Разгон

Вода отходила и приходила, обволакивая грудь красноволосого парня. Вода дышала и дыхания у этой глотки хватило бы на взбучку бригаде кораблей. Сейчас Матсуока улыбался. Время, когда он носился взад и вперед, не находя цели и опоры, прошло. Сейчас он может двигаться вперед и... Просто лежать в его ванной. Тем временем хозяин ванны выудил коробку с надписью "Самые известные минеральные источники Японии и я" из-под кровати. То самое вместилище с фетишем, которое явно должно было попасть в книгу рекордов Гиннеса по количеству материала и в номинации "Самое глупое название". Наш гений правильно распределил время и достал с потайной коробки DVD со спрятанными между ними конвертами и вставил в портативный DVD-плеер. Пока гаджет издавал всем понятные потуги, Хару разглядывал конверты, немного разрешая пробегать себе рукой по охраняемыми бумажным щитом фотографиям. Он начал разделять основные фотографии "водного содержимого" от остальных. Наконец-то плеер загрузил диск и начал произвольное воспроизведение. Именно в этот момент лис залез в комнату и собирался уже окликнуть рыбку, как увидел невообразимо потешную и немного смущающую ситуацию. Он легко улыбнулся, подкрадываясь. Затрещина! - Так вот чем ты балуешься, - Рин стоял с легким румянцем на щеках, всё с той же улыбкой-проказницей и полуприкрытыми глазами. Он подсел к Хару. - Это... Просто... Не думал, что ты так скоро выйдешь с ванной, - брюнету пришлось поблагодарить Ками-саму и родителей за его изворотливые кисти рук и быструю реакцию. Он прикрыл стопку фотографий от глаз Рина своей рукой. При первой возможности он собирался медленно пропихнуть её под кровать. Сжимать, комкая их, было бы святотатством, все надо было делать аккуратно. К счастью, Рин пока не заметил основную причину замешательства Хару, так что он продолжил игру, основываясь на отдельном козыре - экране портативного DVD-плеера. Из динамиков доносился звук брызг воды и своеобразные серенады. Сначала: "Плыви, плыви, плыви, Макото!", затем: "Плыви, плыви, плыви, Нагиса!", после: "Плыви, плыви, плыви, Рин!" - и в завершение: "Плыви, плыви, плыви, Хару!". - Отличное зрелище тогда было. - Рин облокотился спиной к спине о Хару. Влажное полотенце на плечах Рина ввело Хару в озноб. - Ты же был кудесником. - Хару старался скрыть свое поведения от Рина. Тот все ещё по-дружески-смущающе водил хоровод с зоной-комфорта Нанасе-куна. - Нет, всё мы молодцы. Команда превыше всего. - Рин перекрутил запись назад и смотрел повтор соревнования. - Команда превыше всего. - Нанасе потихоньку забывался, но начал постепенно вталкивать снимки под кровать. Движения были очень медленные и аккуратные, чем стоили всей сосредоточенности синеглазого. Было очень трудно незамеченно двигать рукой, когда некий предмет возлег на твои плечи. - Это запись твоей мамы? - некий предмет заговорил. - Угу... - караван ладони методично доходит до края кровати. - А ещё есть? - предмет не унимался. - Угу... - почти край кровати. - А оказывается вот твоя сентиментальная сторона, Хару-у-у-ку-у-ун! - некий предмет ликовал. - Угу... - а вот и провал, в смысле, фотографии уперлись в ножку кровати, но Нанасе-гений явно не заметил своего проигрыша. - Что "угу"? Хару, ты что так размяк? Хотя нет, спина у тебя напряженная более чем, - Рин слегка повернул голову в бок, обозревая действия Харуки, и засек постороннее движение, на котором был сосредоточен его партнер по игре. "Ах ты, шулер!" - рука Матсуоки накрыла руку Нанасе спустя секунду с его изворотливого выпада в сторону цели - длинных пальцев, прикрывающих нечто. - Что это у нас? - издевательский взгляд на хозяина компромата. - Не трогай, Рин. - вновь проснулся Хару-ребенок, от чего Матсуока немного сбавил обороты, чем позволил