Постарайся выжить

- Эффи, не смей будить их. Эффи, отстань от ребят. Эффи, дай им поспать, - слышу я сквозь сон голос ментора. Не придаю этому особого значения – мне сегодня на Арену. Дайте выспаться! - Хеймитч! Это вопиющее нарушение манер! Она уже которую ночь проводит у него! А вдруг она забеременеет? – вопрошает сопровождающая. Сонными мозгами пытаюсь сообразить, о ком она говорит. - И у Китнисс, и у Пита с мозгами всё в порядке, - раздражённо отзывается Хеймитч, а меня будто кипятком обливают. Она говорит обо мне. Господи! Я резко вскакиваю, ошарашенно озираясь по сторонам. Я не в своей комнате. Более того, я не одна. Поворачиваю голову и натыкаюсь на растерянный взгляд всё ещё сонного Пита. Улыбаюсь ему и воспоминаниям вчерашней ночи. - Это кто там? – тихо спрашивает Пит, всё ещё сонно хлопая глазами. - Эффи. И Хеймитч. Обсуждают вероятность моего залёта, - отвечаю я, разминая затёкшую шею. Ладони Пита почему-то лежат на моей талии. Ну, и ладно. Вполне возможно, что сегодня мы умрём. - Мы ведь по-прежнему союзники? – спрашивает Пит, поглаживая мою спину. - Если ты этого хочешь, - тихо отвечаю я и обхватываю его шею ладонями. - Ты действительно думаешь, что я откажусь? - Ну, мало ли, - уклоняюсь от ответа я, опуская глаза. Пит ловит моё лицо руками, заставляя взглянуть в его глаза. - Китнисс, я никогда от тебя не откажусь. Слышишь, никогда, - говорит он, и я чувствую грустную улыбку на своих губах. - Ну, тогда хорошо, - произношу я и прижимаюсь к нему, поддавшись неведомому порыву. Его руки нежно обнимают мою спину. Мне так хорошо… Пит прижимается губами к моему лбу, и я едва сдерживаю порыв замурлыкать – настолько нежным и оберегающим было его прикосновение. - Ладно. Тебе пора идти, пока они не начали придумывать имя твоему будущему ребёнку – что-то мне подсказывает, что этого мы не переживём. - Нашему будущему ребёнку, - усмехнувшись, поправляю я Пита и выскальзываю из его объятий, наслаждаясь его ошеломлённым видом. * * * - Ищи воду – вода твой лучший друг, - торопливо даёт мне последние указания Хеймитч. Я киваю и сжимаю брошь Сойки, которую прицепил к моему костюму Цинна. - Ни за что не разводите огонь на открытой местности. Да я вообще не советовал бы вам разводить огонь – вы же не собираетесь становиться смертниками. Ну, разумеется, всё это понадобится, если вы не собираетесь умереть перед Рогом Изобилия. Ни в коем случае не бегите к Рогу Изобилия, Китнисс! Ни в коем случае. Даже если там будет лук, - прерывает он мои бесполезные попытки перебить его. Я нервно кусаю нижнюю губу. - Это понятно. - Понятно ей, - устало хмыкает ментор, проводя руками по лицу. – Лучше всего возьмите то, что будет прямо перед носом. Но не суньтесь в самое пекло. Я не хочу сегодня же возвращаться обратно в Двенадцатый. - Хеймитч, я не блондинка, - раздражённо хмыкает во мне Китнисс-охотница, возвращения которой так отчаянно добивался Пит. - Я заметил. Только не подвергай риску себя и парня, солнышко. Лифт тормозит, и мы выходим на ветреную площадку перед планолётом. - Последнее напутствие? – щурюсь от солнца я. - Постарайся выжить, - вспоминает нашу полушутку ментор. - Есть, сэр, - шутливо откликаюсь я, прикладывая ладонь козырьком к глазам. – В какой из этих планолётов должна идти я? * * * - Руку, мисс Эвердин, - просит симпатичная девушка, и я с опаской протягиваю ей ладонь. - Что это? - Датчик слежения. Так распорядители будут знать, в каком месте Арены вы находитесь, - охотно поясняет девушка, после чего переходит к следующему трибуту. Прямо напротив меня голубые глаза Катона – кучи мышц из Дистрикта-2. У, зверюга. Пытаюсь сравнить его с каким-нибудь зверем, но на ум приходит лишь тигр. Или лев. Прищуриваюсь и мысленно высчитываю, каким количеством стрел я могла бы завалить эту тушу. Получается, не менее трёх, если не в сердце. А если в сердце, то одну. И одну, если в глаз. Совсем как белку. Я усмехаюсь этой мысли. Парень оценивающе смотрит на меня. Думаешь, за сколько секунд ты меня одолеешь? А вот зря, кабан-переросток. И не таких мы с папой уделывали. Посылаю ему ухмылку поядовитее. Должно быть, Пит на другом планолёте. Их было три. Эта мысль меня нервирует. Когда нас выводят из планолёта и подводят к стилистам, то я инстинктивно оглядываюсь в поисках Порции. Её нет. Как нет и Пита. Чёрт. - Китнисс, ты здесь? – щёлкает пальцами перед моим носом Цинна. Я вздрагиваю и поворачиваю лицо к нему. - Здесь. - Будь внимательна. - Хорошо. - Пить хочешь? Или есть? - Нет. Хотя… Давай сюда воду. Цинна молча протягивает мне стакан, и я пью воду мелкими глотками. Есть не хочется, а вот вода нужна: кто знает, вдруг будет пустыня? - Хочешь поговорить? – спрашивает Цинна. Я качаю головой. - Боишься? Я хмыкаю. Мне не страшно. Если мы с Питом будем осторожными, то этот день мы переживём. - Я верю в тебя, Китнисс. Нам нельзя делать ставки, но, если бы у меня была такая возможность… Я поставил бы на тебя. - Спасибо, - благодарно улыбаюсь я. Механический голос женщины объявляет о том, что мне пора зайти в стеклянную коробку, которая перенесёт меня на Арену. Я поднимаюсь на ноги, обнимаю Цинну и твёрдым шагом иду в свою тюрьму на ближайших секунд тридцать. Раз, два, три… И лифт начинает подниматься. Я упираюсь пальцами в прозрачные стенки лифта и растерянно смотрю на Цинну. Он ободряюще улыбается мне. Поднимаю глаза вверх и тут же прикрываю веки, спасаясь от яркого солнечного света. Опоры под пальцами больше нет. Я раскрываю глаза и понимаю, что теперь моя жизнь будет находиться под постоянной угрозой. - Леди и джентльмены, 74-е Голодные Игры объявляются открытыми!