Когда совершенство обретает форму

"Talk" "Harry talking parseltounge and with werewolves" 'Thinking' 'Telepathy' 'Gabriel and Emrys talking telepathically' 'Harry and Draco talking telepathically' 'Harry's inner demon talking' Глава 8. Не говори «прощай» Hpdmhpdmhpdmhpdm HarryXDraco hpdmhpdmhpdmhpdm – А неплохо устроились слизеринцы. Шикарно живете… – пробормотала она, осматриваясь. Гарри усмехнулся и отправился на кухню выполнять долг гостеприимства, то есть угощать девушку сливочным пивом. – Ремус сказал то же самое. Девушка тем временем удобно развалилась в кресле, куда Гарри и подал ей наполненный стакан. – Может быть, ты объяснишь, что происходит? – освоившись, приступила она к расспросам. Гарри вздохнул, щелкнул пальцами, отчего огонь в камине разгорелся сильнее. Сие действие вызвало удивленный возглас Гермионы, но Гарри оставил его без комментариев. Драко любил погорячее, и Гарри не возражал против более высокой, чем обычно, температуры в комнате. Ни жар, ни тем более холод, его не беспокоили. – Всему свое время, Миона. Не хотелось бы повторять одно и то же. – По крайней мере, расскажи про тебя и Малфоя, – настаивала она. Гарри вздохнул и отвернулся, наблюдая за игрой пламени. – Мы были... вместе... почти месяц… Гарри замолчал. Гермиона собиралась что-то сказать, но в этот момент дверь отворилась, пропуская Драко и четверых его друзей. Гермиона вскочила, Гарри тоже неспеша поднялся. – Драко… Блондин расцвел, подошел к Гарри вплотную, потянулся за долгожданным поцелуем. Вампир не заставил партнера ждать, сам наклонился к желанным губам. Разнообразная, но главное, громкая реакция окружающих заставила обратить на себя их внимание. Все-таки три падающие на пол челюсти отнюдь не бесшумное событие. К счастью, вылезающие из орбит глаза Блейза, Винсента и Грегори были практически беззвучным дополнением к увиденному. Гермиона и Панси вежливо и скромно заливались краской в сторонке. − Итак… с чего начнем? – ухмыльнулся Драко, обмениваясь взглядом с партнером. Ночь обещала море развлечений… Hpdmhpdmhpdmhpdm HarryXDraco hpdmhpdmhpdmhpdm Гарри усмехнулся, чмокнул блондина не в глаз, а в бровь и выпустил из объятий. – Приведи друзей в чувство и усади. А я пока принесу чай. Драко кивнул, проводил Гарри взглядом до кухни, затем обернулся к друзьям и Грейнджер, до сих пор пребывающим в замороженном состоянии. – Доброе слово и кошке приятно, но тут, видимо, требуется словцо покрепче, – ухмыльнулся он. Слизеринцы всё же отмерли, хором прокашлялись, а потом заняли места на большой кушетке, стараясь прийти в себя и сохранить остатки достоинства. Драко обратил взор на Гермиону. Девушка продолжала стоять и подозрительно глядеть на слизеринцев. – Расслабься, Грейнджер. Присядь что ли. Вопреки широко распространенному мнению слизеринцы не кусаются. По крайней мере, несильно, – сказал Малфой. Гермиона пристально изучала его лицо в течение нескольких секунд и только потом присела. Гарри вернулся в комнату с подносом. При виде его глаза девушки сверкнули. – Беспалочковая магия… – прошептала она. Гарри расслышал, усмехнулся и опустил поднос на стол. Чашки плавно поплыли в руки гостей, а чайник последовал за ними, разливая ароматный напиток. – К хорошему быстро привыкаешь. Никаких заклинаний, размахивания палочкой и специальной концентрации, достаточно лишь вложить немного магии в своё пожелание. – Кроме этого требуется высочайший уровень магических способностей, – усмехнулся Блейз. – Кажется, мы недооценивали тебя, Поттер. Драко рассмеялся и посмотрел на Гарри. Вампир уселся на подлокотник кресла, в котором уже устроился Драко, и приобнял его за плечи. Блондин же как бы нечаянно оперся на бедро Гарри. Поттер не боялся того, что слизеринцы оттолкнут его. Всё, что ему нужно сделать – это доказать, что он стоит потраченного на него времени. А вот с Гермионой всё обстоит совсем иначе. Каких сил потребует от нее принятие правды о Гарри и восстановление доверия к нему? Хотя бы частично. Драко поклялся себе, что постарается добиться её доверия для Гарри. Ведь Поттер так много сделал для него… он должен вернуть долг. – После того, как мне исполнилось шестнадцать, эти способности пришли сами собой, – прокомментировал Гарри. – А когда произошло ЭТО? – спросила Панси, с отвращением глядя на руку Гарри, лежащую на Драко. Поттер озадаченно посмотрел на Малфоя. – Примерно через неделю после моего дня рождения? – уточнил он у светловолосого соседа. – Не знаю… Всё закрутилось после приезда в Хогвартс на каникулы. Мы были… вместе… когда приехали к Ив. Ни от кого не укрылось то, как Драко запнулся на слове «вместе». Гарри промолчал, лишь тихонько пошевелил пальцами, машинально перебирая мягкие прядки волос помощника. – Но КАК? ПОЧЕМУ это произошло? – спросил Винсент. – Мы подозревали, что ненависть между вами наигранная, но соперничали вы по-настоящему. Гарри кивнул. – Это случилось, потому что Драко оказался моим истинным партнером. – Партнером в смысле «коллегой» или партнером в смысле «возлюбленным»? – спросил Блейз, наклоняясь вперед и не сводя с парочки пристального взгляда. – Не знаю насчет «возлюбленного», но да… Драко теперь принадлежит мне также, как и я ему, – ответил Гарри. Он не видел полного преданности взгляда, который обратил на него Драко, но почувствовал его благодарность и одобрение через Связь. – Это невозможно, – заговорила Гермиона. – Партнерство предполагает, что один из вас является созданием крови. А я точно знаю, что Гарри не может… – Точно знаешь? – лукаво перебил Поттер. Гермиона непонимающе посмотрела на него. Было почти слышно, как у нее в голове со скрипом вращаются винтики, анализируя ситуацию. – Но в роду Поттеров… – Это перешло не по отцовской линии, а по материнской. И нет, Гермиона, – Гарри отрицательно покачал головой, – она не была магглорожденной. Семья Эвансов удочерила её. На самом деле она прямой потомок Салазара Слизерина. Гермиона сглотнула, переваривая информацию. Так же отреагировали и остальные. Даже для Драко это стало большим сюрпризом. – А почему я об этом ничего не знаю? – сквозь зубы процедил он. Гарри примирительно чмокнул блондина в лоб. – Не думал, что это важно, дракон. Малфой хмыкнул. – Да, но я хотел бы, чтобы ты посвящал меня в подробности своей жизни. – Мы отошли от темы, – вклинился Грегори. – Действительно. Мы, кажется, остановились на том, что Драко – мой партнер. – Но это невозможно… – Всё возможно, Гермиона. Я вампир. Восходящий вампир. Всё замерло, даже звука дыхания не стало слышно. – Но… – Да, Паркинсон. Ни один ребенок, рожденный вампиром, не пережил ночь восхождения. Это был крайне болезненный опыт… но я выжил, – сказал Гарри, сверкнув глазами. – Докажи, – прошипела Панси. Она вскочила, прожигая Поттера яростным взглядом. – Докажи! Внутренний Демон дернулся в гневе. «Она лишь пытается защитить Драко. Я должен контролировать себя…» Гарри сжал кулаки, стараясь сдержать желание наброситься на Паркинсон за нанесенное оскорбление. Драко ощутил по Связи его растущее бешенство и в попытке успокоить его, сжал бедро вампира. – Сидеть, Паркинсон, – прорычал Гарри, чувствуя, что его клыки удлинились, а магия взметнулась наружу. – Ты не можешь быть вампиром, Поттер! Выдумать такое смехотворное оправдание… – Как ты смеешь сомневаться в моих словах, смертная! – голос гремел по всей комнате. Панси упала на колени, задыхаясь. Она перевела взгляд на Драко, в глазах которого читалось сожаление, что его единственная подруга попала в такое затруднительное положение. – Гарри, достаточно, – мягко произнес Драко. Поттер неудовлетворенно рыкнул, но все же усмирил рвущуюся уничтожать магию. – Не наезжай на меня, Паркинсон. Я не марионетка Волдеморта и с едой не церемонюсь. Все, кроме Драко, вздрогнули при упоминании имени Темного Лорда. – Гарри… Вампир поднялся и подошел к камину. Скрестил на груди руки, что-то для себя решая. Потом обернулся и, глядя Гермионе в глаза, сказал: – Я тёмное существо, Гермиона. Принадлежу к одному из древнейших и могущественнейших видов темных существ в этом мире. – Подросток замолчал и обвел взглядом присутствующих и остановился на Драко. – Я не выбирал этот путь… но мне предстоит с этим жить. Hpdmhpdmhpdmhpdm HarryXDraco hpdmhpdmhpdmhpdm А затем Гарри им обо всем поведал. О своей жизни у Дурслей, об Ив и четверых основателях. Рассказал о наследии, опустив тот факт, что его магия назначила ему быть Королем Рода. Он не готов был делиться тем, что еще сам до конца не осознал. Hpdmhpdmhpdmhpdm HarryXDraco hpdmhpdmhpdmhpdm Драко шел в Большой Зал на завтрак. Вчера они расстались с Гарри, когда Малфой отправился провожать друзей. Поттер выглядел потрясенным, но Драко понимал, что Гарри придется самому разобраться со своими демонами. Он не позволил бы никому (а тем более Драко) брать на себя его проблемы. Как он и сказал однажды. Друзья Драко разошлись по кроватям, а когда он проснулся, их уже не было. Он не хотел беспокоить Гарри без причины, поэтому не стал к нему заходить. Когда Гарри будет готов, он сам его найдет. Тем временем Малфой подошел к столу, где уже обосновались его товарищи. – Доброе утро, Драко, – улыбнулась Панси. Парень улыбнулся в ответ, хоть и несколько напряженно. – Привет, Панси. – Он сел за стол. – А где Гарри? – спросил Блейз, кусая любимый кекс за румяный изюмный бок. Драко был чуток в шоке и от вопроса, и от того, что партнера называют по имени. – Он… я… его еще не видел. – Думаешь, он придет? – спросила Панси. Голос вроде бы звучал безразлично, и только тренированный слух Малфоя распознал беспокойство в ее тоне. – Эм… не знаю… – ответил Драко. Было заметно, как он волнуется. Нервозная аура окутывала его плотным коконом. – Доброе утро. Пятеро слизеринцев повернули головы, меньше всего ожидая увидеть стоящего перед ними человека – неуверенно улыбающуюся Гермиону Грейнджер. – Грейнджер? – Привет, Драко. Не против, если я присяду? – Девушка указала на свободное место рядом с Малфоем. Тот кивнул, несколько выбитый из колеи развитием событий. – Я хочу извиниться. Мы с самого начала пошли неверным путем. И я подумала, что, возможно, ради Гарри… Драко уставился на протянутую руку, она дрожала. Малфой встряхнулся и принял предложение о перемирии. Гермиона широко