Нанасе закинуть "что-то" под кровать. - После таких слов я не могу просто бросить эту затею, - Матсуока, ранее лишь слегка прижимающийся к спине Нанасе, захватил его обеими руками цепким крюком и забросил на кровать, а сам быстро полез под неё. Хару же не расстерялся, хотя голова кружилась, но вспомогательный румянец и бурлящая кровь пришли на помощь. Он вскочил, приземляясь на Матсуоку, хватаясь за его запястья, блокируя движения. - Аха-ха-ха, Хару, что за игра? Я чувствую их, это фотографии. - рука Рина нащупала матовую поверхность прямоугольников. Из-за налетевшего груза он разметал пару фотографий под кроватью, но за двойку удалось уцепиться. Оставалось пролить свет на это дело. - Оставь, Матсуока! - Хару пытался вытянуть вора из-под кровати, ему стоило не малых усилий просто блокировать его движения. - Что за вздор! - смеялся Рин. Сейчас он собирался контратаковать. Хару блокировал только руки, распределяя весь вес на них, так что таз и ноги были свободны. - Что..? - только и удалось сказать Хару. Рин сначала выудил свою шею, занятно изгибая под Хару свое тело и поднимая таз, от чего Нанасе на долю секунду представил, что он в буре, на лодке, а после его накрыла свекольная волна. Акула уже восседала на ногах у дельфина, поджимая свои колени и немного больно блокируя конечности Хару. - Взглянем. - Рин забрал отвоеванное сокровище и поставил руку вперед на подающуюся вперед моську Хару, тем самым тормозя его. Его глаза с интересом смотрели на фотографию самого себя. - Хару, неужели... - Рин серьезно взглянул на ожидавшего приговора Нанасе, - Ты лоликонщик? Удар справа в сторону Матсуоки. Слева. Хару, заблокированный, пытается повернутся на живот, но получается повернуть лишь часть корпуса. И на том спасибо, не надо светить раскрасневшимся лицом перед этим идиотом. Но цвет щек брыкающегося дельфина вовлек сердце Рина в бешеный ритм. Он всё ещё сдерживал себя, но барабанная дробь набирала свои обороты. Вскоре концерт в груди начнется. - Повернись немедленно, - нахмурился зубастый. - Нет, - обиженный не сдавался. - Обернись, у тебя сейчас мышцы затекут и будут проблемы. - Нет. - Хару, тц, - Рин слез с ног Нанасе. - Спасибо, - Хару сел спиной к Рину, - Идиот. - А сам-то? Хранишь такое, - Матсуока уже успел выудить остальное из-под дивана и разглядывал сокровища, - Как это понимать? - Понимай как хочешь. Я пойду за футоном. - Хару взял себе тайм-аут, чтобы успокоиться. Рин разглядывал снимки самого себя в разных возрастах. На обороте фотографий не было никаких надписей. Здесь явно кто-то подсобил, ведь были фотографии и с Австралии. Может, Го? Нет, она давно не видела Хару. Хотя она могла обогатить его совсем недавно этими щедрыми дарами. "Понимай как хочешь, значит? Хару, знаем ли мы настолько хорошо друг друга, что бы понимать так как мы хотим?" - на этой мысли Рин аккуратно собрал всё снимки в коробку "Самые известные минеральные источники Японии и я". Он вздохнул. Его глаза сверкали, но улыбки не было. Явно что-то задумал. - Вот твой футон, - Хару вернулся и приволок двухместную добычу. - Новый. А что с прошлым произошло? - Рин взялся его раскладывать. - Нагиса замотал Рея в него, когда того тошнило, и начал раскатывать, что бы болячка прошла... Оказывается, Рюгадзаки нельзя грибы, - Нанасе увидел, что его сокровища уже сложены. - Хах, Нагиса как всегда проворный паршивец! - Рин разделался с футоном. - Эй, ты всё ещё раздет, не попросишь футболку? - Хару вновь пробежался по всем изгибам тела Рина и отвернулся, пряча клад под кровать. - Смущает? - глаза Рина заблестели. - Я не смущаюсь. Если тебе так удобно, мне и лучше, не буду отдавать тебе свои любимые футболки. - Нанасе вел себя довольно спокойно. Даже убедительно спокойно - покраснения