Любовь для Лари

Лари поймал ребенка за руку. — Дани, не убегай далеко. — Я устал. Хочу на машине, как дома. — Дани остановился, поплелся рядом с Лари. — У меня нет машины. — Тихо ответил Лари, уже подходя к небольшому ухоженному магазинчику. — А почему? У отца есть. Лари распахнул перед мальчиком дверь. Тот посмотрел по сторонам и забежал внутрь, сразу же прячась за вешалками с вещами. Эндрю был уже здесь. И уже рассчитывал незнакомую парочку. Лари ему кивнул, пошел искать Даниэля. Мальчик спрятался среди висящей одежды. Лари присел перед ним на корточки. — Иди сюда. Даниэль улыбнулся и покачал головой, прячась за одежду, как за занавеску. — А если достану? Мальчик снова покачал головой. Лари протянул к нему руки, вытащил оттуда и поправил одежду на вешалках. Подхватил Даниэля на руки и встал. — Не балуйся. — Приказал. — А то отцу потом расскажу. — А он меня не наругает. — Тогда я сам наругаю. Покупатели ушли. Эндрю опустился на тот самый деревянный стул у окна, который обычно занимал Лари. Подул на свою длинную челку и достал из кармана жвачку. Закинул ее в рот. Потом как будто что-то вспомнил, подскочил на месте и уставился на Лари. — Послушай, — проговорил Эндрю, — а ты можешь вот это сшить. Поднял с пола пакет и достал оттуда журнал, развернул перед Лари страницу. Лари подошел ближе, все еще держа на руках Дани. Оба уставились на схему красивой белой кофточки. — Зачем? — Лари глянул на Эндрю. — У меня друг такую хочет, а найти не может. Так может, сошьешь ему. Он и заплатит. Лари смотрел на рисунок. Даниэль зачем-то дернул его за волосы, которые уже собранные в хвостик лежали на плече. — Я не знаю. — Честно сказал Лари. Он был в странной растерянности. — Если согласишься, то я позвоню ему, он сюда придет. — Продолжал уговаривать Эндрю. — Он рядом совсем живет. Лари ссадил Даниэля с рук, попросил слишком не бегать. Взял журнал и разглядел поближе. Кофточка была сложной, но вполне реальной. Только было страшно брать на себя такое обязательство. И деньги брать как-то неудобно было. Но он же не благотворитель, чтобы всех подростков тут одевать. — Я могу попробовать. — Ответил Лари. — Я позвоню. — Эндрю уже схватился за телефон. — Подожди. — Лари еще раз глянул в журнал, прикусил губу. — Ладно, звони. Через полчаса пришел омежка лет шестнадцати. Разговаривать с Лари он почему-то очень стеснялся и переложил это дело на плечи Эндрю. Но заказ Лари получил, и заплатить за него обещали прилично. Кофточку Лари сшил за два дня, а потом соседи попросили подшить несколько детских костюмчиков. Заплатили немного, но Лари был рад. Тем более, Даниэлю нравилось наблюдать за шитьем. Йоши, зайдя в гости, посоветовал заниматься этим всерьез и обещал быстро распространить по городку сплетню о том, как Лари хорошо шьет.

