Ночная бабочка

      Кассандра не находила себе места после вчерашнего. Неужели она вправду обнималась с мужчиной? И ее на самом деле гладили по волосам и называли красавицей? Господи, да как это возможно?!       Девушка расхаживала по комнате, говоря сама с собой.       – Если бы он мог любить меня! О, я пошла бы на край света, я ведь просто пешка... Но это абсурд, бред, бред. Он не может даже относиться ко мне как другу. Он мне не доверяет... о, как же он одинок! Это одиночество в каждом слове, в каждом его жесте... это ведь нечестно – что он страдает. Знать бы, почему...       Ее мысли вслух прервал скрип ключа в замочной скважине. Это не был Эрик, потому как тот всегда приходил из ниоткуда. Кассандра замерла и прислушалась, тут же замолчав.       Дверь отворилась со скрипом. Послышались тяжелые шаги, и ее отец вошел в комнату.       – Кассандра, ты уже встала и оделась! Чудесно. У меня есть разговор к тебе. Идем в мой кабинет.       Подозрительная ласка и спокойствие в его голосе убивали. Девушка не могла придумать причины этому, но неискренность она всегда чувствовала. У отца были свои цели.       – Кассандра? – он взял ее за руку, и девушка ощутила дрожь в его руках. Но она не задавала никаких вопросов. Лучше не стоит.       Они прошли по коридору с мягкими коврами, заглушавшими все шаги. Откуда-то доносились звуки музыки и нежный голос Кристины Даае (Кассандра не забыла ее пения, так волновавшего Эрика), казалось, становился все сильнее. Девушка узнала тот фрагмент, что сейчас пела ученица Ангела Музыки.       Это была Маргарита из «Фауста». Очевидно, Кристина хорошо знала партию, потому как Кассандра не слышала ни единой ошибки. Впрочем, ее действительно не прерывали, как порой прерывали Пьянджи, главного тенора Оперы Популер.       – Она недурно поет, – словно прочитав мысли Кассандры, произнес месье Фирмен. – И все бы хорошо, если бы не Призрак...       – Это ведь легенда. Призраков не существует.       Голос Кассандры звучал спокойно. Она не ожидала, что и отец поддержит эту сказку про Призрака Оперы, которую Кассандра много раз слышала от своей горничной.       – Ну конечно, не существует, зато существует аферист, которого нам никак не изловить! – зло вскричал Ришар Фирмен, сжимая ее руку.       – Почему же? Я уверена, что на него есть управа. Наверняка, у него есть свои слабости.       – Деньги. Это все, что ему нужно.       Кассандра пожала плечами.       Они прошли в кабинет дирекции театра. Жиль Андре тут же подал голос.       – Доброе утро, Кассандра.       В нем не было ни единой нотки почтительности.       – Доброе утро, месье.       Она присела в реверансе.       – С кем ты общается, помимо горничной и нас? – прямо начал Ришар Фирмен. Кассандра удивленно вскинула голову.       – Ни с кем... О чем Вы?       – Призрак требует у нас, чтобы мы – читаю дословно! – «обращались с Кассандрой как с высшим богатством, потому что эта девушка является восхитительным существом. Она стоит больше двадцати тысяч франков. Гораздо больше. Теперь она под моим покровительством, и никто не причинит ей боли. Кассандра Фирмен, теперь я обращаюсь напрямую к Вам. Вы, мой солнечный лучик, никогда не поймете, почему я это делаю, но знайте: мои намерения касаемо Вас изменились».       Кассандра не шевелилась. Эрик... вот кто держит в своих руках целый театр. Вот чем он занят... Аферист, который хотел ее использовать... или теперь уже не использовать?       – Что это значит? По какому праву ты крутишь романы с аферистом?       – Я не знаю этого человека. Быть может, он просто безумен, и в его голове все смешалось.       Ришар Фирмен хмыкнул.       – Я не верю тебе! – вскричал месье Фирмен. Жиль Андре что-то зашептал, но Кассандра не могла понять, о чем он говорит.       – Он любит пятую ложу и Кристину Даае. А это значит, что ты будешь там сегодня.       Жиль Андре произнес эти слова без тени нежности.       – И он придет. И тогда... Но только попробуй его предостеречь! – с этими словами друг ее отца резко отвесил девушке пощечину. Кассандра сжала губы.       – Я не игрушка в ваших руках.       – Где бы ты была, если бы не я? Я продам тебя в публичный дом, если ты откажешься... – зашипел Ришар Фирмен. Кассандра опустила голову.       – Я не знаю... Я не могу! Не могу!       Она не могла предать Эрика, но не могла и пойти работать проституткой или же вновь собирать милостыню. Нет... она не может опуститься! Или может? Черт, почему ей так страшно?!       – Я согласна.       Кассандра внезапно поняла, что голова отчаянно кружится, и девушка не успела нащупать спасительную опору.       Сознание оставило девушку, но ей показалось, что она увидела на короткий миг высокую мужскую фигуру. Но это ей, конечно, только показалось...