Любовь для Лари

Лари все тер свою щеку. Сидел на крыльце и еще укачивал хныкающего Даниэля. Лицо болело после удара. В доме слышались крики отца и спокойный, но уже на грани, голос Йоши. В общем-то, попало ему нехило. За блядство, как выразился отец. Все утро ходил, помалкивал и принюхивался, а тут разорался как бешеный. А Лари еще оправдываться пытался. Только по лицу снова получил. Схватил уже красного от слез Дани и выскочил за дверь. Отца в доме задержал Йоши. А Лари теперь пытался успокоить ребенка. Видимо, Дани впервые в своей жизни видел скандал. Такое ощущение, что Стенли с Лукасом жили как святоши. — Ну не плачь ты. — Попросил Лари. — Чего реветь? Потрогал щеку и нос. — Больно? — Дани смотрел на него опухшими глазами. — Нет. Он все видел. А отец совсем псих какой-то. Лукас не кто-то левый с улицы. Он его бывший муж. Он — отец Дани, в конце концов. Значит, они уже до конца жизни вместе повязаны. Ребенком. Лари пытался выдумать еще оправдания, но не мог. У сердитого отца было аргументов больше. Начиная от того, какой Лукас козел и заканчивая тем, что Лари самый большой придурок на свете. Дани привалился к нему. Лари его обнял, снова принимаясь качать. Из дома опять донесся крик отца. Но на улицу пока никто не выходил и их не трогал. Потом в ограду кто-то вошел. Собачка, живущая в последнее время у них во дворе, куда-то пропала, и лаять было некому. Но Лари и так услышал мягкие шаги. Прижал Даниэля к себе еще крепче. Уже через несколько секунд перед ним нарисовался Ян. Хоть не в своей идиотской форме. — Чего надо? — сипло спросил Лари. Этот смотрел на него и говорить пока не собирался. Даниэль завозился, пытаясь повернуться и посмотреть на пришедшего. — Что случилось? — Ян стрельнул глазами на плотно закрытую дверь и снова посмотрел на Лари. — Что, выгляжу дрянско? — Лари протер глаза, снова прикоснулся к щеке. Потом принялся за Даниэля. Вытер краем кофты тому остатки слез и сопли. Попытался улыбнуться. Этот присел на корточки перед ним. — У тебя лицо…красное. Здесь. — Поднес палец к своему лицу в район около носа. — А это мода у вас такая теперь — в морду бить. — У кого? — Ни у кого. — Лари перевел взгляд на Дани. — Все нормально? Мальчик медленно кивнул. — Это отец тебя? — Отец. — Лари оглянулся на дверь. — Не ходи туда, а то еще тебя прибьет. — А тебя за что? — За все хорошее. Ян завис. Задумался. Так и остался сидеть на корточках. Лари ссадил с себя Даниэля, поставив того на ноги, рядом с собой. Поправил на нем футболку с большим нарисованным самолетом. Заправил волосы за уши. — Пошли на качели, ага? Дани кивнул. — А я на озеро собирался сети проверить. — Отозвался Ян. Лари повернулся к нему. — А мне не надо докладывать. — Просто качели уже заняты, нужно очередь ждать. А ребенку озеро можно показать. — Лари прикусил губу, слушая Яна. — Пацан, хочешь на озеро? Там воды много, рыбка плавает. Лари резко встал, беря Даниэля за руку. — Какое озеро? — немного с претензией спросил он, — отстань от нас лучше. Он хотел уйти. Услышал уже за спиной тихий голос. — Просто предложил. Всех детей на озеро водят. — Усталый вздох. — Как хочешь. Дани завертелся, задергал Лари за руку, требуя к себе внимание. — Лари, озеро хочу. Лари сник, потеряв всю браваду. — Ладно, пошли. — Согласился он. — На старый обрыв? Ян оживился и в один прыжок оказался рядом с ними. — Там рядом. Хорошее место. Дорога занимала немного времени. Шли они молча. Дани бежал впереди, но далеко не убегал. Нашлась собачка. Минуту бежала рядом с ними, но потом завернула направо, и скрылась в чьем-то дворе. Они присели на бережку. Поближе к воде, но на сухом пространстве. Одежда была старая, и запачкать ее Лари не боялся. Дани нашел тонкую ветку и теперь плескался ей в воде. Берег был плавным. Нужно было на несколько метров зайти в воду, чтобы она оказалась тебе по колено. Где-то за кустами в нескольких десятков метров слышались голоса. Уже почти не купались. Все больше рыбаков собиралось. По тропинке, проходящей около самой воды, к ним подошел Ян. Довольный, мокрый и с рыбой. — Смотри. — Он радостно показал Лари улов, лежащий в средних