улыбнулась и повернулась к остальным слизеринцам. – Приятно видеть вас не в качестве заклятых врагов, – сказала Гермиона. Панси тоже улыбнулась и в свою очередь пожала руку. – К этому нужно будет привыкнуть. Гермиона закатила глаза. – И не говори! Еще вчера я думала, что у Дамблдора съехала крыша, а сегодня я в этом уверена, – сказала девушка и стала наполнять тарелку едой. Закончив с этим, она подняла глаза на таращащихся на нее слизеринцев. – Да ладно вам! Уж кто-кто, но вы-то – последние из тех, кто может верить в образ «доброго дедушки» Дамблдора, – недоверчиво воскликнула она. – Разумеется, – возмутился Блейз. – Но от вас, гриффиндорцев, сложно ожидать иного. Особенно от тебя. – Он действительно одурачил меня на некоторое время. Не уверена точно, когда именно, но в какой-то момент моё доверие Дамблдору пошатнулась. Вероятно, когда он позволил Гарри участвовать в Турнире Трех Волшебников. Он был для директора лишь оружием, а я никому не позволю использовать моих друзей. – Гермиона была похожа на львицу, защищающую своих детенышей. – Вчера ты не была столь агрессивно настроена, – мягко проговорил Драко. Гермиона погрустнела. – Драко… то, о чем Гарри рассказал нам – полная противоположность всему, во что я верила. Я магглорожденная, Драко. Все, что я знаю о магическом мире, я почерпнула из книг. И я воспитана жить в уважении к властям. За прошедшие пять лет Гарри научил меня самостоятельно делать выводы, и тому, что правила ничего не значат, если страдают люди. Я перестала слепо верить авторитетам. Благодаря Гарри. – Девушка вздохнула. – А теперь… когда Дамблдор знает, что Гарри – вампир. Странно только, что об это еще не трубят во всех СМИ. – Возможно, он выжидает подходящий момент? – сказал Винсент. – Кто знает. Старикан – один из лучших мастеров окклюменции. Даже Темный Лорд не способен пробиться сквозь его щиты, – добавил Грегори. – Вот поэтому я и волнуюсь, – заключила Гермиона. Все примолкли. – О, сжальтесь надо мной, Небеса! – выражение лица Гарри было непередаваемым. Слизеринцы сдавленно хихикали, Гермиона, не стесняясь, расхохоталась во весь голос. – Где ты был? – улыбнулся Драко. Блейз подвинулся, и Гарри подсел к партнеру. – Я… думал. Вчерашний вечер выдался довольным тяжелым. Не все мои воспоминания приятны, – признался он, понимая, что ложь в данном случае выгоды не принесет. – Нужно было восстановиться. Гермиона нахмурилась. – Сириус? – В ответ ей лишь слегка кивнули. Драко ободряюще сжал руку Гарри. Их соединившиеся ладони надежно укрыл широкий длинный рукав Гарри. Драко попытался послать по Связи утешение, но чувство ненависти к самому себе, которое шло со стороны Гарри ни на йоту не уменьшилось. – В случившемся не было твоей вины, – прошептала Гермиона. Гарри пожал плечами и криво ухмыльнулся. – Знаю, однако, это не мешает мне чувствовать себя виноватым, – сказал он. Гермиона вздохнула и закатила глаза. – Твоя извращенная логика меня просто убивает. Как я могла выносить вас с ней столько лет? – Скорей всего потому, что я так неповторимо красив, неотразим, очарователен и… – Невероятно хвастлив? – закончила за него Гермиона, делая большие невинные глаза. Гарри рассмеялся, а Драко ощутил, что груз с души у парня свалился. Очевидно, Гермиона очень чутко ощущала, что нужно её другу в момент душевного разлада. – Чтоб вы знали, Гермиона Грейнджер, чтобы хвастаться, нужна лошадиная доза эгоизма, которой у меня, к моему сожалению, не наблюдается. – Ну, разумеется, Поттер. С твоего позволения мы немного подышим. Твоё несуществующее эго занимает столько места, что для кислорода его уже не хватает, − присоединился к забаве Блейз. Гарри усмехнулся. − Приношу свои глубочайшие извинения, господин Забини, но вынужден возразить, что в том, что касается эго, с Древним и Благородным домом Слизерина мне не сравняться. Возьмем, к примеру, вашего самого знаменитого студента – нашего дорогого Волдеморта. − Мистер Поттер, не хотите ли вы сказать, что речь идет о господине, который не отпускает наших возлюбленных родителей из своих теплых ежовых рукавиц? – молвила Панси, помахивая перед лицом веером, который она только что трансфигурировала из вилки. Гермиона хихикнула. − Думаю, именно на него он и намекает, любезная леди Паркинсон, − сказала девушка. − Он действительно делает это, леди Грейнджер. Какой стыд! А я-то всегда полагала мистера Поттера человеком чести. Порочить столь чистое и возвышенное имя нашего дорогого лорда Волдеморта! – возмутилась Панси. На раздавшийся хохот обернулись все немногочисленные ранним утром студенты. − Спасибо! Мне это было нужно, − рассмеялся Поттер. − Нет проблем, Поттер. Обращайся. Ты теперь один из нас, − сказал Винсент. Грегори кивнул. − Один за всех и все за одного, − поддержал он. Гермиона улыбалась: − Похоже на то, что в последние годы Дом Слизеринцев несколько изменился. − Да. – Всё, что Гарри еще хотел сказать, осталось неизвестным, потому что в Большой Зал с громким криком влетел красивый орел и приземлился на плечо Гарри. К его лапе был привязан конверт. Драко напрягся, так как по Связи ощутил в Гарри узнавание. − Привет, Аларик, − поприветствовал