Неделя ада Питера Берка

       Встречу Фингерс назначил на пятом этаже небольшого офисного центра. Вор поджидал Нила в небольшой комнате, где, несмотря на середину декабря, было приоткрыто окно.        Сначала все шло прекрасно: Фингерс открыл кейс с деньгами, которые принес Нил, вытащил пачку наличных, пошуршал ими, убеждаясь в подлинности. Довольно хмыкнул, сочтя баксы настоящими, и достал из внутреннего кармана пиджака маленький мешочек из черного бархата. Нил скинул пальто и приступил к оценке камней.       Да, это были бриллианты, чистые как слеза ребенка, сияющие, как горный хрусталь, прозрачные, как вода родника…короче, те самые, которые ФБР уже отчаялось найти. - Великолепные камни, - Кэффри пересыпал бриллианты обратно в мешочек. - Конечно…        Агенты на позициях замерли – сейчас должна прозвучать кодовая фраза «я рад, что они достались именно мне», после которой можно производить захват. Но все перебила телефонная трель: - Да, - ответил Фингерс, - Слушай, мне сейчас неудобно говорить…        Саймон все-таки выслушал собеседника, захлопнул телефон и стремительным броском завладел и камнями, и кейсом, отпрыгнув к окну: - Ты обманул меня!!! Толстый Джо год назад угодил из-за тебя за решетку! Ты сдал его федералам! Решил заманить меня в ловушку?! - Саймон, о чем ты?! – невинный взгляд Нила дал бы сто очков форы любому младенцу. - Я сам едва не угодил за решетку вместе с Джо, но хороший адвокат и… - Не пудри мне мозги!!! – визжал Фингерс, размахивая кейсом так, словно тот служил для изгнания злых духов, а не перевозки денег.        Нил миролюбиво выставил вперед открытые ладони: - Саймон, ты просто перенервничал. Какой подвох? Вот деньги, ты их забираешь, мне достаются камуш…        Договорить он не успел – Фингерс зыркнул исподлобья мелкими черными глазками и без слов заехал чемоданом в челюсть Нила. Ощущение было сногсшибательное во всех смыслах – информатор полетел кувырком, вспомнив очень давнюю и очень неудачную кражу жеребца - призера скачек. В голове тоненько и противно что-то звенело, рот стремительно наполнялся кровью. Ноги Фингерса победно топотали по пожарной лестнице, а в распахнутое настежь окно ворвался холодный ветер. - Не уйдешь! – сплюнул Нил и рванул следом. – Питер, он хочет уйти через крышу!        Ценное предупреждение кануло в Лету – Нил не заметил, что часы-передатчик разбились о край стола, а наушник при падении вылетел на пол, где его раздавил убегающий Саймон. **************** ******        Нил старался не думать много о том, что они с Фингерсом бегут по краю крыши семиэтажного здания, а ограждение настолько символическое, что его можно и не заметить с первого взгляда. Кэффри не мог не восхищаться тем, насколько мастерски Фингерс продумал план отхода – вор явно проделал этот маршрут ранее, ибо его прыжки с одной крыши на другую отличались грацией и тонким расчетом. Нила пока спасал богатый опыт (в свое время он не раз удирал подобным способом от Питера), но на улице уже стемнело. Порывы гуляющего по высоткам ветра пробирали до костей, хотя благодаря скачкам адреналина мерзнуть было недосуг. Под ногами лежала каша из снега и дождя, обувь, щекоча нервы, скользила то по кровельному железу, то по черепице, и Нил уже два раза чудом не провалился в открытый чердачный люк.       Крыши, крыши, крыши… узкие парапеты и карнизы, где надо проявить чудеса балансировки… трубы, через которые то перепрыгиваешь, то подныриваешь.… Пробегая мимо антенны, Фингерс быстро нагнул ее и отпустил, так что та едва не вышибла Кэффри глаз. - Твою… - прошипел Нил, еле успев увернуться. В следующий миг ему под ноги уже летела спутниковая тарелка. Нил подпрыгнул и та, просвистев под ботинками, спикировала куда-то на улицы Нью-Йорка. Оставалось надеется, что никто из прохожих не словит ее на голову.        