размеров ведре. Даниэль тоже подбежал посмотреть. Потыкал в рыбу своей веточкой. — Она сдохла? — спросил он у Лари. — Сдохла. Рыба в ведре заплескалась. Ян нашел в этом что-то смешное. Сел рядом с Лари. Даниэль снова отошел от них, на этот раз разглядывая заросли кустов. — Так не расскажешь? — спросил тихо Ян. Лари согнул ноги в коленях и обхватил их руками. Лицо все еще жгло. — Зачем? — просто и без злобы спросил он. — Честно сказать? Мне тебя как-то жалко в последнее время. Раньше даже брезгливость вызывал, а теперь жалко. — Лари с интересом поднял голову и глянул на Яна. — Ходишь как не живой, все что-то делаешь и делаешь. И огрызаешься постоянно. А огрызаться нельзя. Это плохо. Лари хохотнул. — И когда это меня вдруг жалко стало? — А сегодня, может быть? — Почему? — Просто вы сидели такие…бедные, что-ли… ревели. — Я не ревел. — У тебя глаза красные были. — Тебе бы по морде саданули, глянул бы на тебя. — Лари отвернулся, посмотрел в сторону Даниэля. Мальчик заметил его взгляд, прекратил срывать с куста листочки и побежал к ним. Лари пришлось разогнуть колени и усадить на себя ребенка, чтобы тот не замарал одежду об траву. Нужно было тряпочку какую-нибудь взять. — А еще мальчик тебя по имени называет. — Продолжил Ян. — Как-то жалко выглядит. Лари пожал плечами: — Нормально. — Сам задумался. — Он просто не привык. Ян помолчал и снова спросил: — Это отец тебя? — Лари кивнул. — За что? Лари посмотрел на Даниэля, который вертел в руках зеленые листья. — Запах чувствуешь? — спросил он и получил кивок. — Лукаса. Вчерашний. — И это плохо? — растянуто и не сразу произнес Ян. — Наверное, да. Лари посмотрел на воду. Плеснула рыба, за кустами послышался новый смех. Такой откровенный разговор не укладывался в картину мира. Потому что нельзя так открываться каким-то совершенно чужим людям. И рассказывать о своих связях тоже нельзя. — Расскажешь? — снова повторился вопрос. — О чем? Просто так получилось и все. Вспомнили…прошлое. — А оно хорошим было? — Хорошим. — Лари кивнул. Ян хохотнул. Потом резко вскинул голову. — А я все равно не верю в твою святость. Я тоже раньше, в юности, думал, что все эти офицеры, которые нас из подъезда гоняли, — сволочи. Пока сам таким не стал. Нет, я делаю, что делаю и все. И на нары люди попадают из-за своей же тупости и испорченности, а не из-за чего-то другого. Потому что вас никто не заставляет делать то, что нельзя делать. В основном. Но я не верю, что тебя заставили. Нет. — Ян покачал головой. Лари слушал внимательно с каким-то тяжелым чувством внутри. — Тебя что-то уже понесло. — Заметил он. — Просто я хочу сказать, что я столько на таких людей насмотрелся, что тошнить начинает. И ты с первого взгляда не отличаешься. Весь такой из себя страдалец, а сам и виноват. — Я в курсе. — Встрял Лари. — Я тебя обидел сейчас? — Да нет. — Обидел. Лари пожал плечами, немного тревожа Даниэля. Тот притих. Лари побоялся, что мальчик слушает их. Он вообще любил подслушивать взрослых. И все равно притянул ближе к себе. — Устал? — спросил у Дани одними губами. — Нет. Я листики складываю. Лари снова посмотрел на Яна. Внутри закипало. — Думай что хочешь, мне плевать. Посидели, помолчали. — Так ты опять к его отцу ушел? — кивнул в сторону затихшего Дани. — Не знаю. — Лари качнул головой. — Он меня назад не берет. — А хочешь? — Не знаю. — Любишь, что ли? Лари вздохнул. — А может и люблю. Я от него хоть и ушел сам, но только потому, что уже и так все было кончено. Просто уже невыносимо было ложиться с ним спать и всю ночь нюхать этот запах чужой. Я его до сих пор не перевариваю, эти цветочки гадские. Хотя, увидел бы этого Стенли, тоже бы не устоял. Весь как статуэтка такой, холеный, красивый. — Лари почти оскалился, потом хохотнул сам над собой. — И ты не страшный. — Я же чучелко. — Засмеялся Лари. — Забудь ты уже про это. — Ян улыбнулся. — Устал уже. — Кивнул в сторону Даниэля. Лари ссадил с себя мальчика, поднялся и отряхнул штаны от налипших соринок. Наклонился и убрал мусор с футболки Дани. Щеку уже жгло меньше. — Пошли уже, — сказал он все еще сидящему на земле Яну, — а то философию тут развел.

