Пророк

К доктору Брайс Линкольна отправили родители. Они справедливо полагали, что сын сам не справится с переменами в своей жизни. Причём, перемены далеко не радостные. Школьный психолог, это, конечно, хорошо, но толку от этого… Линкольн смысла в этом просто не видел, но на сеансы ходил. Лучше не становилось. Жизнь изменилась, он потерял стимул, такое заманчивое будущее накрылось. И что делать дальше, он решительно не представлял. А тут ещё оказалось, что спускать пропуски по учёбе никто уже не будет. Нужно сдать все зачёты, подтянуть хвосты, и всё успеть до конца семестра. А он даже не открывал ни один из учебников. И что делать теперь? Это он благополучно и вывалил на очередном сеансе. - Вполне решаемо, Линкольн. – Доктор Брайс профессионально улыбалась, и от этой улыбки Хейза с души воротило. Такая сладкая, приторная, участливая насквозь… фу. – Есть ученики, которые хорошо учатся, и могут подтянуть тебя по нужным предметам. - У меня никогда не было друзей вне команды. – Линкольн развалился на кресле, и всем своим видом олицетворял пофигизм. – А среди игроков нет хороших учеников. Невозможно делать два дела одновременно. - Вне команды полно людей, Линкольн. Пора тебе начать смотреть по сторонам. - Извините. – В дверь деликатно постучали, и в проём просунулась голова Эмили Брайс. – Мам, дай ключи, пожалуйста. Я свои забыла. - Возьми. – Доктор отдала ключи, а Линкольн запоздало сообразил, что лучшая ученица их класса дочь школьного психолога. Странная девчонка, которую вся школа считала чокнутой. Вечно зароется в свои книги, или что-то рисует в тетради. Ни с кем не разговаривает, ни с кем не дружит, одевается во что-то мешковатое. Зато учиться так, что позавидовать можно. Высшие баллы на всех тестах, первая в списке будущих стипендиатов Гарварда. – Милая, твои факультативы закончились? - Да, ближайшие две недели ничего не будет. – Девушка стояла в обнимку со своей неизменной сумкой. – А что? - Линкольн, - доктор Брайс с улыбкой повернулась к нему. – Тебе ещё нужна помощь с учёбой? Эмили с удовольствием тебе поможет. - Что? – Практически хором ответили они и в панике переглянулись. Проводить вместе хоть какой-то промежуток времени не прельщало ни одного из них. - Я позвоню твоим родителям, думаю, они согласятся со мной. – Улыбнулась доктор Брайс. - Мам, а меня за что? – Жалобно спросила Эмили. Перечить матери было не совсем в её духе, но заниматься с Линкольном Хейзом совершенно не входило в её планы. На неё же все начнут обращать внимание, едва прознают об этом. Это только он считал, что его жизнь кончена, друзья отвернулись от него, если уж он теперь не звезда спорта. Да, спортсменом ему больше не быть, но он всё ещё популярный парень, который у всех на виду. И она попадёт под внимание всех, едва её увидят рядом с ним. - Тебе нужно общение. – Отрезала мать и пошла звонить. В этот момент оба подростка поняли, что им не отвертеться. - Хорошо. – Первой сориентировалась Эмили. – Завтра после уроков в библиотеке. По каким предметам у тебя проблемы? - Дай подумать… - Протянул парень, демонстративно закинув ноги на журнальный столик. – По всем. - Чудно. – Так же демонстративно закатила глаза девушка. – Но начнём мы с математики. - Почему с неё? - Потому что на следующей неделе промежуточный тест. По математике. - Не смотри на меня, как на дебила. – От взгляда, которым девушка его окинула, Линкольн взбесился. - Не как на дебила, а как на выскочку-спортсмена, который всегда считал, что законы писаны не для него. А потом, бац, и всё оказалось далеко не сказкой. – Яду в голосе Эмили было предостаточно, и характер тоже обозначился сразу. – Точно…именно, как на дебила и смотрю. - Мегера. – Буквально выплюнул Линкольн, отвернувшись. Эмили в ответ насмешливо фыркнула. Кто бы подумал, что у школьной невидимки такой острый язык. - Болван. - Я знала, что вы поладите. – Улыбнулась доктор Брайс, на этот раз совершенно искренне. – Удачи вам, ребята. На следующий день они встретились в библиотеке. Эмили обложилась учебниками, справочниками и всем, чем только можно. А Линкольн даже ручки не прихватил. Пару минут они буравили друг друга взглядами, а потом девушка обречённо вздохнула: - Ты