Truly, madly, deeply

Проснулся Джереми уже в полном одиночестве. Было совсем не холодно, все вполне хорошо. Да, наверное, лучше болеть, когда кто-то есть рядом. Вот только…, а куда, собственно, подевался первородный? Не примерещился же из-за высокой температуры? Нет, конечно же. Все, вроде бы, было вполне реальным. Вставать с кровати не хотелось, но пришлось из чистого любопытства. И… Древний обнаружился почти сразу. С телефоном. И разговор шел на довольно повышенных тонах. По одному лицу первородного было понятно, что его все бесит. Вот прямо раздражает. Гилберт предпочел пойти и попить чаю или хотя бы воды. В горле пересохло сильно. А Остин потом сам все расскажет, однозначно. Тем более, теперь, когда в голове у охотника более-менее прояснилось, его много чего заинтересовало. Как Остин попал в дом без приглашения, зачем его послал Клаус, как они все вообще узнали об отъезде младшего Гилберта, где младший первородный жить собрался. И самый главный вопрос. Почему Остина Майклсона так любят эти дикие бродячие коты, которые на Джереми смотрят так, как будто убьют сейчас. Ну, а что еще делать с Древним? Только поговорить. Выгнать его явно невозможно, попытаться убить опасно для своей жизни. Слухи о том, что Остин любимый брат Клауса, определенно были правдивыми. Нет, лучше не рисковать. Да и к тому же, от первородного, вроде бы, есть польза. Ожидание охотника было прервано звонком его же телефона. На экране высветилось «Елена». Молясь всем высшим силам, чтобы не закашлять невовремя, Гилберт принял вызов. — Доброе утро, Елена, — надеясь, что голос не звучит слишком хрипло, начал Джер. — Что-то произошло, мне можно вернуться обратно? — Нет, я просто звоню спросить, как у тебя дела, — засмеялась девушка. — Что-то ты хрипишь сильно. Неужели заболел? Только проблемы снова поступили от Остина. Елена точно услышала, как он киданул телефон в стену, а потом и ругательства на разных языках. Старшая Гилберт молчала. Младший тоже. А потом он, бормоча невнятные извинения, поспешил бросить трубку. Сколько опять придется объяснять… Майклсон, кстати, бесился. Сильно. Даже клыки выпустил, что Джереми категорически не нравилось. Но потом, словно опомнившись, Остин все-таки успокоился. — Напиться и забыться, — бросил он, прежде чем исчезнуть из дома. Джер вздохнул. Кажется, ответов на свои вопросы он не узнает никогда. Тем временем телефон был готов раскалиться. Елена звонила очень упрямо. Голос Остина она явно узнала, и неизвестно, что еще себе придумала. Младший Гилберт до сих пор так и не убедил ее в том, что про их секс Майклсон нагло соврал. Ну вот раньше же, ну вот было все нормально. Относительно спокойная жизнь. Насколько это возможно в Мистик-Фоллсе. А тут бац, и появляется вот это. Рушит все представления о первородных, любит кошек и заботится непонятно почему. То, что Джереми ничего не понимал, стало для него уже привычным состоянием. Вернулся, кстати, Остин вечером. Опять к Джеру. И именно тогда обнаружилась еще одна фишка Древнего. Оказалось, что «напиться и забыться» в его понимании — выпить пару литров чая, съесть несколько тортов и бесконечное множество пирожных. Так Гилберт еще не смеялся никогда.