Жизнь нужно проживать, как хочешь ты!

Я смотрела на себя. То есть, на меня смотрела я. Ну, не только я, Захарра тоже... Переглянувшись с подругой, мы с визгом кинулись на шею мальчишкам. Интересно, кто до этого додумался? Повесить нашу с Захаррой фотографию на рекламный щит над рекой - это так оригинально! - Так, говори честно, кто до этого додумался? - спросила я у Фэша. - По идее, идея обоюдная, но мыслишку подкинул вообще левый человек, - Драгоций пожал плечами. - Да? И кто? - начала допрос с пристрастием его сестра. - Какой-то дяденька в автобусе, - пояснил Лазарев. Я вновь посмотрела на огромных размеров фотографию, где запечатлены мы с Захаррой в Париже на Эйфелевой башне. Помню, подруга тогда сказала, что ее мечта - это плюнуть вниз с этой достопримечательности. Да, а потом выяснилось, что под балконом ресторана находился выступ смотровой площадки, куда вышли уединиться Рознев с Ксюшей... как там они? Интересно, Леша уже простил Драгоций её плевок на его шевелюру? В общем, в момент Лешкиных оров мы с Захаррой громко смеялись на весь ресторан. Именно этот момент и запечатлили на фото. Обняв Фэша за талию, я уткнулась носом в его грудь. Так хорошо. Я счастлива! И ничто это не изменит... я действительно так думала следующую неделю, пока не настал тот чертов день...

