Почему ты мне ничего не сказал?

      Жизнь вошла в колею. Драко казалось, что он и не жил толком, что он просто существовал, как-то тянул время от ночи до ночи. Приходил на работу рано утром (кроме тех дней, когда оставался ночевать в своём кабинете), проводил встречи, заседания, совещания, работал над законами, в общем, с головой погружался в дела. А поздно вечером отправлялся в одинокий дом на площади Гримо. Сразу с порога на него наваливалось ощущение чужого дома (особняк Блэков не хотел признавать нового хозяина и постоянно создавал иллюзию присутствия Поттера), что здорово осложняло Малфою жизнь. Но он уже понял, что бесполезно искать бывшего любовника там, где его нет. Поэтому мужчина принимал душ и проваливался в сон, где и встречался со своим персональным демоном.       Часто он забывал пообедать, а иногда и поужинать, поэтому Люциус велел одному из своих домовиков приносить еду прямо в кабинет непутёвого сына. Он ощущал все эмоции Драко как свои собственные, но с советами не лез. Тот должен был разобраться во всём исключительно самостоятельно.       Но вскоре что-то ощутимо поменялось. Всё чаще в смутных снах Министра Поттер казался отстранённым, стал отгораживаться, избегал близости, рядом с ним появились смутные образы другого мужчины и двух мальчиков. И со всех сторон раздавался потусторонний шёпот: «Отпусти его, не мучай. Вы не созданы друг для друга. Он тебе не нужен. Зачем ты его удерживаешь и тем причиняешь страдания вам обоим? Отпусти, пока не стало слишком поздно. Твоя Судьба рядом, но не может найти тебя, пока ты не отпустишь прошлое. Прими наследие Блэков. Оно тебе поможет». После этих снов Драко бывал выжат как лимон, но всё ещё сопротивлялся. Однако надолго его не хватило. Выдержав нелёгкую беседу с миссис Блэк, он отправился в подвал и провёл ритуал принятия магического наследия. «Почему я сразу не провёл ритуал? Даже не подумал, что Поттер отдаст мне не только дом, но и наследие Блэков? Почему даже не попытался раньше поговорить с бабушкой? Но ведь проклятый гриффиндорец даже не заикнулся о том, что мне теперь предстоит разбираться с магией двух родов.... Вполне слизеринская месть, а я — дурак».       Наутро после проведения ритуала, который просто выветрился из памяти молодого человека, Драко проснулся практически другим человеком. Он смог отпустить Поттера, поняв, что он сам зациклился на бывшем любовнике из-за того, что ему льстила сила чувств последнего, но сам он к нему никакой любви не испытывал. Страсть — да, чувство собственности — в наличии, а любви — нет. Это несколько обескуражило, но впервые за долгое время он смог вздохнуть спокойно. Их история с Поттером осталась в прошлом.       Прошло пять лет, и в один далеко не прекрасный день устоявшаяся жизнь рухнула, как карточный домик. С самого утра Драко мучили неясные, но очень неприятные предчувствия. И они не замедлили оправдаться.       Малфой беседовал с Главой департамента игр и спорта об организации приближающегося финала чемпионата мира по квиддичу. Так уж вышло, что в этом году в Англии должны были проходить и финал, и конгресс зельеваров, о чём ему без конца напоминал крёстный и требовал, чтобы Драко определился уже с местом его проведения.       Беседа грозила затянуться, но тут произошло сразу два события — из камина вышел Снейп, и в кабинет буквально влетел Глава аврората с донесением, что из Азкабана сбежали трое приспешников Волдеморта: Макнейр, Розье и Уилкис.       В результате было решено, что волшебников на финале будут охранять все сотрудники аврората, а конгресс будет проходить в Хогвартсе. Однако Драко не оставляло предчувствие грядущих изменений. Что-то точно произойдёт. И его жизнь опять встанет с ног на голову.