Поттер птицу, и Аларик осторожно ущипнул его за ухо. Гарри отцепил письмо и бросил на Малфоя косой взгляд. И в то же время тот почувствовал переданные по Связи заверения в том, что всё будет хорошо. − От кого письмо? – не удержалась Гермиона. Гарри сломал печать и вскрыл конверт. Орел вновь ущипнул его за ухо и покинул плечо, наверно для того, чтобы отыскать завтрак, а потом где-нибудь отдохнуть. − От моего Родителя, − наконец ответил Гарри и углубился в чтение. «Дорогой Гарри, Пишу тебе в большой спешке. Я разговаривал с Конклавом, и они согласились на твое пребывание у них. Ив и Эмрис в безопасности. Добрались мы без приключений. Причина, по которой я спешу написать тебе в том, что Волдеморт собирается нанести удар. Слухи о тебе, Сын, распространяются. Втихомолку говорят о том, что появился Король Рода, и не избежать того, что скоро об этом заговорят все и уже вслух. Надеюсь, твой Помощник в безопасности и вам удалось сохранить свою Связь в тайне, особенно от Дамблдора. Боюсь даже представить, что он предпринял бы, получи он хоть намек на то, что нашел твое слабое место, и есть орудие для манипулирования тобой. Силы в тебе хоть отбавляй, но ты еще не научился управлять ею. Ты всё еще уязвим. Я возвращаюсь в Великобританию. Должен быть в Хогвартсе самое большее через две недели. Все дороги и передвижения по стране контролируются Министерством, поэтому пользоваться магией для перемещения − большой риск. Будь готов и держи Аларика при себе. С ним проблем не будет. Передай от меня привет Драко, а также от Ив и Эмриса. Они ждут не дождутся встречи с вами. До скорой встречи. Габриель Дюбуа. P.S. Если я не успею добраться до дня рождения Драко, ни в коем случае НЕ ЗАВЕРШАЙТЕ Связь самостоятельно. Это для безопасности Драко, сын. Ты знаешь, что я не стал бы просить без веских на то причин. Берегите себя». Гарри? – негромко окликнул партнера Драко. Юноша вздрогнул и нервно оглянулся. − Две недели… − пробормотал он. Малфой хмурился, пока внезапно его не осенила догадка. − Он придет к тебе? − О чем идет речь? – поинтересовался Винсент. Гарри оглядывал своих новых друзей до тех пор, пока его взгляд не остановился на Гермионе. Девушка переводила глаза с Гарри на Драко, пытаясь вникнуть в ситуацию. Много времени у нее это не потребовало. − Уверен, что для обсуждения выбрано удачное место? – прошипела она. Гарри сглотнул и поднялся. − Идемте, − повелел он. Если бы все бодрствующие не локализовались в Большом Зале, а по каким-то причинам шлялись по коридорам, то у них был бы шанс наблюдать странную процессию − группу слизеринцев и гриффиндорку, которая не особенно выделялась среди них. Гарри прошипел пароль еще на подходе к портрету и ворвался в общую комнату. Драко влетел прямо за ним, тогда как все остальные застряли в проходе. − Гарри, что случилось? – спросил Драко, внимательно наблюдая за партнером, который приблизился к камину. − А что могло случиться? Думай, Драко! Думай! – воскликнул Гарри, глядя на партнера. Блондину не нужна была Связь, чтобы понять, что Гарри в растрепанных чувствах. Связь же вопила о его смятенном состоянии, беспокойстве, страхе и тоске, что метались в его взгляде. – Габриель будет здесь через две недели! Через две недели я УЕЗЖАЮ! − Гарри, мы ведь знали, что это должно произойти, − сделал Драко попытку успокоить партнера, в чем благополучно провалился. − Ты не понимаешь, Драко! С тех пор как мы вместе, мы еще ни разу не расставались. Наша Связь просыпается. И нам чертовски везло до сих пор, что Дамблдор еще ничего не пронюхал. − Ты так говоришь, как будто мы тычем ею ему в нос, − возразил Драко, и Гарри вновь зашагал по комнате. Его метания, словно пантеры, пойманной в ловушку собственных мыслей, встревожили Малфоя. − Гарри, пожалуйста… − Черт побери, как я допустил это? – прорычал парень. – Если Дамблдор поймет, что ты – мой помощник или даже просто мой друг, он сможет использовать тебя, чтобы удерживать меня в Хогвартсе… − Гарри, я не настолько беспомощен, как ты сейчас пытаешься изобразить, − вознегодовал Малфой. − Гарри, Драко прав. И мы с ним не для украшения, а для того, чтобы помогать, − сказал Блейз. − И я тоже готова помогать, особенно в том случае, если ты наконец-то объяснишь, в чем дело, − поддержала Гермиона. Гарри оглядел ребят, не прекращая ходьбу. − Не могу поверить, что проморгал такой поворот, − проворчал он. Драко безнадежно вздохнул. − Мерлин, Гарри. Ты не можешь предвидеть всё. И к тому же в последнее время тебе слишком многое приходилось обдумывать. − Но я должен быть в состоянии защитить своего помощника. Ничто не может послужить мне оправданием. – Отчаяние заполняло его, но он ничего не мог поделать. Небольшая здравомыслящая часть говорила ему, что он должен успокоиться, но как раз её-то он и не слышал. Гарри потер виски и постарался сосредоточиться на Драко. Помощник был переполнен сомнениями и неуверенностью в будущем, а еще его постепенно охватывало расцветающее буйным цветом чувство одиночества. Гарри внезапно выдохнул и печально посмотрел на Драко, борясь с порывом побиться головой об стену. Однако