Truly, madly, deeply

— Как твои дела? — Голос Клауса звучал намеренно-равнодушно. — Прекрасно. По крайней мере Джер уже сам убивает вампиров, а не я их добиваю. Только массовые пропажи привлекли внимание полиции. Весь день сегодня гулял в участке с внушением, — вздохнув, откликнулся младший первородный. Он прекрасно понял истинный смысл такого вопроса. — Джер говорит, что татуировка растет. По завитушке. Я как понимаю, он тоже не в курсе, что она значит? Да, Никлаус так и не посвятил брата во все подробности. Просто недавно отправил сообщение с намеком о том, что стоит научить Гилберта чему-то. Ос не задавал вопросов, просто выполнял этот приказ-просьбу. А сейчас вдруг проснулось его детское любопытство. — Это карта, — через несколько мгновений произнес старший из братьев. Не видя младшего, Клаус был готов поклясться, что у того уже горят глаза. Стало интересно. — Тогда ты… отстранился от нас. В то время Ребекка познакомилась с Александром. Он был членом братства Пяти, проще говоря — охотником. Они узнали о том, кто мы, захотели нас уничтожить. Начали с кинжалов с пеплом белого дуба. — Идиоты. Хотя нет, дилетанты. Даже меня не вырубишь кинжалом, а тебя тем более. Хоть бы колья нашли, — театрально обреченно вздохнул Остин. Только потом до него дошло, к чему старший рассказал это. — То есть стой. Было братство охотников, которые убивают вампиров. И Джереми один из них? — Ты поразительно догадлив, — засмеялся Клаус. — Тогда, при знакомстве с Александром, мы узнали о существовании лекарства. Лекарства от вампиризма. Цель охотников из братства — уничтожить мифического Сайласа, заставив его выпить лекарство. А татуировка — карта, повторюсь. Но ее видят только сами охотники. Это ты уже, думаю, понял. Остин замолчал. Нужно было переварить полученную информацию. Времени мало, потому что нельзя же висеть на телефоне вечность. Да и мало ли, вдруг замученный Джереми вдруг внезапно проснется. Младший Майклсон привык к тому, что его родной брат — гениален. Он просил Оса проследить за Гилбертом намеренно. Клаус знал, что его брат легко установит довольно теплые отношения с юным охотником. Знал, что Остин сделает все. Все было продумано заранее, до мелочей. И теперь старший Майклсон продолжал посвящать брата в подробности своего плана. — Как… как он доделает карту? .. — Было понятно, что нужно Никлаусу. Готовая карта. Поэтому он просил младшего обучать Джереми. Только сам Гилберт видит свою татуировку. Здесь снова пригодится дружба с ним. — Нужно просто убивать вампиров. А когда карта будет у нас… мы получим лекарство. — Кто его выпьет? Ребекка? — недоуменно вопросил Остин. Клаус любил Бекку, Элайджу, Кола, может быть даже Финна. Ос был близок в семье только с Ником, но знал, как сильно сводная сестра мечтала о нормальной жизни. Младшему Майклсону казалось, что отдать лекарство ей вполне логично. Но неизвестно, как решит Клаус. А он поступил несколько эгоистично. — Лекарство выпьет Елена. С помощью ее крови я смогу вновь создавать гибридов. — Хорошо. Я помогу тебе, — уверенно пообещал младший первородный. Он снова замолчал на несколько секунд. Клаус понимал, что брат чего-то хочет. — Пообещай мне, что с ним все будет в порядке. Конечно, это было ожидаемо. Остина девушки почти никогда и не интересовались. А тут хорошенький Джереми, который, видимо, тоже довольно тепло относился к младшему Древнему. — Я обещаю. Мне нужна только его сестра. Мальчишка будет твоим. И, опять же, не думаю, что он будет рад, когда обо всем узнает, но это тебе думать. — Я сам разберусь. Мне шестнадцать, я самостоятельный и взрослый, — невозмутимо откликнулся Остин. - Все, прости, пора бежать. Джер проснулся. Удачи, все дела, заставь блондиночку стонать погромче. И потом телефонные гудки. — Остин Энсел Майклсон, что ты творишь? .. — вздохнув, вопросил Остин у самого себя. На самом деле он не знал, как потом объяснит все Джереми. Но терять Гилберта не хотелось. — Потому что теперь это мой Гилберт, — еще тише повторил Древний. Остин Энсел Майклсон. Как забавно. Энсел — так звали отца Клауса и Оса. Насчет Джереми можно подумать потом. А сейчас… Семья превыше всего. А семья Остина — Никлаус.