До и После

Рогозина задумчиво прохаживалась по кабинету, поглядывая на стол, заваленный бумагами, и пыталась сделать выбор, вернее, произвести отбор. Сегодня утром из Министерства сообщили, что итальянцы, перенявшие два года назад опыт работы ФЭС, настолько были восхищены работой Службы, что итальянская сторона решила показать, что тоже не лыком шита и, в свою очередь, приглашает российских коллег с ответным визитом в Рим, ибо им тоже есть, что показать и чем гордится. И Рогозиной завтра следует предоставить список кандидатов, которым посчастливится месяц провести в Вечном го-роде. И вот уже больше двух часов Галина Николаевна перебирает личные дела и пытается этот самый список составить. А работники ФЭС все эти два часа пытались понять, зачем Рогозиной личные дела работников, о чем рассказала всем осведомленная Аллочка. – Может, Галя готовит бумаги на повышение кого-то из нас? – выдвинул версию Майский. – Тогда бы она запросила конкретные дела, а не все скопом, – возразил Лисицын. – А может, кого-то куда-то переводить будут? – выдал идею Котов. – Или к награде приставят? Вот Галина Николаевна и выбирает достойных кандидатов, так сказать… – А может, кандидатов на увольнение она выбирает, – выдал Аристов. – Чистка рядов? – уточнил Селиванов. – Возможно. А давайте Петровича к ней зашлем? Пусть по-семейному выяснит, чего это она личные дела изучает. – Он в отпуске. Пока решали, как узнать, что готовит судьба, телефон голосом Аллы сказал Тихонову, Селиванову, Аристову и Майскому явиться к Рогозиной. – Ну, ребята, – сказал Котов, – ни пуха… Расскажите потом, чего там. Названные работники прошли к Рогозиной в кабинет и расселись за столом, настороженно поглядывая друг на друга и начальницу. – Я собрала вас, чтобы сообщить… – Пренеприятное известие? – перебил Рогозину Майский. – К нам едет ревизор? – подхватил Селиванов. – Можно я продолжу? - Рогозина посмотрела сначала на одного, потом на второго. – Да, Галь, извини. – Так вот. Сегодня утром я была в Министерстве, и министр сообщил мне, что итальянские коллеги делают ответный жест. Надеюсь, вы помните, что два года назад у нас итальянцы в ФЭС были? – Еще бы, – подтвердил Майский. – Вот и прекрасно. Итальянские коллеги приглашают сотрудников ФЭС в Италию для обмена опытом. Я сегодня весь день думала над кандидатурами, и приняла решение. Галя посмотрела на сотрудников. – То есть, ты решила отправить в Италию нас? – догадался Селиванов. – Да, вы показались мне наиболее оптимальными кандидатами. Ваня – руководитель отдела, Борис, потому как холостой, а Сергей с Ромой, как представители оперсостава. Это мое решение, а теперь я слушаю вас: пожелания, комментарии, реплики. – Я не поеду, у меня отпуск через неделю! – сказал Майский. – Сдвинем, – ответила Рогозина. – Ну уж нет! Я запланировал дела, взял билеты к маме и вообще… Че сразу Майский! Пусть Лисицын едет или Котов. Он интеллигентный, а я всех итальянцев распугаю. – Сергей, это отличный шанс получить новые знания и побывать за границей на халяву, – попытался уговорить коллегу Аристов. – Вот и в добрый путь! А я в отпуск. Галь, ты мне его и так два раза переносила. – Хорошо, ладно, иди в отпуск, – согласилась Галя. – У остальных есть, что сказать? – Я согласен, – сказал Селиванов, Тихонов и Аристов покивали, подтверждая, что тоже не против. – Ну и прекрасно, тогда я отправляю список в министерство. Командировочные направились в буфет, обсуждая новость. За столом пили кофе Валя, Варя и Холодов. – Ну, что вам Рогозина сказала? – спросил Андрей. – Зачем дела изучала? – добавила Варя. – Короче, поздравьте нас, – радостно возвестил Тихонов, – мы летим в Италию в командировку на месяц! – Вау, поздравляю! – заулыбался Андрей. – Давайте подробности. Пока счастливцы рассказывали про командировку, Варя думала, как ребятам повезло. Целый месяц в Италии, новые люди, новые впечатления… Вот бы ей так… Уехать, сменить обстановку, подумать над их с Костей отношениями, возможно, после возвращения все было бы по-другому. Да, точно по-другому! Просто она устала от однообразия и быта, и смена обстановки – это