***

Лукас впервые приехал к нему без Даниэля. Роберта так вовремя и вполне продуманно не оказалось дома. Долго не мелочились, а сразу закрылись в комнате у Лари, сместив на пол выкройки и недошитые кофточки. У Лари была течка. Мозги срывало и уносило совершенно в другом направлении. Но их все-таки хватило раньше, чтобы начать пить нужные таблеточки. Так что залететь точно бы не получилось. Возились в постели долго. Потом оба уставшие и почти счастливые улеглись рядом. — Так и будет всегда? — спросил Лари. — Как? — Лукас провел своей ладонью ему по ключице, пощекотал шею. — Вот так. Ты же от Стенли не уйдешь. — Лари качнул головой. — Он так ничего и не понял? — Нет. Лари почувствовал сильную обиду. Прошло время, наступила ранняя осень, и он понял, что любит Лукаса. И любил, просто забыл об этом за прошедшее время. — А я терпел. Просто каждый день чувствовал, как от тебя несет этим запахом и терпел. — Ты к чему это? — попытался миролюбиво спросить Лукас, целуя его в шею, проводя рукой по спине и вызывая мурашки. — Я тебя любил, а ты ушел. А сейчас говоришь что любишь, а все по-старому. — Лари чуть не скулил. — Я не могу его бросить. — Пробормотал Лукас. Лари резко сел в постели. Покрывало совсем слетело с него, оголяя фигуру. — А меня тогда почему смог? Лукас пожал плечами, переворачиваясь на спину и смотря в потолок. Лари сидел и беспомощно смотрел на него. Это было нечестно. У них ребенок был, а у Стенли и этого нет. Но именно Лари оказался за бортом. — Уйди от него. — Твердо попросил Лари. Лукас долго молчал, порывался несколько раз что-то сказать, но передумывал. Повисла неудобная тишина, прерываемая только осенним ветром за окном. — Я его не брошу. — Повторил Лукас. Лари расстроено отвел взгляд, оглядывая свою комнату. — Вали отсюда. — Бесцветно сказал он. Накинул на себя одеяло и свесил ноги с кровати. — Даниэля уже отдай мне. Или я сам приеду и заберу его. И Стенли все расскажу. — Лари… — Все. И не только про себя. Это у него носик ничего уловить не может, а меня дурить не надо. — Что ты говоришь? — Что слышал. — Лари повернулся и посмотрел в растерянное лицо Лукаса. — Езжай домой, говори ему, что хочешь, но чтобы мой ребенок завтра был со мной. — Лари встал с кровати, похватал вещи Лукаса со стула и выкинул их в коридор. — И мне плевать, как вам без него будет плохо. Лукас в расстроенных чувствах уехал, а Лари снова упал на кровать уже полностью в одежде. Все равно закутался в красивый недавно купленный плед. Через десять минут с совершенным безразличием заметил, что его трясет. Еще через пять минут полились слезы. За окном разливался желтый вечерний свет. Нужно было выйти на улицу хотя бы одежду снять с веревки, но Лари и шага сделать не мог В груди как будто все пересохло. Теперь побаливало, а из горла вырывались сиплые и тихие хрипы. Потом Лари заставил себя немного успокоиться. Но с кровати так и не поднялся и за одеждой на улицу не пошел. Еще через час в дверь настойчиво постучали. Это был не отец. Лари еще не запирался на ночь. Двери были открыты. Значит, кто-то чужой. Или Йоши, хотя Йоши тоже обычно не стучал. Мог еще быть Ян. Скорее всего, он и был. Лари накрылся одеялом с головой, когда услышал, как тихо и осторожно скрипнула дверь. Потом шаги, голос Яна, который старался его окликнуть. Потом Ян зашел сюда. — Извини, я не вовремя? — спросил он. Лари ничего не ответил. — Я видел, что твой уже уехал давно. Лукаса так все и называли. Отец, Йоши. Твой. И все. Лари снова всхлипнул и подавил желание зажать себе рот рукой. — Ты чего? — уже обеспокоенней спросил Ян. — Ничего. — Лари снова сорвался на всхлип. Уже этим выдал себя. Этот стоял с минуту над ним. Даже не шевелился. Лари снова затрясся и только после этого почувствовал, как кровать прогнулась. Даже через одеяло он теперь улавливал