Когда Нил увидел, что расстояние до крыши следующего здания около восьми метров, а Фингерс чешет вперед как по накатанной дорожке, он почуял неладное. - Саймон! Это опасно!        В темноте, которую даже яркие огни Нью-Йорка разгоняли с трудом, раздалось издевательское хихиканье. Затем, с не менее издевательским шелестом, запасливый вор заскользил по проводам, повиснув на спусковом устройстве и увозя с собой целое состояние. Нил бессильно выдохнул. Сглотнул. На миг прикусил губу. И начал разбег…        Толчок от края крыши, земля медленно проплывает далеко внизу, тело парит в воздухе, а может, ему это только кажется, ведь в момент падения время всегда тянется тошнотворно долго, и сейчас он попросту размажется в лепешку, встретившись с асфальтом…       Плюх!! Ноги Нила, достигнув противоположной крыши, поскользнулись на мокром снеге, и мошенник шлепнулся, отбив себе все, что можно и промокнув до последней нитки. Фингерс уже шустро торопился к земной тверди по очередной пожарной лестнице.        Жалеть себя было некогда - Нил поднялся и поспешил следом. Последний прыжок - на тротуар - и забег продолжается уже на ровном асфальте. Здесь более высокий и длинноногий Нил получил преимущество и начал догонять более мелкого соперника. Расстояние, разделяющее их, становилось все короче…короче… короче…и резкий рывок чуть не сбил Нила с ног. - Куда спешишь, парень?! – толстый коп-патрульный крепко ухватил его за локоть. – Это нарушение обще… - ФБР!!! – не думая долго рявкнул Нил, распахнул свое удостоверение и сунул копу под нос. – Преследую подозреваемого!       Толстяк испуганно отпрянул, но тут же присоединился к погоне – большие буквы «ФБР» произвели магическое впечатление, а маленькие «консультант» он не успел прочесть. - Заходите справа! – крикнул ему Нил, без особой надежды рассчитывая, что коп поможет загнать вора в тупик. Но, увы - толстяка еле хватило на пол - сотни шагов, после чего он схватился за бок и встал.        «И как ему удается проходить тесты по физической подготовке?!» - искренне изумился Кэффри про себя и на бегу, срезая угол, перемахнул через скамейку. Расстояние до спины Фингерса сократилось метров на пятнадцать. Вор бриллиантов петлял по узким улочкам, и каждый раз, когда он скрывался за поворотом, сердце Нила отчаянно екало, боясь свернуть не туда и потерять подозреваемого. Фингерс опять нырнул в подворотню, и Нил припустил, спеша за ним.        Баццц!!! – в лоб Кэффри с треском врезалась деревянная доска и он, не издав ни звука и обливаясь кровью, брякнулся на асфальт, хорошенько приложившись еще и затылком. Фингерс зловеще расхохотался - в лучших традициях сумасшедших гениев, мечтающих поработить мир - бросил выручившую его деревяшку и гордой походкой зашагал прочь, не удостоив взглядом тело поверженного врага.        Когда вор драгоценных камней был уже далеко, тело еле слышно застонало и, приподнявшись на локте, посмотрело ему вслед застилаемыми кровью глазами - нашарило ту самую доску, которой его угостили по голове и, что было сил, почти не целясь, метнуло Фингерсу под колени. Похититель бриллиантов нелепо взмахнул руками и рухнул, как подстреленный.       