самое то! Варя поставила кружку в мойку и направилась в кабинет Рогозиной, твердо решив вымолить эту командировку! – Можно, Галина Николаевна? – Заходи, Варь. Что у тебя? – Галина Николаевна… Я бы хотела поговорить с вами про командировку в Италию. – Не бойся, Костя не едет. – Нет, я не про это. Галина Николаевна, отправьте меня в Италию вместо Майского. – Почему? В смысле, зачем? – Опытом обмениваться. – Понимаешь, там специфика не твоя. – Все равно, я же итальянский знаю, буду переводить ребятам. В качестве переводчика отправьте, пожалуйста. – Первый раз вижу, чтобы так в командировку просились. Но хочешь – поезжай. – Спасибо, Галина Николаевна! Варвара смотрела телевизор, прикидывая, что взять с собой в командировку, когда хлопнула дверь, и в комнате появился муж. – Костя? Ты же дежуришь сегодня… – Ага, я ненадолго, поужинать перед дежурством и костюм сменить. – Конечно. Иди в душ, я ужин разогрею. Варя накрывала стол, прикидывая, как осчастливить новостью мужа, но тот, появившись в кухне, сам заговорил про Италию. – Знаешь, что наших в командировку в Италию отправляют? – Угу. – Вот свезло, целый месяц мужики без присмотра строгого начальства: свобода! Интерес-но, как Таня прореагирует на новость, она Ваньку и так не видит днями дома, а тут целый месяц. Я бы не смог… Варя сжала полотенце и посмотрела на мужа, поглощающего ужин. – Костя, я тоже еду… Тот замер, глядя на жену с недоумением. – Не понял, куда? – Я еду в Италию вместо Майского. – А ты зачем туда едешь? – Опытом обмениваться. К тому же, если ты помнишь, я знаю итальянский и смогу переводить… – Так тебя туда как переводчицу отправляют, что ли?! – Не совсем… Костя отложил вилку, встал, подошел к жене и взял ее за плечи. – Е-мое, дорогая, вот это новость… Че там переводчиков бы не нашлось? – Кость… – Варя отводила глаза и лихорадочно пыталась найти достойную причину своей поездки в Италию, но Костя прижал ее к себе, бормоча: – Варварка, любимая, целый месяц без тебя… – Что поделаешь, приказ начальства… – Варя прикрыла глаза, пытаясь заглушить ехидный голос совести. – Вот увидишь, время пролетит, не заметишь! Я буду тебе звонить. – Месяц без тебя – это ад. – Не преувеличивай. Грустный Котов вернулся к ужину, а Варя объясняла ему, где искать еду и чистые рубашки. Уже уходя на дежурство, Костя обнял жену и прошептал: – Я люблю тебя, дорогая. Знаешь, как сильно я тебя люблю? – Знаю, ты говоришь мне об этом каждый день. – Говорю. Я люблю тебя. – И я тебя, – машинально проговорила Варя. Оставшиеся дни до Италии Варвара боролась со своим ехидным внутренним голосом, вещавшим ей, что она уже начала врать мужу, сбегать от него в командировки… Может, она вообще его разлюбила и в один из дней сбежит совсем? Варя от таких мыслей приходила в ужас и, чувствуя вину перед мужем, заботилась о нем сильнее, чем обычно, но совесть все равно ехидно ухмылялась… Может, ну ее, эту командировку? Может, просто нужно поговорить с Костей, объяснить ему… Что? Что объяснить и главное, как? Сказать, что устала от него, от семейной жизни, от работы? Что выходит из себя, видя его валяющиеся по дому вещи и находя галстуки в карманах пиджаков и брюк? Как объяснить что-то, когда сама не знаешь, чего тебе нужно? Котов не поймет ее, скажет, что это блажь, начнет разговор про ребенка, и на этом все закончится. Нет, ей нужно отвлечься, сменить обстановку, понять, чего ей нужно, а уж потом разговоры разговаривать! Месяца ей на все хватит. Она понимала, что бежать от проблемы – это не выход, но иного выхода не видела. Может, правда блажь, может, усталость накопилась, и поездка развеет ее. Она соскучится по мужу, вернется, и все будет, как раньше. В аэропорту Варя снова выслушала, как Костя ее любит, по привычке заверила в ответной любви, дала последние наставления по поводу быта. – Варюш, месяц без тебя – это долго, слишком долго… Я люблю тебя, девочка, возвращайся скорее… Где-то в глубине что-то неприятно кольнуло, снова возникла мысль остаться и поговорить, но все уже решено, регистрация пройдена, и посему Варвара улыбнулась, поцеловала Костю и направилась к самолету.