***

Лари с Даниэлем нашли старые рисунки. Мальчику понравились только редкие цветные, а Лари с интересом уселся прямо на полу и начал рассматривать портреты и редкие пейзажи с натюрмортами. Их он уже давно не видел. Только то, что висело на стенах в доме и было постоянно на виду. Вспомнил про папин портрет на кухне. Вспомнил, что давно уже собирался нарисовать заново. Слишком давно. Поэтому нашел старые еще чистые листы, стряхнул с них паутину и отнес к себе на кровать. Отыскал набор карандашей. — Хочешь порисовать? — спросил он у Дани. — Красками хочу. Лари нашел краски. Усадил Дани на кухне и дал один большой лист. Потом залез на стул и снял папин портрет. Тоже положил на стол. Дани уже водил кисточкой, вырисовывая что-то зеленое. Лари вытащил портрет из рамочки, чтобы было лучше видно. Сходил в комнату к отцу и отыскал папины фотографии. Рисунок определенно был слишком кривым. А сможет ли он сейчас нарисовать нормальный? Он уже давно не рисовал. Даже забыл, что умел когда-то. — Это кто? — спросил Дани, тыкая пальцем в портрет. — Папа мой, смотри. — Лари показал ему фотографии. — Видишь, какой я маленький. — Указал пальцем на годовалого малыша. — А я уже большой. А ты тут маленький. — А это Роберт. — Лари сел рядом с Дани и показал на молодого отца. — А где твой папа? — спросил Дани, поднимая на Лари глаза. — Умер. — Это как? Это когда ушел? Насовсем? — Да, ушел. Дани вернулся к своему рисунку. Лари еще раз глянул на фотографию. — Он как ты ушел? — снова спросил Дани. Никакого намека или укора. Только любопытство. Потому что это ребенок. — Я же вернулся. — А он не вернется? — Нет. — Никогда? Лари сел на свое место у окна. Дани уже выбирал новый цвет. Весь низ листа был разрисован в зеленый цвет. Как трава. — Не знаю. — Ответил Лари. Разложил перед собой лист и начал вырисовывать первые наброски. Лукас обещал приехать за Дани к вечеру, но куда-то пропал. Лари принялся за шитье. Наполовину законченный портрет пока прибрал. Дорисовать так и не смог. Много времени заняло обдумывание разговора с Дани. Еще с час Лари смотрел на ребенка, как тот старательно выводит контур домика и птичек на бумаге. Лари почти не помнил своего папу. Тот умер когда Лари было три года. Даже младше, чем Дани сейчас. С десяток рисунков Дани были разбросаны по всей кровати. Мальчик сам весь приготовился к понравившемуся ему процессу шитья. Сидел рядом и рассматривал картинки в журнале. Лари иногда забирал его, чтобы свериться и отдавал обратно. Наступил вечер. Роберт опять ушел утром и сказал, что останется у Йоши. Но перед этим с десяток минут рассматривал новый набросок Лари и старые фотографии. Лукас все не ехал и не звонил. Лари уже успел собрать вещи Даниэля, и теперь сумка лежала в другой комнате на диване. А Лукаса не было. И телефон молчал. Лари отодвинулся от старой механической швейной машинки. Поймал себя на той мысли, что он волнуется. Не выдержал и достал телефон. Сходил на улицу, чтобы позвонить. — Я сам уже звонить собирался. — Ответил ему Лукас. — Я сломался. — Не приедешь? — спросил Лари. Он совсем не был против такого разворота. — Уже еду. Немного совсем осталось, а она заглохла. Тут люди помогли, но на последнем дыхании. — Значит, ждать все-таки. — Лари прислонился к забору, рассматривая вечернюю улицу. Солнце уже почти село, начинало темнеть. Лукас ответил не сразу. — У вас есть, кто в машинах разбирается? — Я не знаю. — Мне если ремонтников вызывать, то до завтра нужно ждать. Хотя сказали, что ничего серьезного, но глохнет часто. — Лукас уже ему просто рассказывал. Лари в пол уха слушал. — До дома не дотянет. А если и дотянет, то я все нервы растеряю. — Что ты хочешь? — устало спросил Лари. — Я спрошу у отца, кто разбирается, если так надо. — А переночевать у тебя можно? — Что? — Я ночью обратно не поеду на такой развалюхе. — Твердо сказал Лукас, даже посмеявшись. Лари немного подумал. Лукаса