Нил кое-как встал на ноги и, держась за голову, доковылял до Фингерса. Тот распластался подобно медузе и подавал единственный признак жизни – слабое дыхание – при падении он тоже ударился башкой. Наручников у Нила не было. Издав душераздирающий вздох, Кэффри рывками освободился от галстука – дорогого, стильного, столь же уникального как сам Нил, и связал им руки Фингерса хитроумным узлом, которому научился у Моззи. Коротышка уверял, что именно так упаковывали пленников японские ниндзя. Теперь следовало доставить Фингерса, начинавшего шевелиться, в офис «белых воротничков» - наверное, Питер уже заждался? Нил представил себе лицо агента ФБР, у которого бесследно исчезли бриллианты на пол – миллиона, деньги на эту же сумму, подозреваемый и, самое главное, подотчетный информатор и, не выдержав, захохотал во все горло. - Ты чего ржешь, придурок?! – Фингерс пришел в себя и задергался, безуспешно пытаясь освободиться от пут. - Утихни! – встряхнул его Кэффри. – Ты можешь хранить молчание, тебе полагается один звонок… - Ты не можешь зачитывать мне права! Ты – не федерал! Отпусти! - Это гражданский арест! Так что молчи! Хотя можешь говорить – обещаю, все будет использовано против тебя. - Кэффри!!! – Фингерс даже плевался от злости. – Что ты делаешь?! Почему ты им помогаешь?! Забирай деньги, камни и проваливай! Зачем тебе я?! - Понимаешь, Фингерс… я сам часто не знаю, что мною движет, - философски изрек Нил, поднялся на ноги и придал вору вертикальное положение. ***************       Как агент ФБР Питер был обязан рассматривать все версии, в том числе и ту, в которой Нил сбежал с чемоданом денег выбирать очередной остров. Судя по косым взглядам отдельных коллег, именно это они и считали наиболее вероятным. Посты, прочесывание кварталов, опросы возможных свидетелей – все безрезультатно – Кэффри и Фингерс как будто растворились в воздухе. На месте встречи подозреваемого и информатора от последнего остались разбитые в хлам передатчик и наушник, браслет сняли с Нила еще в Бюро, а телефон…        Диана была готова от стыда провалиться сквозь землю. Она конфисковала (точнее – отобрала) у Кэффри сотовый примерно за час до операции, поскольку мошенник в тягостном ожидании развлекал себя тетрисом. Игра сопровождалась мерзкой пиликающей музыкой, которую Нил не отключал именно по той причине, что это был надежный и проверенный способ довести Диану до белого каления. Конечно, она собиралась вернуть мошеннику мобильник перед тем, как тот выйдет из фургона, но Нил даже не заикнулся про телефон, а у Дианы это попросту вылетело из головы.        Теперь агенту Бэрриган оставалось гадать, Нил играл на ее нервах (в тетрис) от скуки или же специально, чтобы остаться без связи в самый ответственный момент?        Джонс, просматривавший записи с камер наружного наблюдения, позвал Берка: - Питер! Посмотри, что сняла одна из камер...        Питер посмотрел – и резко поменял цвет лица. Джонс запоздало подумал, что следовало как-то подготовить начальство, прежде чем показывать Кэффри, скачущего с крыши на крышу мартышкой. - Э-э…не стоит волноваться, Питер – Нил ловок как дьявол и, кажется, он пытается догнать Фингерса, а не сбежать вместе с ним.        Джонс умолк, потому что Берк вдруг перестал его слушать. Он смотрел поверх плеча Клинтона на двери, ведущие в отдел, и улыбался. Эта улыбка вдруг напомнила Джонсу школьный выпускной - точно также тогда улыбались его родители: счастливо, гордо и тайком смахивая слезы умиления.        Нил Кэффри вошел в офис и тоже улыбнулся – нет, засветился, не скрывая как ему нравиться, что три десятка ФБР-цев при его появлении глупейшим образом разинули рты и превратились в памятник. А посмотреть было на что: одной рукой мошенник тащил за шиворот мрачного как туча Фингерса, другой – чемоданчик с деньгами. Джонс не сомневался, что и бриллианты находятся у Кэффри.       От безупречного внешнего вида Нила не осталось и следа – галстук исчез, костюм собрал на себя всю грязь улиц, а некогда белая рубашка полыхала кровавыми пятнами. Под растрепанной челкой и на нижней губе также запеклась кровь, а при ходьбе мошенник еле заметно прихрамывал. Подойдя к куратору, Нил ухмыльнулся еще шире: « Ты, конечно, надеялся, что я не сбегу, но признайся, что изрядно понервничал!» « Если ты хочешь, чтобы я при всех сказал, какой ты незаменимый и ценный работник, сделай менее хвастливую физиономию!» - отвечал ему шутливо-добрый взгляд Питера.        