ненавязчивый пряный запах Яна. Но тут все уже пропахло Лукасом. — Ты зачем пришел? — выдавил из себя Лари. — К тебе. Неважно, в общем, — потом бока Лари через одеяло аккуратно коснулась ладонь Яна. — Ты плачешь, что ли? — голос звучал мягко, но как-то удушающее. — Я его выгнал. Ладонь исчезла, но перед этим Лари почувствовал, как Ян напрягся. — Я не буду лезть, наверное. — Пробормотал Ян. — Уйти? Лари вылез из-под одеяла. Глаза болели и точно были опухшими. Волосы все растрепались. — Я ему не нужен. Никогда не был нужен. Просто… не могу… — Лари попытался немного приподняться. Из горла выходил только один жалобный скулеж. — Я же знаю, что отец прав. Я его и выгнал. Дани сказал привести. — Насовсем? — Да. Он разозлился. Ян не ответил. Лари, шмыгая носом, сидел, привалившись к подушкам. Запах все больше и больше заполнял спальню. Но у Лари все равно нос был забит. Он почти не чувствовал. А Ян уже тяжело дышал. — Я пахну сильно. Уйди лучше. — Нет, нормально. Но Лари видел, что ему не было нормально. — А если он у меня Дани совсем заберет? — Как он так сможет? — Сможет. Скажет, что я плохой. Все поверят. — Лари помолчал. — Я тогда Стенли все расскажу, а у того нервы ни к черту. Психанет сразу. — Я бы мог помочь. Лари своими воспаленными глазами посмотрел на Яна. Было непонятно, что тот вообще делал у него в доме уже поздним вечером. Было непонятно, зачем он все время лезет к Лари. Хотя это и было как раз объяснимо. Лари хохотнул. — Чем? Ян покачал головой, опуская взгляд. Он и вправду себя контролировал, хотя и сдерживаться ему было трудно. И даже такая реакция была не простой. — Я его люблю. Давно. — Проговорил Лари, уже нормальным голосом. — А я тебя. Наверное. — Неуверенно произнес Ян. — Ты не подумай ничего, я не настаиваю. Но ты хороший, правда. Лари кивнул, подтверждая свои мысли. Ян дергался, нервничал. Но не мог же он просто так, без любви. Это и самому мучиться и Яна мучить. Уже Лукаса прогнал. Уже пошел наперекор живому. — Это же пройдет. — С надеждой пробормотал Лари. — У тебя прошло? — Когда ушел от него, то показалось, что прошло. Потом уже, когда…когда долго ни с кем не спал, то течки болезненней, иногда даже заснуть ночами нельзя. — Лари опустил голову. Всякий бред нес. — Я уже снова Лукаса вспоминал, а не Дейва. Про Дейва уже забыл. Даже не знаю, что с ним сейчас. — Дейв? — спросил Ян. — Это он тебя… — Это я себя. — Протянул Лари. — Поухаживал красиво за мной, а я разомлел. Ян снова втянул в себя воздух. Лари вытащил руки из-под одеяла и поправил волосы на голове. — А я согласен, — продолжил он, — хочешь со мной спать — давай. Ты не урод. Прямо сейчас хочешь? Ян повернулся к нему лицом. Лари представил, каким он сейчас выглядел. С еще чужим запахом, с течкой и опухшим лицом. Как не самая дорогая придорожная шваль. Еще и себя предлагает. Но было плевать. А Ян его любит. Можно и удовольствие доставить, пока и эта любовь не прошла. — Что смотришь? Я согласен. — Лари, отдохни лучше. — Не хочу! — Лари рванулся вперед, все ближе приближаясь к Яну. — Если трахнуть хочешь, что меня сейчас успокаиваешь? В глотке уже все со своей тупой честью сидите! — Лари… — Заткнись! Ну, хочешь, сам начну, — Лари подобрался к Яну еще ближе. — Поцеловать? Или сразу раздеть? Ян словил его за руки. — Тише. — Пробормотал он. Притянул к себе. Совсем не смело и с осторожностью. Даже дыхание затаил. А к Лари снова пробрался теплый чуть пряный запах Яна. Но Лари было сейчас плевать на запахи. Лари оказался прижатым к нему. Только чтобы успокоить. Уткнулся носом в рубашку, а руки безвольно упали на кровать. — Не трогай меня. — Сухо попросил Лари. — Успокоился уже? — Нет. Ладони начали гладить его по голове. Как сам Лари часто гладил Даниэля. И еще он покачиваться любил. — Я же тебя и вправду люблю. — Тихо пробормотал Ян.