пускать не хотел, но Дани… Дани он точно ночью обратно не пустит. А Лукас без него не поедет. И не чужой совсем человек. — Переночуй. — Разрешил Лари. — Новую куплю. — Решил Лукас, когда пил крепкий кофе на кухне. Даниэль показывал ему свои рисунки, а Лари стоял в сторонке. Даниэль осторожно принес Лукасу будущий рисунок, над которым все еще трудился Лари. — Смотри, Лари рисовал. Лукас чуть рот не раскрыл. Лари ничего не забыл, из того, чему его учили. И уже точно каким-то образом набил руку. Как будто каждый день практиковался. — Ты рисовать умеешь? — спросил Лукас. — Я в художке учился, если ты не знал. — Нет, помню, что такое было. А это кто? — Это папа Лари. — Даниэль аккуратно забрал у Лукаса лист. Мальчик вообще аккуратно обращался с этим рисунком. Как будто он был чем-то священным. Дани отдал Рисунок Лари. Тот ушел в спальню и прибрал его подальше. Потом и пособирал разложенные прямо на полу выкройки и сложил на стол рядом с машинкой. Лукас на кухне молчал. Дани тоже остался там, а Лари сел на кровать. Отодвинул в сторону журнал. Думал, что сегодня ночью закончит шить, но не получилось. В дверях появился Лукас. — Так я переночую? Лари молча поднялся. Нашел постельное белье и расстелил на диване. Взбил уже тонкую примятую подушку. Получилось нормально. Дани ушел в комнату Лари, где они обычно вместе спали. А Лукас оказался рядом, снова фоня своим запахом. — Я тебе не сказал, в прошлый раз, что у твоей последней любви был слишком резкий для тебя запах. — Это не моя последняя любовь. И это мой запах, вообще-то. — Я знаю твой запах. А это другой. Альфы, но грубого какого-то, некрасивого, наверное. А Лукас был все ближе. Лари замер, опустив голову вниз. Заступаться за Генри не тянуло, но он точно не был уродом. Красивым даже. И Лари поднял свою руку, принюхался к своему запаху. Совсем уже не пахло. Потом дернулся. — Отстань от меня. Хотел уйти, но Лукас его поймал за руку, притянул к себе. Поцеловал. С каким-то слишком сильным напором. Приятным. Лари начал бить того кулаками по спине, но очень медленно и не сильно. Потом совсем сдался. Было близко, а когда близко, то запах сводит с ума. Упали на диван, скрипнув пружиной. Лукас тискал его, как и раньше. Слишком странным это казалось. Как будто в прошлое вернулся. И приятно. Лари обнял Лукаса за шею, позволил себя целовать дальше. Лукас потянул его кофту вверх. — Дани. — Прошептал Лари. — Дани увидит. Лукас нехотя его отпустил. Отодвинулся. Дышали тяжело. Как два загнанных зверька. Лари вскочил на ноги и ушел в свою комнату, громко хлопнув дверью.

***

Лето приближалось к концу. И это было самое плодотворное лето в жизни Лари. Он уже и грядки свалил на Йоши и отца. Сам продолжал работать и шить. Шить приходилось много. В доме то и дело появлялись новые люди с просьбой что-то перешить или с картинками красивых вещей. Денег от такого занятия хоть и было немного, но достаточно. Лари купил на окна новые занавески, на диван нашел красивый клетчатый плед. Прикупил несколько игрушек, с которыми мог играться Дани, когда приезжал сюда. Теперь решил подкопить денег на ноутбук. На карточке лежало еще половина его заработка за те три года у швейной машинки, но тратить их пока не хотелось. Лукас привозил Дани все чаще и чаще, что очень радовало. Не радовало только то, что происходил между ним и Лукасом. Ничего выходящего за рамки, но постоянное напряжение нарастало. А еще Лари понял, что иногда ждет не только Дани, но и Лукаса, хотя виделись они с ним очень редко и мало. Несколько часов за весь месяц. Но чаще разговаривали по телефону. Лето подобралось к концу. Лари снова ночевал дома один, но проснулся от громкого голоса отца. Прислушался, услышал и Йоши, который чем-то гремел на кухне. Пахло вкусно. И опять этим идиотским пивом. Лари приподнялся. Создалось впечатление, что уже давно не утро. Он медленно встал, накинул длинную растянутую