Под диктовку Тьмы

К моменту похода на совещание с магистром, оба Астартес уже были облачены в свои силовые доспехи. Библиарий крепко сжимал в руке посох, вокруг которого сиял золотой ореол энергии, хоть и не очень яркий. Керамитовая броня, окрашенная в черно-золотые цвета была до блеска начищена сервиторами, а ремесленники ордена зорко следили за тем, чтобы она была в идеальном состоянии. Правый наплечник был украшен раскрытой книгой, и только она, как неотъемлемая часть доспехов, выдавала их истинный возраст, скрытый идеальным уходом. На левом был изображен символ Пылающих Молний – две золотые молнии, объятые черным пламенем. Массивный нагрудник был украшен священной Аквилой, а кроме нее в большом количестве свисали потрепанные листы пергамента, с начертанными литаниями. Все в доспехах было идеальным, и не осталась никаких следов последних боев, в которых принимал участие библиарий. Его спутник, капитан Кардис, сильно отличался от товарища. Множество сервиторов помогали ему надеть на себя массивные терминаторские доспехи, в которых он казался гораздо больше Мастеона. Шаги капитана были тяжелыми, и грохотом разносились по огромному центральному залу крепости, через который обязательно приходилось любому, кто желал перейти из одного крыла в другое. Сам же зал, со всеми своими величественными украшениями, огромными мраморными статуями героям ордена, множеством знамен и жаровнями, что висели под самым потолком, вел прямиком к центру крепости – там сейчас собирались все, кого призвал магистр. На броне терминатора присутствовало много регалий, всех их было не сосчитать. - Значит, все, что мы имеем на данный момент, это не выходивший на связь взвод, и не вернувшиеся корабли. – Подвел итог Мастеон, после долгого обсуждения скитальца, на пути к Залу Созыва – так называлось место в крепости, в котором магистром собирались все руководители ордена. Кардису было больше нечего ответить, поэтому он только пожал плечами. - Магистр должен что-то сделать. – Наконец сказал капитан, после чего коротко ответил почтительным жестом двум десантникам из почетного караула магистра. Караулы стояли в центральном зале через каждые сто метров. – Я не могу просто ждать, когда дело касается моих братьев. - Конечно, я понимаю тебя, друг. – Спокойно проговорил библиарий, надеясь показать своим видом, что лучше капитану не волноваться. Хотя сейчас он вел себя довольно уверенно, как и подобает такому высокопоставленному командиру. Не один караульный не видел и тени взволнованности на его лице. – Но держи себя в руках, когда он объявит о решении. Оно может оказаться радикальным, и не обязательно понравится тебе. - Что же ты имеешь ввиду? – Кардис вопросительно посмотрел на брата. - Опасность, которую может представлять космический скиталец всему сектору, довольно велика. – Мастеон не обратил внимания на то, что капитан начал смотреть на него. Он продолжал всматриваться вперед, а там виднелись массивные двери, за которыми раскинулся огромный и роскошный Зал Созыва. – Если не справился взвод терминаторов из ветеранской Первой роты, то, магистр может предположить, что не следует и пытаться посылать туда кого-либо еще. Возможно, он примет решение уничтожить корабль. Пару секунд капитан молчал, выводы библиария словно укололи его раскаленной иглой. Мысль о том, что придется уничтожить корабль, на котором могут быть живые братья, из его же роты, не доставляла ничего хорошего. - Мы не можем так поступать. – Он ответил довольно жестко, голос не терпел возражений. – Это наши братья! А если они еще живы, там, на палубах этого проклятого скитальца? А они живы, я уверен! Тем более с ними Артериос. А он хороший сержант. Если кто-то и сменит меня, то только он. - Кардис… - А вдруг этот скиталец заинтересовал Адептус Механикус? – Словно не слышав воззвания библиария, продолжал говорить капитан, и голос его перешел из настойчивого, в монотонный, а слова превратились в сплошной поток. – Мастера Кузни Марциуса он мог заинтересовать! Вдруг там есть утерянные СШК, или… - Довольно, Кардис! – Мастеон перебил брата, и тот удивленно уставился на него. На этот раз библиарий заглянул в глаза товарищу, и взгляд его словно физически захлопнул тому рот. – Ты ведешь себя как простой человек! Соберись! Ты капитан Первой роты! Элита элит! С тебя берут пример не только рядовые братья, но и остальные капитаны! И что же ты им покажешь? Во имя Трона, только не то, что ты демонстрируешь мне. Последние слова были не такими жесткими, как первые, сам же терминатор ничего не ответил. Он опустил взгляд, и продолжил идти молча. А до величественных дверей, караулом у которых были двое терминаторов, как раз из первой роты, оставалось всего несколько шагов. Огромные воины вознесли свои алебарды в приветствии, а капитан прижал кулак к нагруднику, отдавая честь. А когда караульные открыли ворота, и свет из Зала, что был ярче дневного, озарил Астартес, библиарий, едва слышно, обратился к Кардису: - Ты понял, брат? Капитан кивнул в ответ, и лицо его вновь стало лицом закаленного в сотнях лет войны ветерана Астартес.

