал уверенность, уважение и страх, но не перед его жестокостью, а силой и умом. Северус поднялся с колен и не мог поверить в то, что Лорд говорил с ним именно так. Он не ожидал ничего подобного и действительно считал его именно «чудовищем». Умным, хитрым и расчётливым, но «чудовищем». Глубоко вздохнув, зельевар сумел взглянуть ему в глаза. В них не было жажды немедленной расправы над потенциальной угрозой, нет, был только странный интерес. Как у ребёнка, который впервые увидел лягушку изнутри. Или у учёного, который внезапно открыл что-то доселе неисследованное.       — Ты правильно заметил, мы не знаем наверняка о ребёнке Поттеров говорится в пророчестве или нет. Поэтому, мы лишь посмотрим, удостоверимся, так сказать, — но эти слова не возымели успокаивающего эффекта, поэтому Волдеморт решил зайти с другой стороны. — Ты не глуп Северус — это мне в тебе очень нравится. Вот только памяти тебе не хватает. Ты же знаешь, я не могу позволить себе убить невинного ребёнка, тем более волшебника. Ведь дети — это наше будущее. Я клянусь тебе, что не трону дитя Поттеров или его родителей, если они не будут мешать, понимаешь?       Единственное, что такой в ситуации Северусу оставалось делать, так это либо не согласиться с Лордом и, в лучшем случае, остаться тут просто запертым, либо согласиться, аппарировать вместе с Волдемортом в Годрикову Впадину и уже на месте думать, как помочь Лили и Джеймс Поттерам.