Друг или враг

Вскоре после церемонии новоиспеченные оруженосцы стали расходиться вслед за своими сеньорами. И каждому по прибытии на новое место жительства объясняли, кто он и что должен и не должен делать. Не избежал этой участи и Ричард. В доме Ариго на площади Леопарда эр Ги рассказал, что теперь герцог Окделл будет помогать Людям чести свергнуть узурпатора Оллара и восстановить на троне Ракана. И тогда Великая Талигойя будет процветать, а старая знать покажет всем выскочкам-навозникам их законное место. При слове "навозник" Дик вспомнил Колиньяра. Во время беседы внимание Ричарда привлек говорящий ворон в клетке. "Фердинанд - рогоносец" - кричала птица. – «Первый маршал Алва – кр-расавец». Оруженосец сунул палец в клетку - и птица крепко стукнула его клювом. - Почему он так говорит? - Да это все знают, - усмехнулся эр Ги. Но Окделл так ничего и не понял. И теперь он чуть обиженно посмотрел на своего эра. - Теперь и левая рука болит.... - А что с правой? – встревожился Ги. Вместо ответа Дик показал ему распухшую ладонь. - Чего ждать от места, где вместо святых поселили детей приспешников Оллара? Даже крыса, и та стала ядовитой. Впрочем, иди в свою комнату, я пришлю лекаря. Лекарь, присланный Ариго, делал свое дело, может и на совесть, но не заботился о том, чтобы облегчить страдания юного пациента. Ричард не кричал только потому, что был «Тверд и Незыблем». И потому, что Окделлы терпят боль молча. И потом, уже когда руку перевязывали, так же молча, потерял сознание. - Отдыхайте, Ричард, - сказал ему эр Ги, придя навестить оруженосца. Тот и отдыхал – почти нелелю. И от скуки читал все, что находил в библиотеке особняка Ариго. Некоторые книги повергли его в трепет, некоторые навевали скуку. И – честно сказать, он предпочитал первые вторым. Хотя и скрывал это от брата Ее Величества. Люди Чести не должны знать, что герцогу Окделлу понравился куртуазный роман « Незнакомец в будуаре фрейлины». В особняке Алвы все обстояло совершенно иначе. Коллиньяра привели в кабинет, усадили и сказали, что, по сути, обязанностей у него не будет, нужен он только для официальных приемов и вообще, ему, Рокэ Алве, больше чем оруженосец нужен только священник. - Так что идите, юноша, вы свободны на сегодня. Хотя нет – налейте вина. Себе тоже можете. Вино Эстебану понравилось, даже очень. А вот слова Первого маршала - не понравились совсем. Он-то полагал, что его начнут вот сразу и обучать всей военной певомаршальской премудрости, приведут к пушке и предложат сокрушать стены. А тут – «Можете быть свободны». Ничего себе! Такое отношение маркиза Сабве покоробило и он для себя решил, что обязательно докажет монсеньору, что такой оруженосец ему нужен, просто необходим! Он же лучший из лучших! Лучший в Лаик, первая шпага Талига (после Алвы, разумеется) и вообще... Что «вообще», обиженный Колиньяр додумать не успел. Вот с такими мыслями отправился Эсте в ближайшую таверну - отмечать новый статус первомаршальского оруженосца. Там уже собрались все приятели. И стали обсуждать то, кто был Сузой-музой. - Да я это был, я, - сказал Эстебан под общий смех. Оказалось, Северин и виконт Манро первыми признались в «сузо-музстве». - Но, ты, если хочешь, можешь быть Лаперузой, - сказал Заль. На что был послан к Закатным Кошкам. Вино лилось рекой, бывшие унары радовались жизни и тому, что кончилось их унылое пребывание в стенах Лаик. А также обсуждали своих новоявленных сеньоров. С сеньоров разговор переключился на прекрасных дам, потом – на лошадей и оружие, потом – на сорта вин. А дальше Эстебан уже не улавливал нить беседы.