кофту и поправил немного спутавшиеся волосы. Быстро, но старательно заправил кровать. Отец сидел за столом, пил пиво. Йоши обрезал ранетки, чтобы потом варить из них варенье. Ранеток было много. Целый таз. Лари уже смотреть на них не мог. Сам вчера весь день с ними провозился. — Что не разбудили? — спросил Лари, пробираясь к чайнику. — Так выходной. — Буркнул отец. — И что? — Лари хотел налить в чайник воды, но Йоши отправил его за стол. Сам налил большую кружку чая и поставил перед Лари. Потом неожиданно перед ним появился большой вкусный кусок торта. — Отец сказал, что у тебя юбилей сегодня. Лари пододвинул к себе этот кусок. Было приятно. Собрал пальцем крем и съел его. — Юбилей? — пробормотал. — Если двадцать четыре можно считать юбилеем, то я не против. — Я думал, тебе двадцать пять. — Отец допил пиво. Лари не удивился. Роберт раньше все время забывал, в каком классе Лари учится. А теперь и про возраст можно забыть. А ведь через год и юбилей. Скоро старым будет, а так ничего и не смог сделать за эти годы. Даже стало как-то грустно. Посмотрел на Йоши, но тот был занят яблоками. Было как-то странно. Уже давно не обращал внимания на свой день рождения, а тут тортик ему дали. — Лукас звонил. — Сказал отец в тишине. Сердце екнуло. — Зачем? — Лари уставился взглядом в кружку. — Даниэля опять собрался везти сюда. Интересный вы народ, тыркаете ребенка туда-сюда. — Ты о чем? — О том, что нужно быть уже понаглей и забрать его. — Чтобы они потом его через суд насовсем отобрали? Отец сразу не ответил. Йоши хотел что-то сказать, но промолчал. Лари доедал свой торт. Думал, что если Дани сегодня приедет, то сейчас нужно разобраться с выкройками, чтобы потом время не отнимать. Лари уже забыл про нить разговора, когда отец грозно посмотрел на него. — Сам во всем виноват. Йоши все-таки повернулся к ним лицом. — Роберт… — проговорил он своим тихим хриплым голосом. Лари опустил взгляд, уставившись в кружку с чаем на самом дне. Они приехали ближе к вечеру. Дани выскочил из машины и подбежал к Лари. Лукас остался за оградой. Лари готовился к этому моменту как к битве. Хотел попросить Дани к себе. Насовсем. Потому, что отец был прав и эти поездки были уже ни к чему. Лукас обещал, что отдаст, когда Дани привыкнет. А Дани уже привык. Лукас не отдавал. Дани уже по своей традиции обнял его за ноги. — Привет. — Лари присел на корточки и слегка потрепал по голове. — У тебя прическа новая. — Папа меня водил постричься. — Ответил Дани. — У тебя день рождения? Лари улыбнулся. Наверное, Лукас помнил еще эту дату. — Да. — Признался Лари. — Мы тебе подарок привезли. Это папа придумал. Сказал, что ты рад будешь. — Дани схватил его за руку и с нетерпением дернул, потянув в сторону машины. — Идем. Лари видел, как мальчик чуть ли не дрожит от нетерпения. Поднялся, пошел вслед за Дани, осторожно поглядывая на Лукаса. — Привет. — Сказал тот, подходя ближе. Лари опустил глаза: — Привет. Даниэль почти подпрыгивал на месте. Лукас открыл заднюю дверь. На сиденье стояла большая коробка. Лари подозрительно посмотрел на эту коробку. — Зачем? — серьезно спросил он. — Что зачем? — Покупать мне что-то. Не нужно так делать. — Стенли подумал, что надо. — А мне его благородство не нужно. Снова посмотрел на коробку. Это была швейная машина. Новая, электрическая. Лари нравилось. Если бы только он сам додумался себе такую купить. Но она, наверное, слишком дорогая для него. Дани устал ждать. Не понравилось и ему отсутствие радости. Так что Лари пришлось улыбнуться. Лукас встрепенулся, вытащил коробку из машины и отнес в дом. Лари с Дани зашли следом за ним. Мальчик выглядел немного расстроенным. Но и Лари ничего не мог поделать с собой. Он растерялся. — Что, снова никого? — спросил Лукас, оглядываясь. — Я думал, у тебя тут праздник. — Отец недавно ушел, поздно придет. Лукас кивнул. Лари покосился на коробку, которая сейчас стояла