секундой позже он уже был рядом со своим помощником, а еще мгновение спустя Драко покоился в его объятиях, а Гарри убеждал себя в том, что вот сейчас его маленький дракон в сохранности и безопасности в его руках. − Прости, Драко. Мне так жаль. Я совсем забылся, − шептал он. − Всё в порядке, Гарри, − пробормотал Драко. Парочка обнималась, не обращая внимания на окружающих. (Повезло, что этой толпе можно было довериться). Драко шептал что-то в грудь Гарри, пока тот окончательно не успокоился, и по Связи не стали улавливаться лишь слабые отголоски грусти и сожаления. − Теперь ты можешь рассказать, о чем пишет Габриель? – попросил Драко и потянул партнера к креслу. Остальные расселись почти так же, как и вчера в комнате Гарри. − Он пишет, что прибудет примерно через две недели. Он добрался бы быстрее, но все дороги находятся под наблюдением Министерства, также как портключи и каминная сеть. − Однако причина твоей тревоги не в этом? – сказала Гермиона прежде, чем даже Драко подумал о том, чтобы попытаться дальше разговорить Гарри. Он улыбнулся новой подруге, и получил понимающий взгляд в ответ. − Он… − Гарри умолк и нахмурился. Драко взял парня за руку, переплетая пальцы. На этот раз в кресле сидел Поттер, а Драко на подлокотнике. – Он боится, что мы завершим нашу Связь в твой день рождения, а он не успеет прибыть до этого момента. – Драко засмущался и покраснел. − Почему его это беспокоит? – тихо спросил он. Гарри вздохнул. − Потому что он знает… как тяжело мне будет оставить тебя, дракон. – Драко не смог сдержать эгоистической нотки: − Тогда, быть может, не стоит? – Гарри внимательно посмотрел на помощника. Друзья хранили молчание. Пусть и безмолвное, присутствие толпы свидетелей не нарушало важности интимного момента. − Ты заслуживаешь партнера, который может защитить тебя, Драко. А в своем теперешнем состоянии я на это неспособен, − признался Гарри. Драко вздохнул и кивнул. − Я понимаю… но это не значит, что меня это устраивает, − сказал он. Гарри улыбнулся. − Я знаю, Драко. – Надолго повисшее безмолвие нарушила Гермиона. − Значит, ты на самом деле покидаешь нас… − прошептала она. Гарри виновато улыбнулся подруге. − Да… боюсь, другого пути нет, − сказал он. − Но ты же вернешься? – спросила Панси. Гарри кивнул. − Не знаю, когда именно… − Гарри посмотрел на Драко. Следующие слова звучали, как клятва. – Я вернусь… несмотря ни на что. Драко улыбнулся. − Я знаю... И я буду ждать... Hpdmhpdmhpdmhpdm HarryXDraco hpdmhpdmhpdmhpdm Я хочу, чтобы ты узнал, Я люблю, когда ты улыбаешься. Я хочу, чтобы ты летал, Только так, что земли не касаешься. С фотографии пристальный взгляд Говорит, что я сам виноват. Я хотел бы забрать твою боль. Я бы смог, умоляю, позволь. В нашем доме не помнят обид. Ты ушел. Я один и разбит. И напрасно горит в спальне свет. Ты ушел, и меня больше нет. Все закончилось, пробуй дышать. Я хочу, чтобы ты воспарил. Одному ни к чему воевать. Я хочу, чтобы ты это знал. Я хотел бы забрать твою боль. Я бы смог, умоляю, позволь. В нашем доме не помнят обид. Ты ушел. Я один и разбит. И напрасно горит в спальне свет. Ты ушел, и меня больше нет. (Seether – Broken) Песня стихла, когда Гарри посмотрел в окно. Его пальцы замерли над дрожащими струнами. Драко посмотрел на партнера, встревоженный этой внезапной переменой. Солнце клонилось к горизонту, купая юного вампира в лиловых и розовых красках, изумрудные глаза невидяще изучали темнеющее небо. «Еще четыре дня...» Гарри чувствовал приближение Габриеля, что каждый при желании мог заметить. В течение прошедших полутора недель он пребывал в напряжении, что ощущал весь замок. Он стал еще более осторожным в присутствии Дамблдора, и Драко приходил в комнату Гарри только в компании друзей. Им обоим нужно было привыкнуть к тому, чтобы спать поодиночке, каким бы трудным это ни было. Вот и сейчас он находился у Гарри вместе со слизеринцами. Была ночь пятницы. Блейз и Драко играли в шахматы, Панси и Винсент исполняли роли болельщиков. Как-то в одну из ночей Драко удалось убедить Гарри спеть для них. Казалось, он растворяется в музыке. Было что-то в каждом слове, которое он произносил, каждой ноте, которую играл, что говорило о его собственных чувствах – чувствах, которые изливались свободно, хоть и не отражались на его прекрасном лице. – Гарри, – окликнул Драко. – Ты в порядке? – спросил Блейз. Слизерицы старались доказать Гарри и Гермионе, что могут быть вполне лояльными. Они приняли Гермиону в свой круг, а Панси вообще тесно с ней подружилась. Кстати, о тесноте. Гарри чувствовал, что между Гермионой и Грегори что-то происходит, зарождаясь на их общем интересе к чтению. Кто бы мог подумать? – Всё хорошо, – пробормотал Гарри. – Габриель? – догадался Драко. Поттер посмотрел на Драко, вглядываясь в его черты, впитывая его присутствие… – Да, – коротко ответил Гарри и повернулся к окну. Драко поднялся. – Где он? – спросил он, подходя к парню. – Близко. – Малфой в отчаянье обернулся к друзьям, но те лишь беспомощно отвели глаза. Блейз сдержанно пожал плечами. Драко не знал, что сказать. Его день рождения будет на следующей