***

Спокойненько свалив с конца пары под предлогом похода в туалет, я тихонечко кралась ко входу в спорт зал. Спросите: зачем? Сама не знаю. Последние дни я довольно-таки комфортно чувствовала себя в обществе физрука. Знаете, Юрий Анатольевич - дядька дружелюбный. Ну, тролль немного, но это вполне терпимо. Вот и сейчас, когда на душе у меня неспокойно, я иду к своему учителю физкультуры. - Огнева, стой! - я повернулась и поморщилась. Ля! Шмара - собственной персоной. Анной Самыниной зовут. Пробежавшись взглядом по ней, я развернулась и, не говоря ни слова, пошла дальше. - Я сказала, подожди! - она догнала меня и пошла рядом, - Нужно поговорить, - игнорирую, - Как у вас дела с Фэшем? - при упоминании Драгоция, я остановилась и бросила холодный взгляд на Аню. - А какая тебе разница? - Мне? Да никакой, - она невинно пожала плечами. Вот блин, ей нимба над башкой не хватает. - Тогда зачем интересуешься? - я нахмурилась. - Ну, знаешь, он - мой бывший, ты - его настоящая... - она подняла вверх брови. - Не вижу связи с нашим разговором, - помотав головой, я развернулась и уже хотела уйти, как меня схватили за руку. - А она есть, - прошипела мне на ухо Самынина, - Я просто хотела удостовериться: все ли у вас в порядке, верен ли он тебе. Может, нужен совет? Я все-таки имею больший опыт в общении в ним, верно? - К чему ты клонишь? - шумно сглотнув, я постаралась сделать безразличный вид. По реакции Самыниной я поняла, что получается плохо. - Ни к чему. Аб-со-лют-но, - она улыбнулась, но я то видела, что это все наигранное. - И чего же ты тогда хочешь?! - еще чуть-чуть и, говорю вам, я сорвусь. - Просто ответь мне на вопрос, только честно, и глядя в глаза: верен ли он тебе? Ты не торопись с ответом, - она затеребила пальчиками ремешок своей сумки. Я задумалась. Верен ли Фэш мне? К чему эти вопросы? Разве он не говорил, что любит меня? Говорил. Да, но это же не значит, что я у него одна. Их отношения с Аней - тому подтверждение, ведь он, встречаясь с ней, мутил с другими. И почему я вообще так долго думаю? Я, что, не уверенна? Нет, он меня любит, я его люблю. Я ему доверяю. - Не знаю зачем тебе это, но я на все сто уверена, что он мне верен, как и я ему, - ухмыляясь, я сложила руки на груди. - Это твое решение? - Да! - И твое последнее слово? - я усомнилась. Нет, Василиса, нет! Это все - провокация, она просто меня провоцирует. Хочет позлить. - Безусловно, - уверенно ответила я. Растянув губы в хищной ухмылке, Самынина залезла в сумку и вытянула оттуда конверт. - На! Открой его, если уверенна! - громко произнесла она, протягивая мне вещь. Опасливо я взяла бумагу в руки. Пальцы дрожали. Что я должна такого там увидеть? Не знаю что там такое, но могу с уверенностью сказать, что после того, как я посмотрю на содержимое - все изменится. Боясь, вытаскиваю на свет фотографию из конверта и задыхаюсь. Нет! На фотографии была изображена крупным планом целующаяся пара, в которой я узнала Самынину и, как вы уже догадались, Фэша. Даже глядя на картинку, можно почувствовать волны любви, исходящие от Драгоция. Он улыбался сквозь поцелуй. В глазах запекло от не пролитых слез, и я втянула воздух через чур сильно сжатые зубы. - Я тебя понимаю, - притворно раскаиваясь, начала Аня, - посмотри вокруг, а потом - на себя. Вокруг ходят красавицы в юбках, а ты - пятнадцатилетняя малышка в кедах и джинсах. "Мне семнадцать!" - хотела сказать я, но еле сдерживаемые слезы застилали глаза. Да и не до этого было. - Когда была сделана фотография? - хрипло спросила я. - Пф, когда? - не поднимая глаз, слышу, что она ухмыляется, - Переверни и посмотри. Последовав ее примеру, перевернула фотку, и мне тут же захотелось выколоть кому-нибудь глаза. Кривоватым почерком Фэша была выведена фраза "Просто знай..." - а чуть ниже фраза, написанная аккуратным девчачьим почерком: "Я люблю тебя!" - а ниже дата, четырнадцатое февраля две тысячи четырнадцатого года. От осознания того, что меня загнали в угол, хотелось лезть на стены. В данный момент меня беспокоил лишь один вопрос: насколько большой идиоткой он меня считает? Как гром среди ясного неба прозвенел звонок, потом я услышала вскрик. Подняв глаза, я увидела, как Самынина, чуть ли не плача, держится за щеку. Но глаза... глаза ее выдавали. То, как она плотоядно смотрела на меня, я не забуду никогда. - Ты ударила меня! - заорала на весь школьный коридор она. Несколько учеников, выходящих из кабинетов, заинтересованно встали недалеко от нас. - Я тебя не трогала, - прошептала я, боясь, что меня сейчас стошнит. - Нет, ты меня ударила! - прошипела она и дала мне пощечину. Я в шоке упала на пол, ударяясь локтем. Черт, до чего же больно! Резко вскочив, так резко, что в глазах все потемнело, я затравленно посмотрела вокруг. И, хочу сказать, зря! Собралась уже целая кучка зевак. - Ань, зачем ты ее ударила? - спросила какая-то девочка в очках. - Это сдача за то, что она руки распускает, - невозмутимо ответила Самынина, держась за щеку. - Я тебя не била! - отчаянно закричала я, пытаясь не заплакать. В данный момент я хотела только одного: забиться в темный уголок и рыдать, царапая стены. Еще раз обведя толпу взглядом, я наткнулась на Фэша, Захарру и Диану, которые с непониманием смотрели на все это. Поняв на кого я смотрю, Аня спросила: - Ты с ним спала? - а потом тише добавила: - Шлюха. Все. Это оказалось последней каплей. Не глядя, я размахнулась у врезала ей кулаком в нос. Сказать, что все были в шоке - ничего не сказать. Да что там, я и сама была удивлена собственным поведением. Последний раз я дралась в восьмом классе. Давно, не так ли? Только я развернулась, чтобы уйти, как меня со всей дури толкнули, и я врезалась в стену. Развернувшись, мне довелось увидеть как из носа этой дряни лилась кровь, а по моей щеке тем временем тоже потекло что-то теплое. - Так! Что здесь происходит? - громогласно раздался голос завуча. Все разошлись в стороны, давая проход грузной женщине. И это была не та тетенька, которая встретила меня в первый день. - Да вот, Любовь Сергеевна, драка, - весело произнес какой-то парень, как будто для него это было развлечением. - Драка? - женщина посмотрела на меня с Аней, - Что ж, все расходятся, а вы марш к директору! Прекрасно понимая, что меня ждет, если не выговор, то точно вызов матери в школу, я бросила ненавидящий взгляд на ошарашенного Фэша и пошла вслед за завучем. Поход к директору? Блеск. Только этого мне не хватало!..