на столе. Не удержался, подошел ближе и посмотрел на картинку. — Открой. — Попросил Лукас. Даниэль вскарабкался на стул, тоже ждал. Лукас ему помог. Швейная машинка была прекрасной. Так показалось Лари. Он уже ее полюбил. — Хорошая. — Пробормотал он. — А Стенли тоже летом родился. Ему двадцать пять недавно было… — Двадцать пять? — Лари поднял удивленные глаза. — Да, а что? — Выглядит молодо. — Хохотнул. Стенли был старше его. Смешно. Лукас продолжил рассказывать, немного ломано и неуверенно. — Ходили ему подарок выбирать, а Дани машинку увидел, сказал, что ты шьешь. — Мальчик закивал, подтверждая, — Стенли купить предложил. Лари посмотрел на ровные белые линии корпуса. — Что, добренький такой? Лукас развернул его к себе. Снова притронулся, хотя Лари ему такого не разрешал. — Просто хотел сделать тебе приятное. Что тебя все время не устраивает? Лари, не мигая, смотрел на него. — Меня все устраивает. — Твердо сказал он. — Всегда. Лукас снова задержался. Лари с Даниэлем опробовали новую машинку. Лукас только стоял в сторонке и смотрел. А Лари уже был рад подарку. Почти как ребенок. Когда стемнело, пришел Роберт. С сомнением глянул на Лукаса, и тот сразу принялся собираться домой. Дани устроился с Робертом на диване. Лари прошел провожать Лукаса. Но уже около калитки, прямо под светом фонаря, оказался в объятиях. И не отпрянул, а просто прижался, вцепился руками в кофту Лукаса, как будто не хотел отпускать. Запах сводил с ума. Лукас нюхал его волосы, а Лари уткнулся носом ему шею. — Фонарь. — Пробормотал он где-то через минуту. — Увидят. — Пошли в машину. — Так же тихо ответил Лукас. — Пошли. Сели на заднее сиденье. Лари уже понимал, на что согласился. Но он хотел этого. Потому что еще любил. Просто забыл, что любил, а сейчас вспомнил. Было темно и тесно. Лукас закрыл дверь, навалился на Лари. Кофту стягивать не стал, сразу взялся за штаны. Поцеловал Лари и тот застонал. И не понял от чего. От чувств и от какого-то горя. От того, что так просто потерял Лукаса. — Чистый. — Пробормотал Лукас. — Больше не пахнешь. Снова вдохнул воздух рядом с волосами Лари. — Это Генри. — Непонятно зачем пояснил Лари. — Но он мне не нравился. Совсем. Задохнулся на последнем слове. Руки Лукаса уже скользили по его телу, один палец проникнул внутрь. Лари еще раз простонал и сипло задышал. Никогда еще его не имели в машине. Тем более бывшие мужья. Но это было даже удобней. Уже знал, что любит Лукас, а Лукас знал, как сделать лучше для Лари. Лари вцепился ему в спину пальцами. Порадовался, что Лукас не снял рубашку, а то бы остались следы. Лари по любви соскучился. Последним был Дейв, а Генри не в счет. Генри был совсем не его. Он был недоразумением и единственным тогда вариантом. В машине на заднем сиденье они провели много времени. Около часа точно. Лари в голову приходила мысль, что отец уже, скорее всего, их засек, но было плевать. Он уже не школьник. Не перед отцом ему отчитываться. Разошлись так, что и машина начала покачиваться. Лари это рассмешило. Потом этот смех перешел в истерический. Лукас его оставил. Перестал давить своим телом. Лари уткнулся лицом в сидение и продолжал смеяться. — Ты чего? — тяжело дыша спросил Лукас. Лари замолчал. — Мне домой надо. И тебе. — Надо. — Лукас не пошевелился. Лари продолжал лежать. — Тебе отец ничего не сделает? — Нет. А Стенли? — Он не почувствует. Лари приподнялся, начал одеваться, пытаясь привести себя в относительный порядок. Ему только лишь до дома дойти. Лукас тоже зашевелился. Лари подождал, пока Лукас отопрет дверь и вылез из машины. Была уже ночь. Прохладно и хорошо. Лукас перебрался на водительское сидение. — Ты сейчас поедешь? — немного холодно спросил Лари. — Сейчас, у меня еще работы много. — А Стенли? — повторил Лари. — Он в отъезде. Лари кивнул сам себе. Махнул Лукасу на прощание ручкой и побрел по темноте к своему крыльцу. Забыл спросить про Даниэля.