Берк прервал безмолвный диалог, кивнув на Фингерса: - Джонс, уведи его в комнату для допросов. Всем спасибо, вы – молодцы! – обратился он к агентам, уже пришедшим в себя и сворачивающим поисковую компанию. – Нил, черт возьми, еще раз решишь попрыгать по крышам…отправишься в тюрьму! - И это вместо «спасибо»? – деланно возмутился мошенник, ткнув пальцем в спину Фингерса, которого уводил Клинтон. – Что бы ты без меня делал?! - Я часто представляю, какой спокойной и мирной была бы тогда моя жизнь, - парировал Питер и развернул его за плечо, разглядывая разбитый лоб. – Чем это он тебя? ********************        К врачу Нил ехать отказался: « Питер, это просто пара ссадин!» и Берк, поручив дальнейшую работу подчиненным, повез информатора домой. - О, Боже! – всплеснула Эл руками, едва Нил переступил порог. – Кто тебя так?!        Следующего Питер не мог и предположить: Нил пошатнулся, закатил глаза, дрожащей рукой указал на него: - Он… - и красиво сполз по стенке в «обморок».        Смотрящие друг на друга Берки даже сразу этого не заметили: - Ты?! – выдохнула Элизабет, потрясенно глядя на мужа, открывшегося ей с неожиданной стороны. - Нет!!! – возмутился Питер. – Как ты могла в такое поверить?!        «Труп» на полу сдавленно хихикал, подсматривая из-под прикрытых век. - Ах, ты сукин сын… - рука Берка метнулась к воротнику Нила, но тот ловко отскочил и, убежал за диван, уже не скрывая, как ему весело! - Ты у меня сейчас поедешь в самую отвратительную ночлежку, которая найдется в Нью-Йорке! – судя по тону, Питер совсем не шутил. - Да ну?! – в глазах Кэффри азарт полыхал олимпийским огнем. – Сначала придется меня поймать, но как показывает практика, у тебя на это уходит уйма времени… - Думаешь, я буду бегать за тобой по всему дому?! Нет, я наберу 911 и вызову бригаду скорой помощи со смирительной рубашкой. Тот администратор из торгового центра охотно подтвердит, что ты ведешь себя неадекватно для взрослого человека! В ФБР тоже найдется парочка агентов, пострадавших из-за твоих выходок, – Питер неспешно двигался вдоль дивана, наступая на мошенника. - Действительно хочешь в психушку?! - Питер… - проникновенно говорил Нил, так же медленно пятясь назад от куратора, - а ты уверен, что в итоге мы не будем лежать в соседних палатах? - Вот теперь я его точно убью, - тихо пообещал сам себе агент Берк. – А труп можно закопать на заднем дворе – никому и в голову не придет там искать! - Ой… - Нил не испугался, просто перед глазами вдруг все поплыло, а колени подогнулись.       Питер не дал ему упасть, поймав в последний момент: - Доигрался?! – с сарказмом спросил он, садясь на пол рядом с подопечным и придерживая того за плечи. – Нил, у тебя, наверное, сотрясение, а ты все бегаешь! - Гладиолусы… - пробормотал мошенник. - Что?! – всерьез перепугался Берк. - Когда на заднем дворе закопаешь, посади, пожалуйста, сверху гладиолусы. Будет клумба, и никто не подумает, что меня здесь зарыли. А еще, эти цветы – такие красивые...        Элизабет не выдержала и фыркнула. Она принесла аптечку и выбирала, чем промыть боевые раны консультанта ФБР. - Дорогая, лучше что-то, что хорошо жжется, - подсказал муж.        