глупые и гордые

Утро опускается на город ледяными ветрами захватывая листья на дорогах, огромными ладонями собирая с неба звезды и предвещая новый день. Да, возможно, пасмурный, возможно, дождливый, но не теряющий от этого своей привлекательности. На часах девять утра. Лидия сидит на кухне, поджав под себя ноги, и рассматривает собственные ладони в этом неярком утреннем свете. Напротив - чашка с чаем, на ногах - тапочки, а волосы в состоянии беспорядка, рыжие пряди кажутся темнее, благодаря синеве за окном, а глаза, похожие на два черных провала, смотрят на поверхность барной стойки. Лидс слегка прикрывает их и откидывается на спинку стула, направляя взгляд в окно, словно надеясь найти там отблеск надежды или ещё чего-то, о чем знает лишь она. Но там ничего нет. Лишь бесконечное небо, похожее на огромный океан. Питер смотрит на неё, прислонившись плечом к дверному проему, и чуть хмурит брови, думая, что девчонка как-то слишком хорошо вписалась в его квартиру: даже лучше, чем он сам. Это удивляет его, но Хейл лишь сильнее сводит брови и садится на стул. - Не думал, что ты жаворонок, - говорит он, внимательно вглядываясь в её чуть смущенное лицо. - У меня как-то не было выбора, - раздраженно говорит она, поворачивая к нему голову и пододвигая вторую чашку с чаем, стоящую у её правой руки. Питер поднимает брови и говорит сдержанное "Спасибо". Мир за окном медленно светлеет, окрашивая кухню из голубых тонов в серые. Они оба устало вглядываются в окно, и весь мир меркнет на пару минут. Пространство заворачивается кольцами, такими же как дым от сигареты в руке Питера, такими же кольцами, как завитки на растрепанных волосах Лидии. Час проходит как пара минут. Сидя в молчании, эти люди-незнакомцы, не знают что сказать друг-другу, но вдруг искренне удивляются тому, как оно гармонично в их компании и не вызывает желания промолвить хоть слово. - Можно сигарету? - голос Лидии разрывает эту иллюзию благополучия, давая понять, что это ложь, и что они абсолютно чужие друг другу, из общих тем для разговора у которых лишь простые просьбы. Питеру даже на секундочку жаль. На пол секундочки. - Бери. - Хейл слегка подталкивает к ней портсигар, и тот скользит по ровной поверхности барной стойки. Лидия ловит его одной рукой и ловким, отточенным движением открывает защелку, словно и занималась всю жизнь тем, что отпирала портсигары. - А нотация? - её брови чуть скользят вверх, придавая лицу слегка изумленное выражение. Она проговаривает это уже сквозь дым, прикрывающий её лицо беловатой завесой. - Твоя жизнь - тебе её и портить. - Питер пожимает плечами, не обращая внимания на задумчивый взгляд Лидии, пристально изучающий его лицо.- Советую собираться, у нас в одиннадцать просмотр квартиры. Лидс кивает и прикрывает глаза. Питер тушит сигарету и уходит с кухни, оставляя ее сидеть в той же позе, с зажатой сигаретой в руке, только теперь она упирается взглядом в его лопатки, слегка покусывая не покрытые помадой пухлые губы. *** Выбор квартиры медленно, но упрямо двигаясь по намеченному курсу, превращается в Ад. Питер, который до того не проявлял интереса, вдруг (где-то квартире на третьей) начал активно расспрашивать о мелочах и сообщать, почему она не подходит для девушки, мотивируя это тем, что: "Если тебе сейчас тут что-то не понравится, то ты сбежишь ко мне, а я могу быть и не готов" - Лидия молчаливо кивала и они шли дальше. В каждой квартире эта безумно придирчивая парочка находила причину для каприза, вплоть до "этого уродливого безвкусного гобелена на стене, рядом с которым я буду чувствовать себя старухой с тридцатью кошками". В итоге, все восемь квартир, осмотр которых был запланирован на сегодня, оказались неподходящими. Хотя, впрочем, Лидия посчитала очень приличной седьмую, а Питер - восьмую, и если бы они были оба чуть более вспыльчивы, то история могла закончиться дракой, но окончилась она лишь риэлтором, у которого вдруг "появились безумно срочные и важные дела, отложить кои нельзя никак!", и советом подумать до завтра, перед тем как они поедут просматривать остальные варианты. - Ты невозможен. - Лидия кидает плащ на стул и с высокомерным видом подходит к зеркалу, распуская волосы. - Спасибо, я знаю, но от тебя это звучит поразительно. - Питер снимает пиджак и аккуратно вешает его на плечики, взятые из гардероба. - Со мной что-то не так? - её взгляд словно сверлит в нём дыры, настолько он физически ощутим, и Питеру это не нравится. Ой, как не нравится. - "О, здесь стена под вагонку. Миленько." - говорит он, передразнивая голос Мартин и её пренебрежительный тон. - Ты хоть понимаешь, что после твоего небрежного "миленько" он может отказаться сотрудничать? - Он поворачивает голову и упирается взглядом в стену, где, пару минут назад, стояла девушка. - Куда катится молодежь? - вздыхает Хейл, закрывая дверь гардероба, и идет в комнату, где девушка сидит на кровати и быстренько набирает что-то своими наманикюренными пальчиками на экране смартфона. - А что я должна была ему ответить? Это безвкусно. - она пожимает плечами, не отрывая взгляд от маленького экранчика в своих руках. Питер дергает плечом и порывисто подступает к девушке, одной рукой приподнимая её подбородок и глядя в удивленные зеленые глаза, четко проговаривает: - Смотри на меня, когда я говорю с тобой. Он говорит это шепотом, явно не желая кричать, но в его случае шепота стоит бояться куда сильнее, нежели громких криков. - Ты думаешь, что имеешь право ставить мне условия? - Лидия ухмыляется и слегка отклоняется назад. Так, чтобы не чувствовать ледяные пальцы на своей коже. - Зазнавшаяся маленькая девочка с завышенной самооценкой. И да, пока ты живешь здесь, я думаю, что я вполне вправе это делать. - Он смотрит на неё и, развернувшись, уходит в комнату, по дороге развязывая галстук, что до сих пор на его шее. - Это ненадолго, - тихо проговаривает девушка себе под нос и вновь отдает все внимание своему телефону. Спина Питера каменеет, он тормозит на пороге комнаты буквально на секунду и отчетливо говорит, зная, что банши услышит: - Хотелось бы думать, что это и правда так.