неделе. Это значит, что Гарри не сможет дольше задерживаться. Это значит, что возможность побыть с Гарри наедине на исходе, а из-за вынужденных предосторожностей время тратится впустую. – Блейз, Винсент, Панси… – ему не нужно было продолжать. Ребята тихо поднялись и, кивнув на прощание, вышли. Драко остановился подле камина, глядя на партнера. Тот отложил музыкальный инструмент и сейчас смотрел на загорающиеся на небе звезды. – Гарри, – позвал Драко. На одну ночь он решил всё отпустить. Решил позволить себе быть просто помощником Гарри… ради них обоих. Вампир повернулся к Драко. За последнее время он научился управлять их Связью, так что он мог контролировать какие чувства и когда, он воспримет от помощника. В противном случае чувства Драко мешали сконцентрироваться на тренировках, или его тревожное состояние будило Внутреннего Демона с желанием поотрывать всем обидчикам головы. Не то чтобы Гарри возражал… но времени на потворство собственным желаниям катастрофически не хватало плюс это увеличивало риск того, что их секрет раскроют. Но теперь он расслабился, позволил себе уже позабытую роскошь – разделить страхи, тревогу, усталость и одиночество с родным человеком. Он видел печаль в глазах Драко и получал от него по Связи утешающие эмоции. Гарри медленно поднял руку в приглашающем жесте. Драко мягко улыбнулся и приблизился. Когда их пальцы соприкоснулись, по коже Гарри будто пробежал электрический импульс. Подобную реакцию покалывания и дрожи вызывало каждое прикосновение помощника, но только сейчас он отчетливо понял, что разлука будет гораздо более мучительной, чем он мог вообразить. Гарри притянул Драко к себе на колени, так что голова подростка оказалась напротив его сердца. Руки, которые легко могли гнуть сталь, обернулись вокруг Драко в нежнейшем объятии. И блондина пронзила болезненная мысль, что он не сможет ощущать эту теплоту еще долгое время. − Не уверен, что смогу продержаться… − прошептал он куда-то в грудь Гарри. Помолчал и поднял глаза на окно, где сияла взошедшая луна. Гарри же смежил веки и зарылся лицом в волосы Драко. Слезы обжигали глаза, но он не позволил им скатиться. Не сегодняшней ночью… Он постарается и представит, что счастлив. − Что, мой дракон? – прошептал Гарри. Драко переместился так, чтобы тоже обнять Гарри и ответил: − Скоро ты уйдешь, и я опять останусь один. − Это же не навсегда… − Гарри склонился к шее помощника, вдыхая, впитывая в глубины памяти его запах. – Мысль, что я покидаю тебя… разрывает мне сердце, и всё о чем я могу мечтать, это взять тебя с собой. Спрятать где-нибудь, где никто до тебя не доберется. Запереть в неприступной башне на высокой горе, чтобы никто не мог навредить тебе. Медленно, очень медленно... Гарри ощущал, как оковы, сдавливающие его сердце, разрушаются. С каждой секундой груз у него на сердце становился тяжелей. И всё же если бы кто-то спросил, то он со всей честностью ответил бы, что никогда не чувствовал себя лучше. «Сердце… чертовски обременительная ноша…» – Я всей душой хочу остаться с тобой, но разум твердит, что я должен покинуть тебя. – В нашем с тобой раскладе жизнь сдала нам паршивые карты, – прошептал Драко. Он пытался вновь надеть маску, под которой скрывался всю жизнь. Однако в то время, пока перед всем миром он мог представать ледяным принцем, он обнаружил, что ему всё сложнее прятаться за маской перед близкими людьми… особенно с Гарри. – Быть или не быть? Вот в чем вопрос. Проиграем ли мы? Или продолжим партию в надежде, что однажды удача к нам вернется? – пробормотал Гарри. Драко отодвинулся, чтобы заглянуть партнеру в глаза. За то мгновение, что их взгляды соединились, души их заполнило умиротворение. – Гарри… Юноша улыбнулся в ответ и коснулся кончиками пальцев теплой щеки. – Я люблю тебя, – прошептал Драко. Шок Гарри, который он почувствовал по Связи, так его поразил, что он чуть не закричал. – Драко, я… – Тш-ш-ш… – Драко заставил парня замолчать, приложив палец к его дрожащим губам. Глаза Гарри говорили красноречивее всяких слов, но Драко лишь понимающе улыбнулся и подался вперед, чтобы поцеловать своего темного партнера. Это был самый целомудренный поцелуй в мире. Однако ничто не смогло бы полнее выразить бесконечную страсть и вечную любовь. – Я могу подождать, Гарри. Пока что… мне достаточно видеть это в твоих глазах, – сказал Драко. Гарри закрыл глаза и сглотнул, избавляясь от огромного комка в горле. Он обнял хрупкое тело подле него еще крепче. – Мерлин, Драко… даже если бы я мог произнести это… ты всё равно не узнаешь, как сильно я… Боже… – пробормотал Гарри и после окончательно сломался. Драко безмолвствовал, довольный тем, что Гарри наконец-то позволил себе проявить слабость. Разрешил себе быть просто ребенком, побыть которым у него никогда не было возможности. Драко хранил молчание, сохраняя каждую слезинку, упавшую из глаз Гарри в глубинах своего сердца. В этот момент он понял, в чем состоит его роль в качестве партнера Гарри. Так же, как этим летом, когда Гарри вернулся после битвы с оборотнями… Он будет его силой, когда собственных Гарри будет не хватать. Он должен быть