2.

Зал Созыва был огромен, для заседания в нем совсем небольшого числа личностей. Он был сравним с амфитеатром, но большие пространства здесь были заполнены не местами для зрителей, а гигантскими колоннами, между которыми были не менее гигантские статуи прежних магистров ордена. Сами колонны были украшены знаменами с символикой Пылающих Молний. На стенах находились картины, на которых изображались военные подвиги Молний, а за троном, на котором восседал магистр во время Созыва, находилась главная достопримечательность – Гигантских размеров икона Императора, которая была подарена Пылающим Молниям орденом Адепта Сороритас Благородного Сердца. Канонисса лично распорядилась преподнести этот подарок магистру, за спасение роты Сестер в одной из давних битв. Более ничего, кроме сферы света под потолком и стола с местами, для заседающих, в самом центре, в Зале ничего не было. В Созыве обычно участвовали следующие братья: магистр ордена, первый библиарий, мастер кузни, первый капелан, капитаны всех десяти рот. Еще одно место было свободным, его мог занять представитель какой-либо другой имперской организации, с которой магистр посчитал бы нужным сотрудничать. Когда первый библиарий и капитан вошли в Зал, то обнаружили, что все уже были на своих местах. Магистр сидел на своем троне, в голове стола, главный технодесантник ордена Марциус сидел между капитанам второй роты, братом Керинисом, и капитаном четвертой роты братом Перием. По правую и левую руку магистра были два не занятых кресла – для Мастеона и Кардиса соответственно. Не проронив и слова, оба Астартес двинулись к своим местам. Говорить во время Созыва было не принято до тех пор, пока магистр не поприветствует всех его участников. Еще пара секунду ожидания и все были, наконец, в сборе. Сфера света под потолком погасла, и теперь Зал освещался только лучами солнца, которые пробивались через витражи, которые изображали собой детально сложенные из мельчайших кусочков стекла геральдические символы ордена. - Когда все те, кого я призвал, в сборе, и нам пора начинать Созыв, по старой традиции, братья, я хочу поприветствовать каждого из вас в этом почтенном месте. Когда магистр поднялся с трона, все остальные незамедлительно встали, в знак особого уважения. Сидеть в присутствии стоящего повелителя ордена считалось верхом неуважения и наглости. А магистр Пылающих Молний был очень требователен к подобным вещам, и не понятно никому, из-за собственной гордыни он был придирчив к этому, или просто очень чтил древние обычаи ордена, которых надлежало придерживаться всегда и везде. Он стоял выше всех, и недолго рассматривал братьев. В ответ, они, приложив кулаки к груди, ожидали, когда он начнет приветствовать их, самых почетных членов ордена. Магистр был облачен в древние силовые доспехи, какие носил еще основатель ордена. Они передавались из рук в руки, и были, пожалуй, самой священной и древней реликвией из всех, что имелись в распоряжении. На них не было каких-то декоративных элементов и все, что украшало их древний керамит – две горящие молнии на наплечнике, которые был обязан носить каждый брат. - Первый библиарий Мастеон, приветствую тебя в Зале Созыва. Бибоиарий опустил руку, склонил голову и ответил: - Аве Император, магистр. - Капитан первой роты Кардис, приветствую тебя в Зале Созыва. - Аве Император, магистр. - Капитан второй роты Керинис, приветствую тебя в Зале Созыва. - Аве Император, магистр! И дальше магистр приветствовал каждого приглашенного на Созыв отдельно. Это капитан третьей, боевой роты, Феерум. Третья, как четвертая и пятая роты, состояла из шести тактических отделений десантников, двух штурмовых отделений и двух отделений опустошителей. Соответственно, магистр обратился с приветствием к капитану четвертой Перию, пятой – Шередину. Далее