Но заставить мошенника хоть так ответить за свои шуточки у Питера не вышло: Нил почти уснул, пока Эл обрабатывала ссадины и заклеивала их пластырем. Выходные        Солнце, воспользовавшись тем, что жалюзи не совсем задвинуты, любопытно проникло в комнату и подкралось к Кэффри. Нил попробовал скрыться от небесного светила под одеялом, но, задев рукой голову, зашипел от боли – не стоило забывать, что вчера он крепко приложился об асфальт. Окончательно проснувшись, парень выбрался из постели, стараясь не делать лишних движений. - Красавчик! – ехидно прокомментировал Питер, когда его информатор вполз на кухню, придерживаясь за мебель. Добрая Элизабет только сочувственно вздохнула при виде сочетания красно – фиолетового синяка под глазом, разбитой губы и белого пластыря на лбу. Считается, что шрамы украшают мужчину, но элегантному Нилу они определенно не шли. - Что будешь на завтрак? – заботливо спросила она. - Спасибо, ничего не хочется. Только сок, – поморщился Нил, опускаясь на стул. - Уверен? – ухмыльнулся Питер. – Может, хлопьев? В коробке найдется звезда шерифа, - заманчиво произнес он.        Нил улыбнулся, оценив старую шутку. Но ему в самом деле хотелось только пить. А после, наверное, опять забраться в кровать. Багси прыгнул к нему на колени и сел, заняв выгодную позицию для наблюдения за накрытым столом. - Уйди, - Нил толкнул собачку, но потерпел неудачу – когда было надо, маленькое тело Багси становилось удивительно неподъемным. - Что-то ты совсем расклеился, - нахмурился Питер, наблюдая за подопечным.       Элизабет поставила перед мужем тарелку с блинчиками, затем смахнула ладонью челку Нила назад и заметила: - Температура, кажется, повышенная – такое бывает при сотрясении.        Питер взял Нила за подбородок и развернул лицом к окну: - Зрачки на свету сужаются, Эл. Не хочется этого признавать, но его мозги в порядке. Просто костюм от Девора – не то, в чем зимой следует бегать по улице. - Учту на будущее, - съязвил Нил. – Если мне опять придется догонять того, кто украл чемодан баксов и мешок бриллиантов, я попрошу его подождать, пока я одену пальто.        Впоследствии Питер с ностальгией вспоминал, что в субботу Нил вел себя идеально – спал целый день подряд, изредка приползая на кухню, чтобы выпить очередную порцию таблеток и порошков, которыми его потчевала Эл.        Ее стараниями к вечеру мошеннику полегчало, и они допоздна обсуждали прием, который агентство Элизабет готовило к Рождеству. Питер сидел на диване, пил пиво, просматривал файлы, прихваченные с работы, и слушал жаркие споры о том, какой цвет должен преобладать в оформлении зала. Элизабет настаивала на красном, Нил на белом, на компромисс никто идти не хотел, Питер понимал в рассуждениях о стилях и направлениях в искусстве одно слово из пяти. Но в целом он не мог не признаться себе, что ощущает странный комфорт, точно зная, где Кэффри находится и чем занят.        Сейчас Нил сидел на ковре в гостиной, привалившись спиной к тому же дивану, на котором устроился Питер, и рисовал эскизы для приема. Сатч растянулся между ними, положив морду на колено мошеннику и повернувшись к собственному хозяину хвостом.        Обычно за вечер Берк периодически проверял данные браслета Нила (последний раз – на сон грядущий). Монитор передавал сухое графическое изображение из линий и мигающей точки, остальное приходилось додумывать. Например, какого черта Кэффри весь вечер гуляет вокруг нового ювелирного магазина. Или почему сигнал браслета уже битый час транслируется из музея, где выставили последние находки египетских археологов. Даже, когда треккер показывал, что мошенник находится в особняке Джун, Берку оставалось гадать, в поздний час Нил спит или за бокалом вина вместе с Моззи планирует нечто занятное и противозаконное. Или… впрочем, этот список Питер мог продолжать бесконечно.       То ли почувствовав, что Питер на него смотрит, то ли случайно, Нил поднял голову от рисунка и встретился глазами с куратором. Обычно люди, заметив, что за ними наблюдают – даже близкий человек, как минимум настораживаются. Но Нил безмятежно грыз карандаш, пытаясь таким незамысловатым способом поймать вдохновение.