его щитом, когда его щиты сломаются. Он будет возлюбленным Гарри, его другом, напарником, супругом… убежищем. Когда слёзы иссякли, Гарри поднял Драко на руки и перенес на кровать. Они лежали рядом, обнявшись, а эмоции свободно текли по Связи. Было такое чувство, что они остались наедине в этом мире, который благородно замер и должен будет просто подождать… Hpdmhpdmhpdmhpdm HarryXDraco hpdmhpdmhpdmhpdm – Гарри, а тебя я попрошу остаться, – известил Ремус в конце урока, когда все остальные студенты стали расходиться. – Да? Ремус выглядел утомлённым. Он жестом пригласил Гарри следовать за ним в примыкающее помещение. Гарри осмотрелся, сравнивая нынешний и запомнившийся ему на третьем курсе интерьер. Он улыбнулся, когда заметил на стенах картины, с которых ему приветливо махали юные и радостно улыбающиеся Ремус, Сириус, Джеймс и Лили. Ремус присел на стул, и Гарри обратил внимание, что волшебника что-то беспокоит. Он подошел к нему поближе, чтобы попытаться рассмотреть причину этого волнения в его глазах. – Ремус, что случилось? Тот поднял глаза. – Я могу чувствовать его приближение, Гарри, Древнего вампира, который направляется в Хогвартс. Поттер не подался панике, а вполне участливо улыбнулся. – А вы в гораздо большем согласии со своей волчьей половиной, чем я предполагал. Пусть и слабо, но Ремус улыбнулся в ответ. − Итак… ты скоро отбываешь. – Гарри вздохнул и присел на свободный стул. Наклонился, упершись локтями на колени, и кивнул. Он нервно провел рукой по волосам и скрыл лицо в ладонях. − Да… раньше, чем хотелось бы, − сказал он. − А что относительно Драко? – Поттер переплел пальцы. Хоть он и сдерживался, в изумрудных глазах всё еще была печаль. − Вчера ночью... мы разговаривали об этом. – Ремус подался вперед, так как даже с его острейшим слухом нужно было поднапрячься, чтобы понять Гарри. – Я не знаю, как поступить. Я боюсь оставлять его, хоть и знаю, что другого выхода нет… Я знаю, что он сильный… и всё же каждый раз, когда я думаю о нем, то представляю его таким, каким вижу наедине. Без маски, открытым и беззащитным. Ремус подошел к Гарри и опустился на колени рядом с ним. − Гарри, беспокойся, но не теряй голову. Ты же сам сказал. Драко сильный. Уверяю тебя, он сильней, чем ты думаешь, иначе он не был бы твоим партнером. Помощник может полностью проявить себя в отношениях, только если дать ему шанс. В большинстве случаев Помощники могущественны так же, как доминантный партнер, потому что их функция – быть их опорой. Они – оплот силы, которая поддерживает доминантного партнера, когда тот не может выстоять в одиночку. Гарри поднял глаза: − Я знаю, Ремус… Если бы я только… если бы я только мог сказать ему, как много он значит для меня. Возможно, мне стало бы легче. Ремус улыбнулся и сказал, похлопывая подростка по плечу: − Я убежден, что Драко знает. А теперь иди. Нарцисса попросила меня передать, чтобы ты зашел к ней после обеда. Видимо, что-то связанное с материнскими тревогами. – Гарри усмехнулся. − Тогда лучше я пойду, − сказал он, поднимаясь. Прежде, чем уйти, он крепко обнял крестного. – На случай, если другой возможности попрощаться, не представится, − пояснил он. − Не стоит, − перебил Ремус. − Это же не настоящее прощание, это «до свидания»! Гарри кивнул: − До свидания, Лунатик. – Он повернулся и вышел из кабинета, еще не зная, что вернется сюда уже не будучи студентом. Hpdmhpdmhpdmhpdm HarryXDraco hpdmhpdmhpdmhpdm − Входите, входите, − откликнулась Нарцисса на стук в дверь. Подросток вошел и не смог увернуться от теплых материнских объятий. − О, Гарри! Драко мне все рассказал! Ты же не думал, что сможешь уйти и не попрощаться?! Честно говоря, мой милый, это не лучший способ общаться со своей будущей тещей! Гарри усмехнулся, снял мантию и устроился в кресле. − Приношу извинения, Цисса. В последнее время в голове столько мыслей, что на дела решительно не хватает времени. Надеюсь, Драко в порядке. Сколько бы я ни пытался, не могу прочитать его до конца. Он мне не позволяет, − сказал Гарри и взял предложенную Нарциссой чашку чая. − В этом весь Драко. Хотя послушать его, так ты в этом смысле во сто крат хуже. − По крайней мере, он знает, почему я не хочу и не могу обременять его своими проблемами. Я ничего не требую от него. Он уже дал мне больше, чем я смогу вернуть. Нарцисса деликатно хмыкнула и поставила свою чашку на столик. − Забавно. Он слово в слово сказал то же самое о тебе. У меня складывается впечатление, что вы двое не совсем понимаете, в чем суть отношений. Поттер был несколько сбит с толку этим предположением. − Гарри, я скажу тебе то же, что сегодня уже сказала сыну. Жизнь – это обменный процесс, ты отдаешь и получаешь. Но это не бухгалтерский учет, в отношениях нет места подсчетам, кто кому сколько отдал и сколько остался должен. Такой подход разрушителен для отношений. Вы должны понимать, что пока вы заботитесь друг о друге, поддерживаете, вам нужно отдавать и принимать. – Видя, что её слова достигли Гарри, она улыбнулась и продолжила. − Люди не знают тебя, Гарри, но для меня ты прозрачен, как озерная вода. Ты невероятно могущественен. Ты