Нарвался.

Лаксус спокойно гулял по ночному Крокасу. О, да. Ночь - это дело для великих дел.© И Дреяр это прекрасно понимал. Он надеялся здесь подцепить какую-нибудь проститутку, чтобы расслабиться и прийти в антураж перед ВМИ. Ему нужен секс, дикий, неудержимый. Такой, чтобы надолго, отлично, превосходно. Но проститутка - это еще та шлюха. С ней уже не наиграешься. Она уже «воняет» чужими запахами. Запахами других лихачей. Нужно другое, свежее, новое, нетронутое. Ведь невинные самые сладкие.© Лаксус хотел заволочь в уголок красотку, трахнуть ее там и выбросить, как ни в чем ни бывало. Но это слишком скучно. Нужно больше. Нужно сильнее. Нужно так, чтобы не оставалось последствий. Так же дико, как животные, без комплексов, без порядков. Хотелось простого насилия. И Дреяр понимал это, но не видел подходящую жертву для своего удовлетворения. Он шел, засунув руки в штаны, а наушники в карманы. В тех самых штанах пульсировало и становилось горячо. Ну же, найдись любая доступная девка! Вдруг, даже через наушники, Лаксус услышал позади себя голос, вещавший ехидно и издевательски: - О! Я смотрю, феечки не из робкого десятка, раз выходят гулять поздно ночью. Так, дракоша? Громовой драгонслеер, не разворачиваясь, ответил в своей манере: - Уебись об стенку, Саблезуб, пока есть возможность. Или я сам расквашу твою морду. - Оу, как мы заговорили. - Саблезуб едко улыбнулся. - И что ты мне сделаешь, м? Пустишь в меня свои 320 вольт? На это раз Лаксус повернулся к парню. Да что там повернулся, даже подошел к нему впритык. А потом, приблизив свое лицо к тому ответил, ухмыляясь: - Больше, ублюдок... Стинг не шелохнулся, продолжая ехидно глазеть на хвостатого. Как вдруг его схватили и потащили в какой-то дрянный закоулок, так быстро, что тот ничего не успел предпринять. Швырнув Эвклифа на землю, ближе к забору, Лаксус возгромоздился над ним. Оперев руки около головы Стинга, Дреяр наклонился к уху того. Горячее дыхание обожгло кожу. - Ты нарвался, сучонок, - усмехнулся Лаксус в ухо Стинга. - Ха! - еще упорствовал Стинг. На лице того виднелась все та же ухмылка. - И что же, что же ты сделаешь? Изнасилуешь меня? Дреяр отодвинулся и посмотрел прямо в лицо Эвклифа. Глаза Стинга широко расширились. На него смотрел человек, жаждующий секса. И не важно с кем. - Угадал. Стинга как громом поразило. Он не мог поверить в это. Он не дастся так. Он будет бороться. Но тут ему не дал домыслить Лаксус. Перехватив обе его руки, он образовал на кистях Стинга наручники из молний, что ужасно жгли кожу. Ноги, пытавшийся оттолкнуть мага, постигла та же участь. Эвклиф от нахлынувшей боли от ожогов закусил нижнюю губу, а потом произнес: - Сука! Рев..! Но договорить ему не дал Лаксус, дав сильный пинок в живот. По телу разлилась мгновенная боль, отчего Стинг заткнулся, корчась от боли. - Ты думаешь, я просто тебя оттрахаю? Ха-ха! Нет уж, хвостатым нужно больше ощущений, - произнес Дреяр, расстегивая бляжку ремня. Штаны спустились вниз, показывая Стингу, что с ужасом глядел на происходящее, член Дреяра. Пытаясь отползти подальше, Стинг получил еще один пинок, и еще. А потом, сквозь помутневшее сознание он почувствовал что-то горячее и твердое около рта. С ужасом поняв, что ему суют в рот, Стинг, сумев присесть, успел быстро выдать: - Рев Светлого дракона! Лаксус спокойно увернулся от атаки, но хорошенько влепил Эвклифу пощечину. Потом, нависнув над ним, он сказал, сделав издевательское выражение лица: - Не беспокойся, я буду нежным. Глаза Стинга выглядели безумными, когда он почувствовал, что его целует Лаксус. Язык одного сплетался с языком другого. Эвклифу было невероятно противно, что хотелось вырвать. Из глаз невольно текли слезы, заставляя обвинять себя в такой слабости. Но глаза вмиг широко распахнулись, когда Стинга внезапно уложили живот, а штаны разорвали в клочья. - Н-нет... Не надо. Дреяр ухмыльнулся. Приставив свой член к анусу Стинга, Лаксус резко вошел и сразу задвигался. По телу светлого драгонслеера прошлась сильная боль. Эвклиф закусил язык, чтобы не закричать. Пусть простят его боги за это. - А-ха-ха-ха-ха! - смеялся Лаксус, быстрее двигаясь... Стинг не помнил, как Дреяр кончил в него, не помнил и то, как с него сняли наручники. Эвклиф запомнил лишь то, как провалился во тьму, увидев перед этим довольное лицо Дреяра. А на следующий день, Стинг не вспомнит про вчера. Не вспомнит как его насиловали. Он будет недоумевать из-за синяков и ожогов. А все потому что, по нему прошелся разряд тока, как только кончил Лаксус, и дошел до мозга. Он обо всем забыл. Но лишь сам Лаксус и тот темный переулок помнят об этом и ухмыляются тихо.