Какое-то время они молча смотрели друг на друга, потом Нил, словно ухватив фантазию за хвост, снова начал рисовать. ***************       Питер проснулся глубокой ночью оттого, что ему захотелось что-нибудь съесть. Сэндвич с ветчиной, стакан молока, тост с арахисовым маслом… с ним такое случалось, особенно если неделя выдалась напряженной. Стараясь двигаться бесшумно и не разбудить Эл, агент выбрался из постели, спустился вниз и проник на кухню. Нашарив в темноте выключатель, Питер зажег свет и оцепенел – холодильник смотрел прямо на него. С дверцы рефрижератора на Берка взирали огромные, выразительные темно-карие глаза, напоминающие, что есть ночью – очень вредно. Муки голода сменились угрызениями совести, но затем Питер осознал, что холодильник прозрел не по волшебству, а с помощью фломастеров и чьих то чересчур талантливых пальцев. Мало того, Берку даже казалось, что он уже где-то видел этот полный вселенской скорби взор! - И когда он только успел?! – риторически возмутился Питер.        Сзади раздался цокот коготков и сосредоточенное сопение. Верно заподозривший внеплановый прием пищи Багси появился на кухне и внимательно посмотрел на Питера. - Ты! – осенило Берка и он обличающее указал на мопса: - Это же твои глаза здесь нарисованы!       Багси невозмутимо облизнулся. Позировать для Нила было выгодно, ибо тот всегда расплачивался с мопсом сыром. Позабыв про голод, Берк отправился в гостевую комнату, где Нил в данный момент спал крепким сном младенца. Строгого взора куратора определенно было недостаточно, чтобы разогнать чары Морфея. - Нил! – Питер хорошенько встряхнул его за плечо.        Информатор зашевелился и, не открывая глаз, кое-как приподнял голову. - Что случилось? – заспанно пробормотал он. - Зачем ты изрисовал мой холодильник?! – в праведном гневе зашипел агент ФБР. - Он был белый, - точно прописную истину поведал Нил и уронил взъерошенную голову обратно на подушку.        Ах, ну да, конечно. Это все объясняет. Питер возвел глаза к потолку и сделал пару медитативных вдохов-выдохов, борясь с желанием выдернуть у Кэффри подушку и ею же придушить мошенника – не так, чтобы совсем, но так чтобы тот осознал, что терпению куратора рано или поздно приходит конец. Когда он снова посмотрел на Нила, тот уже спал, и как всегда, во сне казался лет на десять младше и во столько же раз безобидней. - Я с тобой утром поговорю, - неубедительно даже для самого себя пригрозил Берк и тихонько вышел из комнаты. - О… - сказала Эл утром, встретившись взглядом с холодильником. Питер, наливая кофе, сердито проворчал: - Я заставлю его стереть эту мазню. - Не вздумай! – возразила Элизабет. – Мне нравится, как забавно это вписывается в дизайн кухни. - А тебе понравится, если Нил возьмется за обои? – саркастически хмыкнул муж. - Нет, - призналась Эл, - надо попросить его не делать этого. - Не делать что? – сонно поинтересовался Нил, появляясь на кухне – босиком и в пижаме.       Элизабет протянула ему стакан сока: - Не рисовать на обоях, милый. - Не буду, - покладисто кивнул мошенник, - Спасибо. - А также на дверях, стенах, подоконниках… - Питер задумался, где еще в его доме имеются ровные однотонные поверхности. - Хорошо, - Нил отпил сока. – Но тебе не кажется, что потолок в вашей спальне… - Он идеален! – поспешно завопил агент. – Не вздумай вносить какие бы то ни было изменения в интерьер моего дома! Меня все устраивает! Нил невинно пожал плечами: - Просто я давно хотел скопировать что-то из фресок Микеланджело на своде Сикстинской капеллы, а потолок спальни… - Сделаешь это, и я засажу тебя за решетку по обвинению в причинении тяжкого вреда здоровью федерального агента, - зловеще предупредил Берк. -