смог бы вынести все тягости мира на своих плечах, но даже великие не застрахованы от падения… – Драко нуждается в тебе, твоей защите и поддержке. Ему нужно, чтобы ты укрыл его от мира, пока он на твоей стороне. Но он сам станет тебе опорой, когда ты потеряешься, и если ты начнешь сомневаться в себе, он напомнит, насколько ты стойкий. – Гарри улыбнулся. – Похоже, это уже всем очевидно, – сказал он. – Ремус изложил мне примерно то же несколько минут назад. Нарцисса улыбнулась. – Мы беспокоимся о тебе, Гарри. Всё, что ты должен делать, это позволить нам заботиться о тебе. – Поттер кивнул. – Начинаю думать, что сделать это будет легче, чем казалось ранее. – Он поднялся. Нарцисса последовала за ним, чтобы обнять. – Я только что сообразил, что у меня еще куча дел. Габриель скоро будет здесь, и мне тоже следует поторопиться. Надеюсь, мы сможем продолжить чаепитие в другой раз, Нарцисса. – Уверена в этом, – улыбнулась женщина. – Гарри, когда этот счастливый день настанет, я буду горда назвать тебя сыном. Юноша улыбнулся, принял от Нарциссы поцелуй в лоб, и, прошептав слова прощания, отправился на поиски Драко и компании. Hpdmhpdmhpdmhpdm HarryXDraco hpdmhpdmhpdmhpdm В Хогвартсе было обеденное время, а Гарри извелся от беспокойства. Вместе со своими новыми друзьями он сидел за столом Слизерина. Гермиона была за столом Гриффиндора вместе с Невиллом и Джинни. Гарри не нашел времени поговорить с двумя оставшимися ему преданными гриффиндорцами. Возможно, настанет день, когда всё время будет в его полном распоряжении. Он ощущал приближение Габриеля, но его чувства не были настолько натренированными, чтобы определить его местонахождение точнее. Весь обед он хмурился и ловил на себе тревожные взгляды Драко. − Гарри, приди в себя. Еще чуть-чуть и твое смятение превысит все границы допустимого. Магия выйдет из-под контроля, − прошептал Малфой. − Ничего не могу с собой поделать. Ощущение, что он ближе, чем должен быть. Как если бы он стучался в ворота Хогвартса, хотя еще и до Хогсмида не добрался. На секунду в глазах Драко мелькнула паника. − Хочешь сказать… − Резко напрягшаяся спина Гарри сбила его с мысли. Поттер смотрел на преподавательский стол, где находился не менее сосредоточенный Дамблдор. Старик повернулся, и их взгляды встретились, глаза в глаза. − Гарри? Гарри! – позвал Драко. − Кто-то нарушил границы, − ответил Гарри, медленно вставая. В Большом Зале вдруг стало тихо. Дамблдор тоже поднялся. − Мистер Поттер, пожалуйста, пройдите в мой кабинет. Гарри посмотрел на Драко, а затем оглядел слизеринцев: − Скоро увидимся… Держитесь… − прошептал он, прежде чем уйти. Он слышал, что его тихо окликнул Драко, но не рискнул обернуться. Слышал, что его громко позвала Гермиона, но не рискнул ответить. Он притормозил в коридоре, поджидая директора, который пролетел через Зал с неожиданной для столь преклонного возраста скоростью. А еще Гарри почувствовал, как очнулся его задремавший было Внутренний Демон. Дамблдор был угрозой всему, что ему принадлежало. Он разрушил его семью, он вредил его близким. «Еще не пришло время заставить его платить… но вскоре… мы насладимся кровью предателя…» Дамблдор даже запнулся, когда увидел, как глаза Гарри полыхнули тьмой, но захлопнувшиеся за ним двери в Большой Зал, перекрыли пути к отступлению. − Кто прошел? – потребовал ответа Дамблдор. Гарри сверкнул сталью глаз и отказался отвечать. − Гарри, кто прошел? − Гарри. Профессор даже захлебнулся на вдохе, когда на них обрушился бархатный голос. Гарри победно улыбнулся и повернулся к Габриелю. − Сэр… Отец… рад видеть вас. − Габриель улыбнулся и подошел к своему Ребенку. − Гарри, отойди. – Дамблдор выхватил палочку, направляя её в грудь Габриеля. Прежде чем мужчина успел отреагировать, Гарри встал между ними, угрожающе рыча на Дамблдора. − Убери палочку, смертный, или потеряешь обеих, и палочку, и руку, − прорычал Гарри. Дамблдор отступил. Пространство задрожало от Древней магии, медленно просыпающейся в недрах Хогвартса. − Гарри, − предостерегающе окликнул Габриель. − Гарри, послушай меня... − Хватит, Дамблдор. Вы слишком долго вредили моей семье. Еще придет время ответить за свои преступления… но я клянусь… Когда этот момент настанет, вы первый познаете ярость того, кого больше всего обидели, − пообещал Гарри, и по взмаху его руки в магической волне палочка Дамблдора испарилась, а сам директор застыл на месте. Гарри повернулся к Родителю, который печально улыбался. − Ты готов? – спросил он, бросая напоследок взгляд на Дамблдора. Подросток кивнул. − Более чем когда-либо. – Габриель понимающе кивнул и крепко сжал локоть мальчика. Гарри приоткрыл свое сознание для Драко, активировав Связь, разрешая чувству любви и сожаления овладеть им. Он чувствовал Драко, его желание последовать за ним. Он собрал все переполнявшие его эмоции и направил единственному человеку, которого по-настоящему любил: «Я люблю тебя… мой дракон…» «Гарри, НЕТ!» С громким хлопком Родитель и его Ребенок исчезли из стен Хогвартса, оставив волнения, страхи и почти невыносимую боль позади… Hpdmhpdmhpdmhpdm HarryXDraco hpdmhpdmhpdmhpdm