Я хочу жить...

Было холодно, потрескавшийся старый пол был словно лед, а холодные стены покрыты шершавым слоем изморози. Было холодно словно во дворце Снежной королевы. Снаружи зима, и метель ревет. Это окраина, самая северная точка страны, какие-то трущобы, но позвонили, и пришлось ехать, а все из-за тебя. Ты вечно доставляешь мне неприятности. Я размеренно шагаю по коридору, впереди, укутавшись в пожелтевший белый халат, быстрыми и мелкими шагами ведя меня к цели, идет сгорбленный старик. Коридор все не заканчивается, плутает словно лабиринт, как мне объяснил мой провожатый, тут все поделено на секции, и неизвестные в самой дальней секции. Медленно, я начинаю злиться, состояние неопределенности выводит из равновесия, от чего захотелось. Я достаю из кармана пачку сигарет и пытаюсь прикурить. — Молодой человек, здесь не курят — с упреком произнес старик — это в конце концов медицинское учреждение — мне пришлось затушить сигарету. Да уж, медицинское учреждение, кого мы обманываем — это морг! Кому здесь могут навредить сигареты? Наконец, мы достигли большой синей двери, и старик потянул ее на себя. Внутри было темно и так же холодно как и в коридоре. Старик провел рукой по стене найдя включатель и старые лампы загудели, заморгали и наконец пролили свет на почти пустой кабинет. У правой стены стоял железный стол и каталка накрытые синими простынями, рядом был такой же металлический столик с инструментами, стул и большая лампа. У левой стены были ячейки для трупов. Старик подошел к одной из ячеек и повернув ручку вытащил полку. На ней лежало небольшое тело, накрытое такой же грязной хоть и стираной простыней. Старик открыл лицо трупа, и взглянув на меня медленно произнес: — Мертвее мертвого. — Он как-то по-особому растянул эти два слова, не сводя с меня взгляда, затем перевел его на слегка посиневшее от холода женское тело. Но я просто не могу поверить в его слова, может это смешно прозвучит, но я всегда был оптимистом, и я верю, всегда верил, что ты сможешь стать моим идеальным врагом. Что-то во мне разрывается, я почти физически это ощущаю. Вставай! Ну же, проснись и престань предо мной! Не прикидывайся мертвой, я же знаю, ты не можешь вот так просто взять и умереть. Потому что, может быть, однажды я уйду и скажу это. — Ты разочаровала меня. — Поизношу я вслух, и старик с недоумением уставился на меня. — Может быть, тебе так будет лучше… Я склоняюсь над тобой, холодной и неподвижной, я размышляю над тем, кем ты была, и кем могла стать. Это твое право — быть мертвой. Но все же, как? Как ты могла взять и умереть, черт подери?! Я зол, я жутко зол, готов рвать и метать, но сдерживаюсь, и на моем лице, по-прежнему, каменная маска, та самая, что тебя до жути бесила. Хах, веселое было время, но мне почему-то совсем не смешно, я повторяюсь. — Может быть, тебе не стоило этого делать — я уже совсем забыл о присутствии здесь постороннего человека — Не стоило быть такой… — и голос предательски срывается. Я молчу. Я хочу кричать, орать на тебя что есть мочи: «Хвати прикидываться мертвой! Ведь меня не проведешь, я то знаю тебя. Давай же, вставай, проснись и престань предо мной! Ведь однажды и я уйду. — Ты разочаровала меня! У тебя больше не будет шанса на это! Ха, что ж, ну и пусть, давай, прикидывайся мертвой, но я знаю, что ты слышишь меня! Давай! Прикидывайся мертвой! — Руки сжимаются в кулаки, я уже давно не чувствую холода, только пустоту, то чего никогда не чувствовал раньше. — Ты, чертовски, разочаровала меня — склонившись, шепчу тебе на ухо, и чувствую холод, исходящий от твоего мертвого тела — Пассивно-агрессивное дерьмо…       

***