идут роты резерва, шестая и седьмая, и их капитаны, Вулидас и Карлей. Кроме ролей, которые заключается в пополнении потерь боевых рот, прикрытии флангов и нанесении отвлекающих ударов, роты имеют свои уникальные навыки – вся шестая обучена использовать мотоциклы, а седьмая обучена сражаться на лендспидерах. Подошла очередь капитану восьмой роты, брату Магнию, услышать слова могущественного магистра. Восьмую роту, пожалуй, можно назвать самой мобильной, ведь она является штурмовой и все в ней могут использовать прыжковые ранцы. Она используется там, где противнику требуется дать ближний бой. Дошла, наконец, очередь и до Ревадора, капитана девятой роты, роты опустошителей, которая была вооружена самым разрушительным оружием, и использовалась в обороне, или для огневой поддержки наступления боевых рот. Только после капитанов и библиария было положено приветствовать остальных. И только теперь приветствие в свой адрес услышал Мастер Кузни Марциус, а затем и главный духовник ордена – первый капелан Викториус. Как и Мастеон, все они склоняли головы и опускали руку, после ответа в виде вознесения хвалы Императору. - Слава Пылающим Молниям, что разят врагов Императора, подобно ярости неба, и их предводителю, и наставнику, магистру Малекарду! Призванные Астартес хором пропели приветствие, обращенное к магистру, и только теперь он позволил всем сесть на свои места. Малекард позволил своим подопечным усесться удобно, дал какое-то время собраться с мыслями полностью, все это заняло около пары секунд. И когда все ожидающие взоры, наполненные почтением, были обращены на него, он начал говорить. - Думаю вы понимаете, братья, - Обратился магистр четким, и наполненным мудростью, голосом, к тем, кого приветствовал минуту назад, - почему я не пригласил на наше собрание десятую роту. Если нет, то должен пояснить: на мой взгляд, новобранцам ордена нечего делать при решении такого ответственного вопроса, как проблем космического скитальца, и тем более я просто не имею никакого права отправлять их туда, на встречу опасностям, которые породил варп. Конечно, при всем уважении к капитану десятой, брату Халайну. - Считаю, что это правильно, магистр. – Сказал сразу после него первый библиарий, не дожидаясь возможных слов от остальных. – Угроза, на мой взгляд, достаточно серьезна. - Твое мнение мне и хотелось услышать в первую очередь, Мастеон, так как ты ближе к варпу нежели кто-то из нас. Магистр умолк, а вместе с этим все пары глаз обратились к библиарию, ожидая его слов. Тот немного покашлял, сложил руки на столе, перед собой, и решил рассказать то, что увидел во время путешествия к скитальцу через варп. - Для начала хочется сразу сказать, что я позволил себе попытаться заглянуть в самое сердце скитальца, покинув физическую оболочку и обратившись к имматериум. – Краем глаза Мастеон обратил внимание на Кардиса. Хоть капитан первой и сидел напротив, библиарий старался сейчас на него не смотреть. – И обнаружил сразу две вещи, которые мне не дали совершить задуманного. Брат Марциус, я соболезную, но дух машины этого крейсера окончательно одичал, и превратился в отвратительного демона. Он обезумел от сотен лет заточения в других измерениях, стал огромен, и тянет свои гигантские щупальца прямо к планете Карраин III. Конечно, этого не увидеть простым взглядом. - Я и не надеялся на то, что дух машины еще жив, Мастеон. – Спокойно ответил мастер кузни. – Но все же спасибо тебе. - Что-то еще, брат? – Призвал к продолжению отчета Малекард. - Кроме этого, в реальный мир, вместе с крейсером прорвались демоны. Я их видел, они были разношерстны, в большом количестве. Среди них, однако нет ни одного служителя Губительных сил. Все они – обычные стервятники варпа, которые не имеют сознания, и не могут служить Богам Хаоса. Роятся