раздолбай. - Согласен. Я пошёл. – Линкольн подхватил сумку и развернулся на выход. Уж где-где, а в библиотеке он хотел быть в последнюю очередь. Но Брайс собиралась оставить последнее слово за собой. - Так ты уже готов чистить бассейны всю оставшуюся жизнь? – Ехидный голос ударил в спину. – Именно этим и будешь заниматься, с таким-то отношением. Парень выругался и сел обратно. И уже через десять минут понял, что тест он не сдаст. Отдельные слова Эмили он понимал, но вот всё в целом. Чёрт, надо было больше уделять этому внимания. Вот только раньше в этом не было никакой необходимости. Теперь же оставалось только наблюдать, как бывшие приятели продолжают жить его прежней жизнью. Нет, они не перестали общаться с ним, так же звали на тусовки, вот только Линкольну самому не хотелось никуда идти. Глядя на веселящихся парней, продолжавших заниматься его любимым делом, доступ к которому он потерял… Чувства всё это вызывало самые отвратные – от безысходности до самой чёрной зависти. Проще всего было забить на всё, завалиться на диван с пивом, или чем покрепче, и активно жалеть себя. Можно было удариться в загул, красть деньги, угонять машины, попробовать наркоту. Ни то, ни другое Линкольну не нравилось. Всё это имело место, но вот только… толку не принесёт. Может, станет легче, но это не приведёт ни к чему. Однажды утром он проснулся и понял, что не хочет делать глупости и гробить свою жизнь. Парень не мог бы точно сказать, что ему помогло с этим. То ли визиты к психологу, то ли ещё что-то. Легче не стало, но в голове прояснилось. Требовалось переключиться на что-то другое. Возможно, на учёбу. Стоило попробовать. Может, если загрузить, как следует голову, удастся забыть о невозможности заниматься любимым делом. - Эй, Хейз. – Эмили щёлкнула пальцами перед его лицом. – Ты будешь заниматься или нет? - Буду. – Линкольн тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли. – Объясни ещё раз, пожалуйста. - Ладно. – Передёрнула плечами девушка и начала по новой. Она действительно хорошо объясняла. И на пальцах, как маленькому ребёнку. Вслушиваясь в её голос, интонации, Линкольну стало любопытно. – Почему ты невидимка? - Что? – Девушка ожидала подвоха. С какой стати этого популярного парня интересует её жизнь? - Ты умна, остра на язык, симпатична. У тебя есть всё, чтобы стать популярной. Почему ты невидимка? - Потому что быть популярной в этой школе, значит быть шлюхой. – Иронично хмыкнула Эмили, пряча глаза в свои тетради. – Как твоя бывшая, например. - Обязательно было это добавлять? – Линкольн откинулся на спинку стула и с трудом подавил ругательство. – Слухи уже расползлись? - У неё скоро начнутся проблемы. Тебя это волнует? - Какие проблемы? – Безразлично спросил парень, будучи рад переключиться на что-то другое. От математики уже голова гудела. До Мии ему не было уже особого дела. Какие бы не были его чувства к ней, они прошли. Линкольн не умел прощать предательства. И не собирался этого делать. Не бывшей подружке, не бывшему другу. - Фото вот-вот пойдут по школе. – Как бы между прочим бросила девушка, но буквально через секунду Линкольн схватил её за руку и притянул к себе. Его лицо оказалось в миллиметре от её, и Эмили невольно шарахнулась. – Отпусти меня. - Откуда ты знаешь про фото? Я точно никому не говорил. – Буквально прошипел парень, но руку её так и не выпустил. - Мой приятель работает в школьной газете, он мне и рассказал. Руку пусти. – Эмили вырвала руку и начала тереть запястье. – Чёрт, больно. - Извини. – Линкольн плюхнулся обратно на стул. – Я не хотел. - Тебе точно надо нервы лечить. – Хмыкнула девушка, устраиваясь поудобней, и закидывая ногу на ногу. – Псих. - Откуда у твоего приятеля эти фото? - Тебе какая разница? - Думаешь, мне улыбается, чтобы вся школа смеялась надо мной? – Сказать, что Линкольн был зол, значит ничего не сказать. Звание рогоносца ему не нравилось. Категорически. – Я стану лузером. - Твои проблемы меня не касаются.- Эмили поднялась, забрала свои учебники и отправилась к выходу. – Кстати говоря, волонтёрская работа добавляет баллов к экзаменам. Она была права. Это сугубо его личное дело и его проблемы. И разбираться он будет с этим сам.