прошли, неудовлетворенность и легкая нервозность остались как легкое напоминание. - "Любимые". - прошептал Рин. - Чего? - встрепенулся Хару. - Ты сказал "любимые футболки", - Матсуока двигался к Хару. - Не цепляйся к словам, - дельфин, хоть и опять стоял спиной к акуле, но почувствовав приближение зверя, начал непроизвольно сжиматься. - Опять же, недавно мне было сказано: "Понимай как хочешь". - в мыслях Рина всё ещё были припрятаны пути отхода, но ночь была длинная и возможно только сегодня ему удастся вывести Хару на чистую воду. - Эй, - Харука обернулся, одарив легким сиянием щёк, точно лепестки сакуры решили остаться на его лице. - Ложись на кровать, - Рин краснел, но стоически не предавал виду. - Что?! - Хару вновь, как ему казалось, знобило. - Нужно сделать тебе массаж. - Что?! - пульс брюнета участился от непонимания мимики Рина. - Просто делай то, что говорю, - оставался на своем акула. - Зачем? - вредно допрашивался дельфин. - У тебя уже синяки на спине проявляются. Нужен массаж, - Матсуока краснел, но челка деловито прикрывала это. - Не стоит. Их там нет, - дельфин осмотрел спину, поджав футболку. - Легкие покраснения и не более. - У тебя зрение плохое, - Матсуока искал рычаг. - Нет, - Хару подумал о вызове "больнички Макото". - Давай. А то завтра тебя не пустят в бассейн, - как бы не было старо ружье, всегда найдет прицел. - И почему только ты их видишь? - Хару снял футболку и смиренно улегся на кровать спиной к верху. - Я более опытен, - тон Рина немного волновал Хару, ведь в нем не было ни усмешки, ни чего-то из другой палитры его разновидностей смеха. Репчатоволосый начал разглаживать мышцы брюнета, одаривая себя и его новыми ощущениями. У Рина, на удивление Хару, оказались нежные и одновременно крепкие руки, знающие свое дело. У Хару помимо основного занимающего материала - тела, была бархатная кожа. Рин стал более серьезным. Спустившись на колени, он наклонился и укусил Нанасе за одно из покраснений, оставляя там легкий след. - Эй, сдурел совсем?! - рука направилась к лицу Рина, но принимающий словил её в свои руки. - Успокойся, неженка, у тебя здесь возможно кровяной затек. Нужно было бы иголкой проткнуть, но я воспользовался более надежным методом, - Рин улыбнулся, сверкая зубками. - И когда ты таким мудрым стал? - выгнул бровь Хару. - Завались и ложись в исходное положение. Хоть в душе Нанасе и сверкали молнии и бушевал шторм, он всё же подчинился. Руки Рина вновь начали блуждать по спине брюнета, оставляя приятные ощущения и расслабляя. Нанасе был глиной в руках Матсуоки. Если бы он был более накаченным, то не вышел бы такой поддатливый материал. Он куснул предплечье. Нанасе тихо сказал лишь: "Эй". Он куснул правое ребро. И опять: "Эй" - только намного тише и протяжней. Теперь шея. Медленный засос. Расслабленное тело Нанасе почему-то обернулось. - Кажется, ты оставил мне больше синяков, чем было. - Возможно, - Рин улыбнулся: "Соображает ли он?" - Закончил? - непоколебимый пловец отличался лишь теми же лепестками сакуры на щеках... А, нет, не только. Это и пробудило смелость в Рине. - Нет, - он влез на Нанасе и поцеловал лепесток, вызванный покусыванием самого Хару. В начале он и не подозревал отдачи, но мягкие уста разошлись, пропуская, затягивая язык прихожанина хозяином. Улыбаясь, Рин покусывал губы Хару, и вовлекал уже в поцелуй не только поддатливый крутящийся язык Хару, но и свое тело, аккуратно прижимаясь к нему. - Стой! - отозвался запыхавшийся Нанасе, - Только не на кровати. Рина немного качало. Ему казалось, что всё это мираж. Он спустился на футон, ожидая Хару. Тот подлетел к Рину, обволакивая его руками. Облизывая уши и целуя шею Матсуоки, ему удалось спустить Рина и оказаться сверху. Теперь он видел его