вокруг демона, что теперь обитает в крейсере, и нападают на любого, кто пытается подойти ближе. - А что по поводу взвода терминаторов, который мы отправили на борт? Тебе удалось узнать, живы они, или нет? - Как я уже говорил, магистр, были две причины, которые помешали мне достигнуть цели. Первая – множество демонов. А вторая, заставившая меня немало удивиться, это активное нуль-поле. Я, при всем желании, никак не мог бы преодолеть его. Следовательно, я не знаю, живы наши братья, или нет. Малекард промолчал в ответ, задумчиво отведя взгляд. Возможная потеря взвода терминаторов – это огромный силы удар по ордену, и дело не только в самих воинах, но и в священной броне, в которую они облачены. Ведь терминаторские доспехи – это настоящие реликвии, которых каждый орден имеет ограниченной количество. Потеря такой брони, это потеря, сопоставимая, пожалуй, с потерей дредноута, или танка. - Что нам скажет капитан первой роты? – Обратился магистр к брату. Тот резко перестал смотреть на библиария, переведя все внимание на своего лидера. – Кардис? - Магистр, - повинуясь воле Малекарда, говорил капитан, поднявшись на ноги, - я в любом случае за проведение спасательной операции. Это наши братья, они не выходили на связь довольно долго, и этого, на мой взгляд, достаточно для отправки подмоги. А после их спасения мы можем поступить со скитальцем так, как посчитаем нужным. - Должен отметить, братья, - Вмешался в разговор, не дожидаясь разрешения говорить от Малекарда, мастер кузни Марциус. – что планетарный губернатор на Карраин III встревожен. От него пришло сообщение, что скиталец все еще на орбите мира, в следствии чего им был отдан приказ отправить к крейсеру силы Имперского космического флота. - Они не имеют права! – Возразил капитан Феерум, и от его неожиданного взрыва, все резко посмотрели на него. – Тем более, мы уже отправили к кораблю наши, они должны видеть на своих радарах! Понятно ведь, что мы взяли дело в свои руки! - Успокойся, брат Феерум. – Без тени раздражения в голосе ответил магистр, хотя такое бесцеремонное поведение подопечных он очень не любил. – Я не предупреждал ни губернатора, ни Имперский флот об отправке наших сил к скитальцу. Он спокойно может заявить, что ничего не знает. - Проклятая бюрократия. – Только выругался капитан третьей. – Если что-то и погубит Империум, то именно она.

3

Комната связи на космической станции, что висела на орбите планеты Карраин III и принадлежала организации Адептус Астра Телепатика, была сильно захламлена различными приборами и деталями. Такое обращение со святой техникой, признанной и благословленной Омниссией, было недопустимым, но на станции отсутствовал какой-либо представитель Адептус Механикус, и посему было совершенно некому предъявить претензии здешним связистам. Станция была довольно древней. Ей было несколько тысяч лет, но она все еще функционировала, а ее дух машины не был слишком заносчивым, чтобы отключать аппаратуру за несколько грубое обращение с ней. Тем не менее, связисты всегда держали под рукой сборник молитв Богу-машине, чтобы обуздать духа, если тот вздумает что-то учудить. Но этого не требовалось никогда, и старенькая, дряхлая книга уже несколько десятков лет пылилась далеко на задворках комнаты. Комнат, кстати, в которых можно было бы нормально находится без вспомогательных систем, было совсем мало: комната связи, где и осуществлялась главная работа, несколько коридоров, которые вели к стыковочной палубе, комнатка для сна, в ней же происходило и потребление пищи. Все остальное пространство станции было занято оборудованием. Километры проводов, тонны приборов, и все это для того, чтобы поддерживать мощную установку вокс-связи, да простое жизнеобеспечение. Персонала было немного: пара связистов, но главной