краснющее лицо, от чего он цикнул. - Что теперь? - Матсуока смущался и размяк более обычного, но это "тс-с" быстро напрягло его. - Кажется, я вновь увидел цветение сакуры. - Нанасе сказал это достаточно тихо. Про себя Рин подумал: "Кто бы говорил". Язык Нанасе обрабатывал соски и пупок Матсуоки, выводя разные узоры, развлекая дружков в трусах. Рин размяк, но мозг понял, к чему это ведет. Матсуока перевернул, запыхавшись, такого же запыхавшегося Хару и начал обрабатывать те же области. "Значит и здесь мы соперничаем?" - оба задались этим вопросом. Матсуока припал к соскам Хару с особым усердием. Незаметный стон Нанасе всё же снизошел к Рину. Его тело подчинилось и жадно обволокло ногами бедра Рина, сам того не соображая. Его лицо, кроме легкой розоватости на бледной коже, не отдавало эмоциями. Но он наслаждался и Рину это чувство было так же знакомо. - Подожди, - Хару дернулся, когда Матсуока спустился ниже пупка Нанасе, - Ты же гость, дай я. - Нет, нет, Хару. Сегодня я хочу угодить хозяину, - улыбнулся заговорщически Рин, снимая трусы Нанасе. Дельфин тоже не ушел далеко и раздосадовано снял нижнюю одежду Рина ногами, а пальцами ухватив стояк красноволосого. Импульс пронесся не только по пальцам Нанасе, но и по всему телу Рина, от чего он скользнул языком по причиндалу дельфина - "тушэ". ("защищайся" - фр.) - Рин, подойди сюда на пару слов, - Нанасе пальцем пригласил его к лицу. Змей пополз. Хару схватил за яйца Рина. - Дай мне, я ведь парень, - грозный взгляд поразил Рина, на что тот улыбнулся. - Нет, мне, а то опять сбегу в Австралию, - уловка почти подействовала, но дельфин всё так же отрешенно начал двигать рукой по стволу Матсуоки, пропуская импульсы сквозь пальцы. Рин, вздыхая, ухитрился повторять все то же с Нанасе, только быстрее, и каждый раз по разному обволакивая. Вскоре они оба прижались членами и обволокли своими руками. Это продлилось не долго, распустился первый цвет лотоса, углубленный легким поцелуем. Оба размякли, но один из них мог продолжить начатое. Рин слегка поднялся и поцеловал Хару в щёку. Потом он спустился и обволок головку ртом, начав пропихивать всё дальше в глотку, что бы стояк вернулся. - Нет, подожди, - Хару обреченно мотал головой. Он был не в силах двигать столь расслабленным телом. Нужно было перехватить инициативу, чего бы это ни стоило! - Моё сияние! - вскрикнул Хару, что есть мочи. - Чё? - Рин вынул со рта агрегат и вопросительно уставился, продолжая теребить руками твердеющую прелесть. - Начальная школа "Иватоби" - незаменимое место для меня... Сверкающие окна, бабочки, порхающие по кампусу... - Что? Ты не мог, Хару! - "Ты не мог выучить это на память." - Всё блести-и-ит, - Нанасе продолжал уже не таким ровным голосом - Матсуока выполнил свою роботу, башня восстала. Его же инструмент поднялся с одним взглядом на вдохновленное лицо Нанасе. - И? - Рин, прижавшись всем телом к Хару, толкался к нему, елозя по паху снова и снова. Дальше он спустил свою плоть чуть ниже. - И-и-и... - глаза Нанасе забегали в испуге, бедра предательски подтягивались к Рину. - И от этого блеска начинаю сиять и я! - вскрикнули оба. Рин вошел, больно и резво для Хару. - Именно там я нашел еще... - глаголил Рин, а Хару, зажмурившись, стонал, не подавая голоса. Толчок. Еще. Еще. - Еще... Одно моё Сияние, - и еще. - Ри-и-и-н! - И сейчас мы летим вместе, Хару, - распустился второй цвет лотоса. - Идиот, - отвернулся брюнет. - Не отворачивайся. Почему ты отворачиваешься всё время? - Рин обиженно всмотрелся в лицо Хару. - А как не отворачиваться от такой сияющей радуги? - Нанасе сначала серьезно, а потом улыбчиво обнял Рина. - Подожди... - засыпая, промурлыкал Рин, обнимая Хару. - Хм?... - просопел Хару, тоже засыпая. - Я ещё зажгу в тебе свет.

***

Рассвет достиг окон обычного японского домика, проникая в обитель по принципу незваного гостя. Первому лучу света обзавидовались все существующие ассасины былых и нынешних миров. Вот он проникает в комнату жертвы и наносит первый удар. Хару, то есть жертва, явно его простит за нападку. Нанасе открыл глаза. Что-то было не так. Брюнет пытается понять. Секунда, вторая, третья. Почему-то синеглазый весь липкий от холодного пота, но не это причина его волнения. Харука опускает обе руки на голову, зажимая её все сильнее, отрешаясь от ассасина и пытаясь сосредоточиться. Брюнет качнулся со стороны в сторону. Перекачнулся и определил, что он находиться не на кровати, а на футоне, на полу. На двойном футоне... Рука Хару заблудилась на влажном покрывале на второй стороне. Бинго! - его голова сорвала куш. Он быстро сорвался на ноги и тут же побежал к двери, ведущую в коридор. - Ри-и-и-ин! - глаза бегают, сердце пляшет, ноги несутся сами. Голос так же орет, - Ри-и-и-ин! Хару уже во дворе. Не одет, забыл запереть дверь. По сердцу движется поезд, глаза никак не могут привыкнуть к свету, а ноги мчат все дальше. "Как глупо" - думает брюнет, спотыкаясь об свою ногу и падая в глубины отчаяния. Что-то со спины ударило. Вгвоздилось. - Нанасе Харука! Совсем дурак?! - руки Рина подцепили Хару, не дав ему упасть. Рин, осторожно, ослабляя хватку, подхватывает и прижимает к себе всполошившегося кролика. Их дыхание и ритм сердца все так же синхронны. Волнения, непонимания. Мельком слезы красноволосого и глухой звук - барабанная дробь - начало смеха Рина. - Кажется, теперь у нас обоих царапины на спине, - Матсуока успокоился раньше и продолжал дальше разгонять панику Хару, - Зато теперь и вправду можно сказать Нагисе, что попали в драку. Эй, Хару! Тихий омут в синей гаване уступил огонькам рассвета. - Где ты был? - обижено спросил Нанасе. - Бегал. - Почему не разбудил? - Ну... Ты так устал после вчерашнего. К чему допрос?... Ха? - осенило Рина, от чего он засмущался. - Ха, - попытался подражать вопросительной манере Рина. - Ты... Ты подумал, что после того, как я согласился в следующий раз быть "неко", то я опять удеру в Австралию? - смех Матсуоки звенел по округе. Он крепче обнял Харуку и громче рассмеялся, что заставило Нанасе хмуриться. - Что значит этот смех? - Это шутка, Хару. Я тогда съязвил. Ты обиделся? - Нанасе в ответ вырвался и попятился на пару шагов назад. Опущенная голова встревожила Рина. - Никогда. - Хару? - шаг к нему. - НИКОГДА больше не уходи! - как раскат грома по ушам, а по глазам - серьезное и упрямое лицо жадного ребенка с проступившим румянцем на щеках. Рин оскалился и прижал свой темноволосый комок нервов к забору и спустился вместе с ним на землю. - Это и тебя касается, - прошептал Рин возле уха Хару, - Ведь если бы я не вернулся вовремя, то мне бы пришлось искать моего Хару в Австралии. Теперь и Хару усмехнулся. Усмешка поддалась поглощению другими устами. Закончив, они поволоклись к дому. - Ты можешь всегда быть сверху, - Рин услышал это со спины. Его настиг то ли инфаркт, то ли смущение - эти два чувства явно были близнецами для Рина Матсуоки. - Я был хорош? В ответ быстрый топот в дом и захлопнутая дверь. Стук в двери. Открытие дверей. - Я дома, Хару. - Добро пожаловать. Теперь мне всегда придется так говорить? - Нет, это только начало.