достопримечательностью станции являлась девушка-астропат Миллит. Малообщительная, она была слепа, как и любой ее собрат, Одетая в бесформенные зеленые одежды, под которыми скрывалась худенькая, хрупкая фигура девушки, она очень редко говорила без дела, но всегда старалась быть в компании остальных членов команды. Обычно она молча сидела за спинами связистов Ториуса и Марка, которые чем только не занимались, пытаясь скоротать время. Это сильно давило на них, но и оставлять ее одну, почему-то, никто из них не желал. Но сейчас Марк был погружен в работу. С планеты поступил приказ: использовать всю мощь станции, чтобы выйти на связь с отрядом космодесанта, который высадился на недавно появившемся скитальце. Его появление он запомнит надолго. Никогда он не слышал, что бы Миллит так громко кричала, а ее терзаемое конвульсиями тело не уйдет из памяти никогда. Связист тонко настраивал аппаратуру, пытаясь уловить хоть тень переговоров десантников, но ничего, кроме помех, услышать так и не получалось. Астропат не желала даже пытаться делать хоть что-то, связанное с этим кораблем, при поднятии этой темы ее бросало в дрожь, а сама она покрывалась холодным потом. - Ну что, умник, все еще ничего? – Съязвил в очередной раз Ториус, наблюдая за работой товарища. – Постарайся по лучше, я уверен, ты на верном пути! - Заткнись ты уже! – Грубо ответил Марк, не отрыва взгляда от аппаратуры. Тот рассмеялся, и дружески по хлопал друга по плечу, как вдруг почувствовал легкое прикосновение на спине. Вздрогнув, он оглянулся. Это была астропат, она что-то хотела сказать. - Все хорошо, Миллит? – Настороженно поинтересовался он. - У меня плохое предчувствие… - Шепотом произнесла она. – Ториус, убеди своего друга прекратить попытки связи на пару минут. А лучше и вовсе прекратить это… - У нас приказ, Миллит… - Заметил связист, но пустой взгляд женщины побудил его обратиться к осыпавшему проклятьями вокс Марку. – Слышишь? – Толкнул он его в плечо. – Сделай перерыв. Согласно кивая, тот уже собирался снять наушники, как вдруг замер. - Есть! – Воскликнул Марк. – Что-то есть! Я поймал что-то. Из динамиков раздавались странные звуки. Похожие на голоса, но не людей, вообще не понятно кого. Слова были различимы, но это был совершенно не знакомый язык. Это немного пугало. Огонь радости в глазах связиста начал сменяться испугом, когда звуки начали вытеснять собой помехи, а громкость их все нарастала. Удивленный Ториус наблюдал за поведением своего друга, но вдруг оглянулся, когда услышал за спиной грохот. Миллит валялась на полу, упав она задела стойку с приборами, и они хаотично валялись вокруг нее. Тело девушки начало судорожно дергаться, а меж губ начала просачиваться пена. Связист ринулся к ней, забыв про товарища, но вспомнил, когда стало ясно, что самому ему помочь девушке не получится. - Марк! – Прокричал он не отводя глаз от астропата. – Скорее, принеси чего-нибудь из комнаты. У нее есть там какие-то средства! Но Марк словно не слышал. Он как статуя, сидел в своем кресле, держался за наушники, и не мог перестать слушать голоса. Они превратились в различимые, язык их стал понятен, но от этого только еще более жутким и отвратительным. Они шептали ужасные вещи, и перед глазами рисовалось то, о чем они вещали. Связист понял, что из его глаз потекли слезы, но оцепенение от ужаса, который породили голоса в динамиках, не давало ему стряхнуть их. Но вдруг страх исчез. А его место заменила решимость. Он медленно снял наушники, подошел к своему другу, но ничего не слышал. Ничего, кроме теперь уже красивого голоса, да только слегка размытые картинки. И голос требовал жертвы. За долю секунды он выхватил из кобуры лаз пистолет, выстрелил сперва в голову Ториуса, а потом пристрелил и Миллит. А в следующую секунду он поднес оружие к своему веску.